По мотивам песен В. Высоцкого
Во хмелю слегка,
Лесом правил я,
Не устал пока, –
Пел за здравие.
А умел я петь
Песни вздорные:
«Как любил я вас,
Очи черные...»
В. Высоцкий, «Погоня»
Пасмурное осеннее утро конца сентября... В колхозе «Путь Ильича» началось заседание правления. Открыл заседание председатель колхоза:
– Товарищи члены правления! У нас сегодня на повестке дня один вопрос: как отметить предстоящий праздник мусульман Курбан-байрам.
В колхоз входило три деревни – три бригады. Деревня Ишеево – центральная усадьба колхоза. Здесь располагались правление, ремонтная мастерская, склады, центральный клуб, магазин. Вторая бригада – деревня Янаул, которая находилась километрах в пяти от центральной усадьбы. Третья деревня – Карайганово – была километрах в пятнадцати от Ишеево. Дорога в Карайганово пролегала в основном через горы и густой лес...
Курбан-байрам – священный для мусульман праздник. В этот день во всех мечетях с утра читают намаз (молитву), потом совершается жертвоприношение Аллаху (Курбан) – закалывают барана, теленка или корову. Мясо забитых животных делится на три равных части: одна часть раздается всем нуждающимся, другая – родственникам; третью принято оставлять себе и готовить из нее праздничное угощение.
Решение правления колхоза было единогласным: отобрать из колхозного стада одного крупного быка и трех баранов.
...И вот наступило утро. Праздник Курбан-байрам на этот раз совпал с пятницей – еженедельным большим намазом в мечетях, начались праздничные хлопоты...
...Первым делом выбрали в колхозном стаде упитанного быка. С фермы привезли трех баранов. Быка спустили на землю и, обмотав ему ноги веревками, повалили на бок, барашков положили в ряд, головами в сторону мусульманской святыни – города Мекки, т. е. к юго-западу от солнца. Деревенский мулла – хазрат прочитал намаз, посвященный Курбан-байраму, и со словами "Аллах акбар!" всем животным пустили кровь...
Разделанные туши поделили на три части – для центральной усадьбы колхоза и двум деревням.
Бригадир уже распорядился:
– Магафур-агай, возьми с собой кого-нибудь и давай дуй в Янаул, отвези мясо, они там уже ждут! А ты, Мостафа-агай, быстрее запрягай Гнедого и езжай вместе с сыном Азатом в Карайганово. Еще возьмите пристяжную – кобылу Ромашку, конюх Ахмед просил доставить... Пусть мясник Кадим порубит мясо на части, чтобы им там время не тратить, – людям сразу раздадут...
Мостафа, в возрасте порядка шестидесяти пяти лет, еще крепкий и подвижный старик, позвав сына Азата, пошел запрягать Гнедого.
Не прошло и десяти минут, как на санях они подъехали к мяснику и начали грузить мешки с мясом.
Снова подошел бригадир:
– Ну что, Мостафа-агай, готовы? Вы не мешкайте, до сумерек надо вернуться. Мало ли что... Ты возьми у сторожа двустволку, как вернешься, отдашь обратно. Так, на всякий случай... Недавно возле Карайганово в лесу кто-то видел стаю волков...
Как уже было сказано, дорога в Карайганово пролегала через горы, покрытые густыми хвойными и смешанными лесами. Это было подножье Южно-Уральских гор. Огромные ели, сосны, вперемешку с дубами и березами, гордо поднимаясь ввысь, стояли по обе стороны дороги, как часовые.
В лучах солнца снег на деревьях сверкал разноцветными отблесками...
– Ну что, сынок, – начал разговор Мостафа-агай, – ехать осталось немного, скоро поворот, а там уже лес кончится и останется до деревни километров пять...
Помолчав немного, вновь заговорил:
– Вот приедем, сдадим мясо в сельсовет и заедем к моей сестре Гульямал, ты же ее знаешь... А ты когда видел родную тетку? То-то... Поздравим с праздником, чайку попьем, а потом поедем обратно.
Что-то было неладно в поведении лошадей... Гнедой как будто что-то почуял: высоко подняв голову и поворачивая морду то вправо, то влево, он стал фыркать и дергаться. Пристяжная кобыла Ромашка, тоже что-то учуяв, стала дергаться в сторону от Гнедого...
До деревни оставалось километра три...
Фыркая и хрипя, насторожив уши, лошади рысью вознеслись на небольшой пригорок и вдруг резко встали, как вкопанные... От внезапной остановки Азат даже слетел с саней, а Мостафа-агай обеими руками уперся о передок...
– Что случилось?! Азат, посмотри! – крикнул он от неожиданности.
