Заметила я её на собеседовании. Сидела напротив, резюме изучала. Светлана, тридцать восемь лет, опыт работы бухгалтером приличный. Всё в порядке на бумаге. Задавала я стандартные вопросы, она отвечала чётко, по делу. Но что-то меня насторожило. Смотрела она на меня как-то слишком пристально. Не просто в глаза во время разговора, а изучающе так, будто запоминала каждую черту лица.
– Почему вы ушли с предыдущего места? – спросила я.
– Компания закрылась, – ответила Светлана. – Собственник разорился. Всех сократили.
Ответ логичный. Я кивнула, задала ещё несколько вопросов. В конце сказала:
– Хорошо, мы вам перезвоним в течение недели.
Светлана встала, протянула руку. Когда пожали руки, она улыбнулась. Странно улыбнулась. Как будто знала что-то, чего я не знаю.
Через день решение принято. Светлану взяли. Кадровик сказал, что она лучшая кандидатура из всех. Опыт большой, рекомендации хорошие, зарплату называет адекватную. Я согласилась, хотя внутри какое-то сомнение осталось.
В первый рабочий день Светлана пришла минута в минуту. Аккуратная, собранная, деловой костюм. Показала я ей рабочее место, познакомила с коллегами. Она со всеми вежливо поздоровалась, но взгляд не отрывала от меня. Когда я объясняла задачи, она смотрела не на документы, а на меня. Не мигая, сосредоточенно.
– Всё понятно? – спросила я в конце.
– Абсолютно, Анна Сергеевна, – кивнула она.
Ушла я в свой кабинет. Работаю, но ощущение странное. Будто кто-то за мной наблюдает. Подняла голову, посмотрела в окно. Наш офис открытого типа, кабинетов мало, в основном всё на виду. Вижу, Светлана сидит за своим столом, но смотрит не в компьютер, а на меня. Сразу отвела глаза, когда наши взгляды встретились.
Подумала я, что мне показалось. Мало ли, может, задуматься можно, взгляд в пространство. Но через полчаса снова чувствую это давление. Поднимаю голову, и опять она на меня смотрит. Теперь уже раздражаться начала.
Вышла я в общий зал, подошла к её столу:
– Светлана, у вас вопросы есть?
– Нет, всё понятно, – ответила она быстро.
– Тогда почему не работаете?
– Работаю, – улыбнулась она. – Просто думала над задачей.
Ушла я обратно. Но теперь уже настороженно к ней относиться стала. Весь день ловила её взгляд на себе. Когда я вставала, когда разговаривала по телефону, когда пила кофе. Она следила за каждым моим движением.
Вечером коллега Марина зашла в кабинет:
– Ань, а новенькая какая-то странная.
– В каком смысле? – настораживаюсь я.
– Да всё время на тебя смотрит. Я заметила. Работает вроде нормально, но стоит тебе появиться в зале, сразу взгляд на тебе.
Значит, не мне одной кажется. Марина тоже заметила.
– Может, просто нервничает в первый день? – предполагаю я. – Хочет произвести впечатление на руководство.
– Может быть, – сомневается Марина. – Но как-то уж очень пристально. Прямо изучает тебя.
Разошлись мы по домам. Я всю дорогу думала об этом. Почему новая сотрудница так за мной наблюдает? Может, правда нервничает? Хочет понять, какой я начальник, как себя вести? Но почему тогда так навязчиво?
На следующий день всё повторилось. Светлана работает хорошо, задачи выполняет быстро и качественно. Но взгляд постоянно на мне. Причём не только когда я рядом. Если я в кабинете сижу, она через стекло смотрит. Если выхожу, провожает взглядом. Начала я чувствовать себя неуютно.
В обед я пошла в столовую. Села за стол, достала телефон. Минуты через три Светлана подсела. В столовой десять столов, людей мало. Но она села именно рядом со мной.
– Анна Сергеевна, можно вопрос? – спрашивает она.
– Конечно, – киваю я.
– Вы давно в компании работаете?
– Семь лет. А что?
– Просто интересно. Вы очень профессионально выглядите. Чувствуется опыт.
Вежливо, но опять это странное ощущение. Смотрит она на меня, не моргая. Изучает.
– Спасибо, – отвечаю коротко. – У вас если рабочие вопросы есть, спрашивайте смело.
– Хорошо, – улыбается она.
Встала я, ушла. Есть расхотелось. Вернулась в кабинет, закрыла дверь. Сижу, думаю. Может, поговорить с ней прямо? Спросить, в чём дело? Но как спросишь? Звучит глупо: "Почему вы на меня смотрите?" Скажет, что не смотрит, и буду выглядеть параноиком.
