Я замерла с чашкой в руках. О ком они говорили?
Сердце забилось быстрее. Неужели речь шла обо мне?
Я едва не выронила чашку. Тетя Клава действительно умерла полгода назад, но я думала, что у неё ничего не осталось. Она всю жизнь перебивалась с хлеба на квас.
Кровь застыла в жилах. Что значит "переговорить"?
Виктор - это мой муж, её сын. Значит, они хотели обмануть меня и забрать мое наследство?
Я тихо поднялась и на цыпочках прошла в спальню. Руки дрожали так сильно, что не могла застегнуть куртку. Пятнадцать лет я жила в этом доме, считая Галину Петровну почти родной матерью. Ухаживала за ней, когда болела, готовила её любимые блюда, покупала лекарства на свои деньги. А она...
Нужно было срочно ехать к нотариусу и выяснять правду. Но сначала следовало успокоиться и все обдумать. Если свекровь действительно подкупила нотариуса, то просто так прийти и спросить про завещание было бесполезно. Нужен был другой план.
Я вспомнила Николая Сергеевича, нашего соседа по даче. Он работал юристом и всегда помогал хорошим советом. Может быть, он подскажет, как правильно поступить?
Выскользнув из дома через заднее крыльцо, я быстро дошла до остановки. В автобусе металась между мыслями о предательстве мужа и свекрови и надеждой, что все это страшный сон. Неужели Витя тоже участвует в этом обмане? Мы прожили вместе столько лет, у нас двое детей...
Николай Сергеевич открыл дверь сразу, как будто ждал.
Я присела за стол в их уютной кухне и выложила все, что услышала. Николай Сергеевич слушал молча, изредка хмурясь.
Он набрал номер и о чем-то тихо поговорил. Потом обернулся ко мне:
Домой я вернулась к вечеру, когда вся семья уже собралась за ужином. Галина Петровна встретила меня с обычной улыбкой:
Я посмотрела на неё и на мужа, который даже не поднял глаз от тарелки. Значит, он все знает. Все это время они вместе планировали обмануть меня.
За ужином я молчала, наблюдая за ними. Свекровь рассказывала детям какую-то смешную историю, муж обсуждал работу. Все выглядело так естественно, так по-семейному. Но теперь я видела фальшь в каждом жесте, в каждой улыбке.
Ночью я лежала и смотрела в потолок. Витя спокойно спал рядом, изредка похрапывая. Неужели он действительно согласился участвовать в этом обмане? Неужели деньги оказались важнее нашей семьи?
Утром я встала пораньше и тихо собралась. На кухне оставила записку, что иду к врачу и вернусь после обеда.
Нотариальная контора на Советской оказалась небольшой, но современной. Марина Владимировна, женщина лет сорока с добрыми глазами, выслушала меня внимательно.
Она пробежала пальцами по клавиатуре компьютера, потом открыла какую-то программу.
Сердце заколотилось так громко, что, казалось, весь офис должен был услышать.
Марина Владимировна нахмурилась и снова заглянула в компьютер.
Я вышла из конторы с головой, полной мыслей. Значит, наследство действительно существует. И Галина Петровна каким-то образом скрыла это от меня. Но как?
Домой идти не хотелось. Я поехала к дому тети Клавы, посмотреть на свое неожиданное наследство. Двухэтажное здание старой постройки стояло в самом центре, окруженное новыми офисными зданиями. На первом этаже действительно жили какие-то люди - в окнах висели занавески, на подоконниках стояли цветы.
Вечером Марина Владимировна действительно позвонила:
Я положила трубку и прислонилась к стене. Значит, все-таки обман. Галина Петровна не просто скрыла от меня правду - она солгала официально.
В гостиной работал телевизор. Муж и свекровь смотрели новости, дети делали уроки за столом. Обычный семейный вечер. Только теперь я знала, что никакой семьи у нас нет.
Он удивленно посмотрел на меня, но поднялся и прошел в спальню. Я закрыла дверь и села напротив него на кровать.
Лицо мужа изменилось. Сначала удивление, потом что-то похожее на страх.
Витя молчал, глядя в пол.
Я смотрела на этого человека, с которым прожила пятнадцать лет, и не узнавала его. Когда он успел стать таким циничным?
Этого я стерпеть уже не могла. Встала и направилась к двери.
В гостиной Галина Петровна все еще смотрела телевизор. Увидев мое лицо, она насторожилась.
Пульт упал с её колен на пол. Несколько секунд она молчала, потом включила свою обычную актерскую игру:
Свекровь побледнела, но продолжала отпираться:
Теперь Галина Петровна поняла, что игра окончена. Её лицо стало жестким:
Я посмотрела на них обоих и поняла, что больше не могу находиться в этом доме.
Дети выглядывали из своей комнаты, испуганные и растерянные. Мне стало жаль их, но пути назад уже не было.
На следующий день я оформила вступление в наследство. Дом оказался в отличном состоянии, квартиранты поддерживали его в порядке. Агентство недвижимости оценило его в восемь миллионов рублей.
Витя пытался звонить, просил о встрече, обещал, что мы все уладим. Но я не отвечала на звонки. Доверие, накопленное годами, было разрушено одним подслушанным разговором.
Развод прошел быстро. Я оставила мужу и свекрови половину нашего старого дома - пусть живут там вместе, как и планировали. Дети остались со мной. Сначала было трудно, но потом они поняли, что папа и бабушка поступили нехорошо.
Дом тети Клавы я продавать не стала. Сделала там ремонт и переехала с детьми. Теперь у нас просторная квартира в центре города, а доход от сдачи второй квартиры позволяет жить, ни в чем не нуждаясь.
Иногда встречаю Галину Петровну в магазине. Она делает вид, что не замечает меня, а я не считаю нужным подходить. Витя женился на молоденькой коллеге. Говорят, она тоже ничего не знает о его способности к предательству. Но это уже не мои проблемы.
Тот подслушанный разговор изменил всю мою жизнь. И знаете что? Я ни о чем не жалею. Лучше узнать правду и начать жить честно, чем всю жизнь находиться в окружении лжи и фальши.