Тишина теплой спальни была внезапно прервана настойчивым, непривычным звонком. Маргарита, вонзившая лицо в подушку, сонно потянула руку к тумбочке, пытаясь нащупать свой телефон. Голос в трубке оказался ей незнакомым, женским, слегка высокомерным и слишком бодрым для столь раннего утра.
— Алло, это Маргарита? Да? — произнесла незнакомка, и в ее интонации слышалась такая уверенность, будто только ей было известно, что делает одолжение своим звонком.
— Да, я слушаю… А с кем я разговариваю? — пробормотала Маргарита, с трудом отрывая веки. За окном только начинало светать, и мысли не поддавались структуре.
— Оливия. Я… Супруга Ивана. — В голосе послышалось легкое раздражение, словно Маргарита должна была сразу понять, о ком речь.
— Извините, какого Ивана? — Маргарита села на кровать, пытаясь сосредоточиться. Имена в ее памяти не складывались в ясную картину.
— Ивана Петрова. Вы что, не помните его? Разве Никита не показывал вам приглашение на наше торжество? Хотя, если подумать, даже к лучшему. Лишние люди на таком интимном празднике точно ни к чему. Места в банкетном зале распланированы с ювелирной точностью, и, к сожалению, ваше приглашение с возможностью взять спутника уже недействительно. Придется вносить изменения.
Маргарита бессильно зевнула и потерла виски. Ее взгляд скользнул по комнате и остановился на полке, где между толстыми книгами лежал аккуратный конверт — то самое приглашение на свадьбу Оливии и Ивана.
— Так значит, вы не приглашаете нас с Никитой? Но церемония ведь уже в эту субботу… Мы все обсуждали, планировали… Он будет очень огорчен, Иван ему как брат. — Маргарита наконец полностью проснулась, и к ней медленно, но верно начало доходить, что ей только что сообщили. Глубокое чувство несправедливости и легкой обиды начало подступать к горлу.
— Дорогая, Никита тут совершенно ни при чем. Его приглашение остается в силе. Но он будет один, без вас. Ладно, прости, у меня еще очень много дел, нужно обзвонить несколько человек. Вы даже не представляете, сколько хлопот доставляет подготовка к такому событию! — Оливия бросила трубку, оставив Маргариту в полном замешательстве, смотрящей на потемневший экран смартфона. В памяти сами собой всплыли недавние слова Никиты, произнесенные с такой теплотой и надеждой: «Марго, ты не против, если мы немного отложим наш отпуск? Ивану нужна помощь с финансами для праздника… Он мне как родной, я не могу его оставить в трудный момент».
Никита вернулся домой ближе к вечеру, его настроение было солнечным и беззаботным. Он чувствовал легкую усталость после работы, но предвкушение грядущих празднеств заряжало его энергией.
— Смотри, что я для него заказал! Это просто невероятно! — с восторгом воскликнул он, протягивая Маргарите свой телефон.
— Что это такое?! — ахнула девушка, разглядывая на экране фотографию, на которой была изображена часть женской ноги в ажурном чулке, окруженная изящными узорами из крема.
— Это же торт для мальчишника Ивана! Будет целая композиция из таких «фрагментов», соединенных воедино. — Он широко и чуть игриво улыбнулся, щипая Маргариту за поясницу. — Как думаешь, какой кусочек этого съедобного шедевра окажется самым соблазнительным и вкусным?
— Убери от меня эту мерзость, пожалуйста! — Маргарита закрыла лицо ладонями, ее плечи сжались. В любой другой день она бы точно рассмеялась, оценив его своеобразное чувство юмора и поддержав игривый настрой. Но сегодня, вспоминая тот утренний звонок и всё, что было сказано, любое напоминание о свадьбе лишь вызывало у нее горький осадок на душе и тяжесть в сердце.
— Марго, что с тобой? Всё в порядке? Ты что, не хочешь, чтобы я в пятницу пошел на мальчишник? — Никита смотрел на нее с искренним удивлением и заботой. Она никогда не была склонна к беспричинной ревности и всегда с легкостью отпускала его на встречи с друзьями.