Азат, легко вскочив на ноги, посмотрел вперед и ахнул... Посреди дороги на задних лапах сидел огромный волк. Он смотрел своими желтыми глазами в сторону лошадей и будто ухмылялся... Это был Вожак. Справа и слева от него стояли, оскалив клыки, еще два волка... За ними были видны еще несколько хищников. Всего восемь...
Вдруг Гнедой, заржав, поднялся на задние ноги, и перебирая в воздухе передними, как будто хотел от кого-то отбиться копытами, резко повернул назад и, увлекая за собой и пристяжную, и сани, стремглав помчался обратно...
Мостафа-агай только успел крикнуть:
– Азат, прыгай!!!
Азат же, запрыгнув в сани, ухватился за края, а лошади уже бешено неслись обратно по дороге, и остановить их или заставить куда-то повернуть не было никакой возможности... Они ничего не видели вокруг, никому не подчинялись, – их гнал вперед животный страх за свою жизнь...
...Волки, не ожидавшие такого поворота событий, все же пришли в себя и бросились вдогонку.
...Кони неслись, высоко задрав морды, с налитыми кровью глазами, от смертельного страха прижав уши и не чуя усталости... Сначала волки заметно отстали от бешено несущихся лошадей. Но вот они потихоньку стали догонять их.
...Расстояние между лошадьми и волками заметно сокращалось. Вот Вожак, достигнув саней, злобно рыча и оскалив клыки, прыгнул. Но Азат, который все это время держал в руках двустволку, действуя почти инстинктивно, прикладом ударил Вожака в лоб. Тот отлетел, несколько раз перевернувшись, и отстал. Остальные волки стали обгонять сани, готовясь на ходу прыгнуть на лошадей.
...Первым опомнился Мостафа-агай и что было сил заорал:
– Азат!!! Стреляй!!! У тебя же ружье!!!
При этом он не выпускал вожжей из рук, пытаясь то ли удержать, то ли подгонять лошадей...
После окрика отца Азат будто пришел в себя и, сбросив рукавицы, поднял двустволку и прицелился в рядом бежавшего волка, со злостью нажал на курок... Выстрела не последовало. Он нажал на курок вторично. Выстрела нет... В эту секунду Азат с ужасом вспомнил, что ружье не заряжено!
– Оно не заряжено!!! – не поворачиваясь в сторону отца, заорал Азат.
...Волки в бешеном своем преследовании уже догоняли и обгоняли сумасшедше бегущих лошадей. Вот один из них, улучив момент, с ходу прыгнул на пристяжную, но промахнулся и попал под копыта... Но остальные настойчиво пытались обогнать и окружить мчавшихся во весь дух лошадей с санями. И уже казалось, что догнать и свалить их на ходу было делом техники.
Азат с ужасом, лежа в санях на спине, стал перебирать патроны от двустволки, но пальцы не слушались. В этот момент прогремел голос отца Мостафы-агая: "Азат!!! Что ты застрял?!! Если не можешь выстрелить, бросай волкам мясо! По куску каждому в морду!". Азат, придя в себя, стал доставать куски мяса из мешка и бросать бежавшим рядом с санями волкам. Голодные, измученные погоней волки, учуяв свежее мясо, хватали куски, тут же останавливались и, обнажив страшные клыки, вгрызались в пищу!
Но Вожак и несколько волков из его ближайшего окружения не стали отвлекаться на куски мяса и злобно продолжали преследовать лошадей...
...Однако Вожак ошибся. Вся его стая была голодной – они не ели мяса уже пару недель. И брошенный под лапы кусок свежего мяса для каждого волка был шансом на спасение своей жизни. Поняв бессмысленность дальнейшей погони, Вожак, стиснув зубами последний кусок мяса, выброшенный из уносящихся саней, остановился, сел посреди дороги на задние лапы и прекратил преследование.
Подгоняемые страхом лошади на бешеной скорости влетели в деревню... Лай собак и выстрелы из ружей были слышны уже вовсю.
Вожак наконец понял, что его время командовать стаей прошло... Он с грустью вспомнил, что однажды, когда был еще молодым волком, была такая же погоня, но лошади, бешено бежавшие по дороге, в тот раз никуда не ушли – стали добычей стаи.
...Старый храбрый Вожак, оценив ситуацию и вспомнив свое прошлое, тяжело поднялся, медленно развернулся и побрел обратно. Он знал, что его ждет расправа...
Лошади – Гнедой и пристяжная Ромашка – на всем скаку заехали во двор сельсовета и, не останавливаясь, хрипя и фыркая, начали кружить по двору. Все, кто это видел, – оторопели...
Первым пришел в себя бригадир: "Мостафа-агай, что случилось?!"
Мостафа-агай, изо всех сил придерживая вожжи, только прохрипел: "Волки!.. Лошади нас спасли!.."
Автор: Наиль САЙФУЛЛИН
Издание "Истоки" приглашает Вас на наш сайт, где есть много интересных и разнообразных публикаций!
