Домофон не просто зазвонил — он взвыл, требуя внимания. Я глянула на часы: семь утра, суббота. Единственный день, когда я планировала выспаться после закрытия квартального отчета, а не принимать гостей. На экране висело лицо золовки. Света, сестра моего мужа Игоря, выглядела так, будто собралась штурмовать Бастилию, а за её спиной маячили три макушки разной степени лохматости.
— Игорь! — рявкнула я, не снимая трубки. — Твоя родня. Разбирайся.
Муж выкатился из спальни, натягивая шорты задом наперед. Он знал: если я говорю таким тоном, значит, уровень моей лояльности к его семейству пробил дно. Пока он мямлил что-то в трубку, я уже стояла в прихожей, скрестив руки на груди. Моя квартира — мои правила. Эту «трешку» в центре я купила за два года до ЗАГСа, выплатив ипотеку потом и кровью, и меньше всего мне хотелось видеть тут посторонних.
Дверь распахнулась, и в мой стерильный, пахнущий дорогим диффузором коридор ввалился табор. Света, груженная баулами, даже не поздоровалась. Она просто подвинула меня бедром, как тумбочку.
— Ой, ну слава богу, добрались! — выдохнула она, сбрасывая сумки прямо на итальянский керамогранит. — Алинка, чего в дверях застыла? Чайник ставь, дети с дороги голодные.
— Света, — мой голос звучал ровно, но Игорь втянул голову в плечи. — Что происходит?
— Так Игорь не сказал? — она округлила глаза, включая режим «святая простота». — У нас ремонт! Капитальный! Трубы меняем, полы вскрываем. Жить невозможно, пыль столбом. Мы у вас недельку перекантуемся. Вам же в ваших хоромах не тесно? Вон, сколько метров простаивает.
Я перевела взгляд на мужа. Тот старательно рассматривал потолок, понимая, что вечером его ждет казнь.
— Игорь?
— Алин, ну правда, — заблеял он. — Сестра же. Куда им с детьми в строительную пыль? Всего неделя.
— Неделя, — отчеканила я. — Ровно семь дней. Еда — ваша. Дети по квартире не носятся, стены не трогают, к моему кабинету не подходят ближе чем на метр. И чтобы тишина после десяти.
Света фыркнула, закатив глаза:
— Ой, какая ты душная, Алина. Прямо надзиратель в колонии. Ладно, договорились. Где нам спать? Надеюсь, не на полу?
Так начался ад.
«Неделька» растянулась на две. Потом на три. Моя квартира, которую я вылизывала с дизайнером, превращалась в хлев. В прихожей вечно стояла гора грязной обуви, о которую я спотыкалась. На кухне царил хаос: жирные пятна на столешнице из искусственного камня, крошки, липкие лужи. Света вела себя не как гостья, а как барыня, к которой приехала челядь.
— Алин, а чего в холодильнике шаром покати? — заявила она как-то вечером, заглядывая в пустые полки. — Детям йогурты нужны, да и мы с Игорем мяса бы поели. Ты же хорошо зарабатываешь, могла бы и позаботиться о родственниках.
— У тебя есть карта, есть магазины, — я даже не оторвалась от ноутбука. — Вперед. Доставка работает круглосуточно.
— Жадина, — буркнула она, хлопая дверцей холодильника так, что звякнули банки. — В гробу карманов нет, запомни.
Но точкой невозврата стало не это. Вернувшись однажды с работы раньше обычного, я застала племянников в своей спальне. Старший прыгал на кровати с ортопедическим матрасом, который стоил как крыло самолета, а младшая... Младшая самозабвенно рисовала на стене. Моей помадой. Tom Ford. Лимитированная коллекция.
— Вон! — рыкнула я так, что дети брызнули в разные стороны.
Подписывайтесь на Telegram скоро там будет много интересного!
РОЗЫГРЫШ!!!
На шум прибежала Света. Увидев разрисованные обои и сломанную помаду, она лишь всплеснула руками:
— Ну ты чего орешь? Это же дети! Подумаешь, полоска на стене. Отмоешь. А помада твоя... господи, кусок жира крашеного. Купишь новую, не обеднеешь. Мы тут, кстати, подумали. Ремонт затягивается. Бригада попалась — алкаши какие-то. Так что мы до лета посидим. Вам вдвоем все равно скучно, а тут веселье!
Игорь стоял рядом и молчал. Тряпка.
Я ничего не ответила. Просто ушла в ванную, чтобы не совершить уголовное преступление прямо на месте. Мне нужно было выдохнуть.
Вечером Света ушла в душ, бросив свой телефон на кухонном столе. Экран загорелся от уведомления. Я не имею привычки читать чужие переписки, но тут текст всплыл крупными буквами на заблокированном экране. Сообщение от контакта «Марина Аренда»:
«Светлана, деньги за следующий месяц перевела. Жильцы довольны, спрашивают, можно ли продлить до августа?»
И следом уведомление от банка: «Пополнение баланса: +80 000р».
Внутри у меня что-то щелкнуло. Пазл сложился мгновенно. Никакого ремонта нет. Эта наглая приживалка сдала свою «конуру» посуточно или помесячно, чтобы рубить легкие деньги, а сама приехала жить ко мне на полное обеспечение. Экономия на продуктах, коммуналке, плюс пассивный доход. Гениальный бизнес-план. За мой счет.
Я взяла свой телефон и сфотографировала её экран. Руки не дрожали. Наоборот, появилась холодная, злая ясность.
— Игорь, зайди на кухню, — позвала я мужа.
Когда он вошел, я молча показала ему фото. Он пробежал глазами по строчкам, покраснел, потом побледнел.
— Алин, может, это ошибка?
— Ошибка — это то, что ты до сих пор не выставил их за дверь, — спокойно сказала я. — У тебя есть выбор. Или завтра к обеду их здесь нет, или завтра здесь нет и тебя. Вместе с твоей мамочкой, сестричкой и всем вашим цирком.
— Но куда они пойдут?
— Мне плевать. Хоть под мост. Хоть в отель «Ритц», если денег хватит.
Утром Света, как ни в чем не бывало, заявила, что идет по магазинам — присмотрела себе «чудные сапожки» (видимо, на деньги с аренды). Детей она великодушно оставила на Игоря, который взял отгул.
Я дождалась, пока за ней захлопнется дверь.
— Игорь, собирай детей и веди их гулять в парк. Надолго.
— Зачем?
— Затем, что сейчас здесь будет проводиться санобработка от паразитов.
Когда муж с племянниками скрылся в лифте, я достала телефон. Первый звонок — в службу вскрытия замков. Второй — участковому.
Игра в гостеприимство закончилась. Началась зачистка территории.