— Всё нормально, не переживай. Иди, конечно. Это же твой лучший друг… — её голос прозвучал тихо и отстраненно.
— Конечно, лучший. Ближе никого и быть не может. И ты это прекрасно знаешь, — Никита нежно поцеловал её в макушку и принялся перебирать рубашки в шкафу, подбирая наряд на завтрашний вечер. — Как думаешь, это подойдет? Или лучше надеть свитер, а это оставить на саму свадьбу? А может, вообще прийти на торжество в футболке и стильном костюме, чтобы выглядеть не слишком официально? Сейчас так многие делают, это модно…
— Я не знаю, Никита, решай сам, как хочешь. — Как она не старалась скрыть свои чувства, настроение стремительно падало вниз. Никита вел себя так, будто ничего и не произошло, и это означало, что на свадьбу лучшего друга он собирался идти один, без нее. Эта мысль причиняла ей почти физическую боль. Чтобы он не заметил её слез, она быстро вышла из комнаты и заперлась в ванной, прислонившись лбом к прохладной поверхности зеркала.
— Маргарита, ну что с тобой? — Никита не оставил её уход без внимания. Он подошел к двери и мягко постучал. — Открой, пожалуйста. Давай поговорим.
— У меня всё в порядке, правда. Мне нужно просто немного времени.
— Не надо вот так. У нас с тобой было соглашение: мы всегда честны друг с другом и не играем в эти молчаливые игры, когда один обижается, а другой пытается угадать причину. А сейчас ты действуешь именно так!
Маргарита глубоко вздохнула, вытерла мокрые глаза и медленно открыла дверь. Перед ней стоял Никита, в его взгляде была только тревога и желание помочь.
— Ну, рассказывай, что случилось? — он широко открыл объятия, ставшие для неё самым надежным укрытием на свете. — В чем дело? Кто тебя расстроил? Сейчас мы все решим!
Маргарита встала в его крепкие объятия, и вдруг стало стыдно за свою скрытность. Она поняла, что ведет себя глупо и недоверчиво.
— Разве ты не знаешь? Про свадьбу?
— В курсе чего? Ничего не понимаю. Что произошло?
Молча, с дрожащими пальцами, Маргарита показала ему телефон, открыв список пропущенных вызовов.
— Вот, смотри. Мне звонила Оливия.
— Да? И зачем? Что она хотела?
Маргарита, запинаясь и сбиваясь, пересказала суть неприятного разговора. Лицо Никиты стало меняться на глазах: мягкие черты замерли, а в глазах появилась сталь. Он аккуратно выпустил её из объятий и быстро набрал номер Ивана.
— Алло? — раздался голос его друга.
— Слушай, я не хочу вникать в подробности, что происходит у вас в голове, но если мою девушку не хотят видеть на празднике, то и меня там не будет. И на мальчишнике завтра меня не жди, — произнес Никита ровным, но непреклонным тоном.
— С чего такие речи, брат? — Иван, судя по голосу, был совершенно ошарашен.
— Твоя Оливия сама позвонила Маргарите и вежливо сообщила, что она не желанна, — Никита, не выбирая слов, пересказал разговор между девушками.
— Я… Я не в курсе, я в эти свадебные дела не лезу, — запнулся Иван. — Но вы с Маргаритой – одни из самых желанных и важных для нас гостей!
После недолгого, но эмоционального выяснения обстоятельств, Никита вернулся к Маргарите, и на его лице вновь появилась теплая, успокаивающая улыбка.
— Мы прояснили всё. Оказывается, Оливия просто переживает по поводу ожидаемого малыша и у неё бывают перепады настроения. В общем, нужно проявить понимание. Мы сможем её простить?
— Я не хочу идти в то место, где моё присутствие считается ненужным, где меня не ждут с радостью. Мне будет крайне некомфортно.
— Иван будет по-настоящему расстроен, если мы не придем. Он прямо это сказал. Но если ты чувствуешь, что не готова сделать этот шаг… То я приму твоё решение. Любое. И останусь с тобой. Без сожалений.
