Солнце только-только начинало красить верхушки многоэтажек в нежный розовый цвет, когда в уютной кухне Анна издала свой победный возглас, от которого Максим чуть не выронил свой планшет — тихую гавань рационального мышления в море эзотерических увлечений своей жены.
— Максим, послушай! Это же гениально! — воскликнула она, уставившись в экран смартфона с таким видом, будто держала в руках скрижали с абсолютной истиной.
Максим сделал глоток кофе, погружаясь в кратковременную медитацию в поисках дипломатичного ответа. Опыт подсказывал, что гениальные открытия Анны варьировались от «завести дома паука-птицееда для уюта» до «перейти на питание солнечной энергией через медитацию».
— Оказывается, — продолжила Анна, сияя, — если есть авокадо с куркумой на рассвете, стоя на одной ноге, это активирует кундалини и синхронизирует чакры с магнитным полем Земли! Представляешь? Надо срочно попробовать! Авокадо у нас есть!
Максим вздохнул. В его голове пронеслись образы размазанного по полу авокадо, жёлтых пятен куркумы на новом ковре и собственной фигуры, балансирующей на одной ноге в пять утра. Это зрелище не сулило ничего, кроме катастрофы.
Он отложил планшет с таким видом, будто закрывал священный гримуар, а не просто выключил экран, принял вид учёного, разоблачающего лженауку, и произнёс с невозмутимой серьёзностью:
— Дорогая, с точки зрения банальной эрудиции, синергетический эффект от диалектического синтеза ваших умозаключений стремится к нулю, а его энтропийная составляющая — к абсолютизации.
Анна опустила телефон. Её лицо выражало целую гамму чувств: изумление, непонимание и подозрение.
— Ты... что это сейчас было? — растерянно спросила она. — Это новый мем такой, который я пропустила? Ты хочешь сказать, что это бред?
— Ни в коем случае, — Максим поднял палец, словно читая лекцию. — Это делает дальнейшую интеллектуальную коллаборацию не только нерентабельной, но и потенциально опасной для когерентности моего собственного ментального поля.
Он сделал паузу, чтобы дать словам проникнуть в сознание, а затем перевёл на человеческий:
— Проще говоря, если я сейчас начну это обсуждать, мой мозг, не выдержав когнитивной нагрузки, взбунтуется и потребует компенсацию в виде дополнительных двух часов сна. В рабочий день.
Анна не сдавалась. Она сложила руки на груди и прищурилась.
— Понятно. А с точки зрения банальной эрудиции, — с лёгкой насмешкой повторила она, — твой отказ от совместного активирования кундалини не является ли саботированием нашего семейного энергетического потенциала? Мы же команда!
Максим понимал, что проигрыш в этом споре равносилен согласию на ежеутренние акробатические этюды с пряностями. Он собрал всю свою волю и выдал ответный залп.
— Напротив, дорогая. Я просто осуществляю фильтрацию входящего информационного потока с целью сохранения гомеостаза нашей общей когнитивной системы. — Он многозначительно посмотрел на смартфон, лежавший на столе. — Если я, не дай бог, упаду от усталости, пытаясь балансировать на одной ноге в пять утра, кто будет зарабатывать деньги на эти самые авокадо, цена которых, как ты сама знаешь, стремится к абсолютизации быстрее, чем энтропия твоего предложения?
Это был сильный ход. Аргумент с деньгами всегда был козырем. Анна на секунду задумалась, её пыл немного поугас. Она посмотрела на холодильник, потом на Максима, упрямо вцепившегося в свой планшет, как в щит, и вдруг улыбнулась. Её взгляд смягчился, в нём появилась тёплая, озорная искорка.
— Ладно, профессор, — сдалась она. — А с точки зрения банальной эрудиции... не хочешь ли ты яичницу? Без куркумы. И можно на двух ногах.
Максим почувствовал, как с него сваливается груз возможного будущего, полного йогических завтраков. Он с облегчением расслабил плечи.
— Знаешь, а это уже гениальная концепция, лишённая энтропийных составляющих, — заявил он, откладывая планшет окончательно. — Я полностью поддерживаю эту научную гипотезу и готов к её немедленной экспериментальной проверке. В качестве рецензента и главного дегустатора.
Анна, смахнув уведомление из йога-чата, принялась доставать яйца. Максим же поспешно отключил звук на планшете, где уже всплывало очередное push-уведомление.
И пока на сковородке весело шипела яичница — простая, вкусная и не требующая стойки на одной ноге, — в их кухне воцарилась та самая гармония, ради которой, казалось, и стоило синхронизировать чакры. Только достигалась она более простым и надёжным способом — взаимной уступчивостью и хорошим чувством юмора.
Правда, в следующие выходные Максим неожиданно предложил: «А не заняться ли нам... ну, для начала обычной растяжкой?». И посмотрел на неё с таким наигранным безразличием, что Анна едва сдержала улыбку. Война войной, а первый шаг к компромиссу сделан.