Маргарита задумалась. Она прекрасно понимала, как трудно Никите оказаться между двух огней: между верностью другу и желанием защитить свои отношения. Она осознавала, какую цену для него будет иметь этот отказ. И тогда, глядя в его честные, переживающие глаза, она решила, что ради своего любимого человека она сможет проглотить эту обиду, смириться с ситуацией и принять всё как есть.
— Хорошо. Мы пойдем. В конце концов, у меня уже есть новое платье, которое определенно нужно кому-то показать. Придется им потерпеть наше с тобой общество.
— Ты просто замечательная! — с облегчением выдохнул Никита и нежно посмотрел на Маргариту, в его взгляде читалась безмерная благодарность.
Мальчишник, по рассказам Никиты, прошёл очень весело и шумно. На девичник Маргарита, естественно, не ходила, да её и не звали. А вот Никита прекрасно провел время в мужской компании. Но, как он потом клялся, свою честь и достоинство он сохранил неприкосновенными. Правда, отгулял он так, что едва не проспал саму регистрацию в ЗАГСе на следующее утро.
Маргарита же с раннего утра посвятила себя подготовке. Ей хотелось выглядеть безупречно, чтобы ни у кого не осталось и тени сомнения в её уверенности и достоинстве. Длинное черное платье, изящно подчеркивающее все изгибы фигуры, мягкие уложенные локоны, безупречный вечерний макияж. Когда Никита наконец проснулся и увидел свою девушку в полном облачении, у него даже мелькнула крамольная мысль, что не стоит никуда идти, а лучше провести этот день вдвоем, в собственном маленьком мире.
Но Маргарита лишь строго погрозила ему пальцем, пытаясь скрыть удовлетворенную улыбку.
— Вставай, идите в душ и начинайте собираться. Ты – лучший друг жениха, и Иван очень ждёт тебя, рассчитывает на твою поддержку.
Сама церемония в ЗАГСе прошла довольно мило и традиционно. Правда, гостям не предложили даже символического фрукто-аперитива или бокала шампанского. Но настоящим испытанием стало четырехчасовое ожидание на раскаленной солнцем площади, пока молодожёны в сопровождении фотографа объезжали все возможные достопримечательности для памятных снимков. Маргарита чувствовала себя всё более неуютно и лишней.
— Знаешь, что я предлагаю? Давай махнем в то самое кафе на набережной. Выпьем по чашечке кофе с твоим любимым сиропом. Я сильно проголодался… — предложил Никита, с тоской глядя на удаляющиеся такси молодых.
— А может, лучше домой? У нас в холодильнике есть еда, и атмосфера гораздо приятнее.
— Гениальная идея! — Никита тут же вызвал такси, и уже через час они, сбросив нарядную одежду, наслаждались обществом друг друга на своем уютном диване, в то время как остальные гости продолжали изнывать от жары в ожидании общего фото с новобрачными.
Ближе к шести вечера, уже испытывая легкие угрызения совести, они всё же поехали на банкет. Правда, нужно признать, что влюбленные немного опоздали — спонтанное решение «немного побыть» дома потребовало дополнительного времени, чтобы вновь привести себя в идеальный вид.
На входе в праздничный зал Маргариту и Никиту встретила дама с суровым выражением лица и списком в руках. Это была мать невесты.
— Фамилия? — её тон был настолько сухим и официальным, что мог бы посоперничать с голосом охранника на режимном объекте.
— Эм… Петров… — начал Никита.
— А я Ларина… — тихо, почти в сторону, пробормотала Маргарита, чувствуя, как по телу разливается неприятный жар.
— А, Петров вижу. Никита. Проходите, ваше место за столом номер три, — женщина сделала пометку в своем блокноте и жестом указала ему внутрь зала.
— Идём, Маргарита, — он взял её за руку, но путь им преградила рука матери невесты.
— Нет, молодой человек. Вы не поняли. Вы у нас в списке один. К сожалению, для вашей спутницы места в зале не предусмотрено. Всё рассчитано до мелочей: порции горячего, салаты, десерты — всё строго по числу приглашённых персон! — тетя Лена, так представилась мать Оливии, буквально встала грудью на защиту банкетного плана, её крепкая фигура стала непреодолимой преградой.
— Никита, я не сдаюсь. Я не пойду туда без тебя! Как хочешь, но я не пойду! — Маргарита всплеснула от унижения и гнева, вырывая свою руку из его пальцев. Никита пытался мягко, но настойчиво обойти владелицу списка и затолкать Маргариту за собой. К счастью, или к несчастью, эту унизительную сцену не видели остальные гости. Жених и невеста уже восседали за главным столом и принимали первые поздравления.
— Леночка! Уф, успела! — раздался сзади звонкий голос. К матери невесты стремительно подошла ещё одна гостья, расцеловала её в обе щеки и радостно сообщила: — Мой супруг не смог прийти, но я познакомилась с одним замечательным мужчиной… В общем, я не одна, надеюсь, это не проблема?
— Для тебя, моя дорогая подруга, всегда найдется место за столом. Проходи, я сама встречу твоего кавалера, — лицо Лены озарилось самой радушной улыбкой, которую Маргарита и Никита видели впервые. Они переглянулись, и в этот момент между ними состоялся безмолвный, но понятный диалог. Вывод был сделан окончательный и бесповоротный.
— Знаешь, Маргарита, ты была совершенно права. Мы зря вышли из дома. У нас там гораздо более важные и приятные дела, чем здесь, в этом зале.
— Так это вы оба, значит, уходите? — мать невесты с деловым видом посмотрела в свой список и с чистой совестью вычеркнула из него фамилию Петров.
— Да, мы уходим, — твёрдо ответил Никита.
— Хорошо. Но подарок-то! Подарок же! Я передам молодым. Давайте мне, — она протянула руку к изящной коробке с цветами, в её глазах читалось выражение ожидания, что ей сейчас вручат не только цветы, но и что-то более значимое, например, конверт. Она явно не знала, что Никита уже давно помог Ивану финансу и что этот банкет, по большому счету, проходил и на его средства.
— Нашим главным подарком для вас будет то, что мы избавим этот праздник от нашего нежелательного присутствия. — Сказал Никита, твердо сжимая руку Маргариты. — Можете с чистой совестью съесть и мою порцию салата.
Они развернулись и ушли, не оглядываясь, держась за руки так крепко, будто больше ничего в мире не имело значения. Иван позвонил Никите через пару часов, но тот не стал поднимать трубку, ограничившись коротким, но ёмким сообщением: «Сначала разберись со своим охранником на входе. И еще… Прими мои соболезнования вместо поздравлений с таким семейным советом.»
Иван, конечно, сначала был сильно обижен на друга, почувствовав себя преданным. Но время, как известно, лучший лекарь. Спустя два месяца они снова начали общаться, сначала осторожно, потом всё увереннее.
Как вскоре выяснилось, Оливия солгала о своей беременности, чтобы Иван скорее сделал ей предложение. Когда обман открылся, Иван, не раздумывая, подал на развод. В тот же вечер, сидя в баре в полном одиночестве и пытаясь осмыслить произошедшее, он встретил Соню, коллегу Маргариты. Как тесен и неожиданно мал этот мир.
А уже через полгода Никита и Маргарита с огромным удовольствием присутствовали на новой, на этот раз по-настоящему счастливой свадьбе своего друга. Они стояли рядом с молодыми в качестве их почетных свидетелей, и их лица светились искренней радостью.
— Прости меня, брат, за всю ту неразбериху. Ты был прав, когда дал тогда свои соболезнования. Я, дурак, слепо верил, что это и есть настоящая привязанность…
— Сердцу, как говорится, не прикажешь. Полюбишь – и Оливию, — рассмеялся Никита, похлопывая Ивана по плечу. Между ними всё наконец стало просто и легко, как в старые добрые времена. А Оливия и её матушка еще долго вспоминали в их компании как назидательный пример того, как жадность и отсутствие принципов могут разрушить даже самое, казалось бы, прочное.