Вечером Марина снова зашла:
– Ань, она опять весь день на тебя пялилась. Это уже жутковато.
– Знаю, – вздыхаю я. – Сама заметила. Не понимаю, что ей надо.
– Может, она того, – Марина покрутила пальцем у виска. – Психованная какая-то.
– Да вроде нормальная. Работает хорошо, общается адекватно. Просто вот эти взгляды бесят.
– Поговори с ней, – советует Марина. – Прямо спроси, в чём дело.
Решила я подождать ещё немного. Может, само пройдёт. Но не прошло. Каждый день одно и то же. Светлана следит за мной с утра до вечера. Причём не просто смотрит. Она изучает. Запоминает, как я двигаюсь, как разговариваю, что ношу.
Однажды пришла я на работу в новой кофточке. Через день Светлана в похожей. Я волосы по-другому уложила. Через несколько дней она точно так же укладывает. Я начала пить кофе с корицей. Она тоже переключилась на кофе с корицей. Это уже было слишком.
Вызвала я её в кабинет. Закрыла дверь, села напротив.
– Светлана, мне нужно с вами поговорить.
– Я вас слушаю, – спокойно отвечает она.
– Скажите честно, почему вы за мной наблюдаете?
Она даже не смутилась. Посмотрела прямо в глаза:
– Наблюдаю?
– Да. Вы постоянно на меня смотрите. Изучаете каждое моё движение. Копируете мой стиль одежды, причёску. Зачем?
Светлана помолчала, потом спросила:
– Вам это мешает?
– Мне это неприятно. Я чувствую себя под микроскопом.
Она кивнула:
– Понимаю. Извините, если доставила дискомфорт. Просто вы мне очень нравитесь.
– Нравлюсь? – не понимаю я.
– Да. Как личность, как профессионал. Я хочу быть такой же, как вы. Вот и наблюдаю, учусь.
Сижу я, не знаю, что сказать. С одной стороны, вроде комплимент. С другой стороны, всё равно странно.
– Светлана, я понимаю ваше желание учиться. Но так делать неправильно. Вы меня копируете, а это неприятно. Будьте собой. Развивайте свои качества, а не копируйте чужие.
– Хорошо, – соглашается она. – Я постараюсь.
Вышла она из кабинета. Я подумала, что разговор помог. Но нет. Ничего не изменилось. Она продолжала смотреть, изучать, копировать. Только теперь делала это ещё настойчивее.
Я начала нервничать. Приходила на работу с тяжёлым чувством. Знала, что весь день буду под её взглядом. Не могла расслабиться, постоянно ощущала напряжение. Коллеги тоже замечали, начали обсуждать между собой.
Однажды пришла я утром, а на моём столе лежит записка. Пишу от руки, аккуратным почерком: "Вы вдохновляете меня. Спасибо, что вы есть". Подпись Светланы. У меня мурашки по коже. Это уже переходит границы.
Вызвала я её снова:
– Светлана, что это? – показываю записку.
– Просто хотела поблагодарить, – улыбается она.
– За что?
– За то, что вы такая. Я многому у вас учусь.
– Светлана, послушайте меня внимательно, – говорю строго. – Ваше поведение неприемлемо. Вы нарушаете мои личные границы. Я не хочу получать записки. Я не хочу, чтобы вы на меня постоянно смотрели. Я не хочу, чтобы вы меня копировали. Понятно?
Лицо у неё изменилось. Улыбка исчезла, глаза стали холодными.
– Понятно, – сказала она тихо. – Извините, что была навязчивой.
Вышла она. Я подумала, что теперь-то точно всё закончится. Но стало только хуже. Светлана перестала открыто смотреть. Зато начала следить исподтишка. Я чувствовала её взгляд постоянно, но когда оборачивалась, она уже отводила глаза.
Потом начались странности. Я оставила телефон на столе, вышла на минуту. Вернулась, телефон лежит не на том месте, где я оставила. Разблокирован. Кто-то его брал. Спросила коллег, никто ничего не видел. Но я знала. Это была она.
Ещё через неделю я нашла в своей сумке чужую вещь. Маленькую записную книжку. Открыла, а там записи про меня. Когда я прихожу, когда ухожу. Что ношу, что говорю. Подробный дневник наблюдений. Почерк Светланы. У меня руки задрожали. Это уже не просто странное поведение. Это опасность.
Пошла я к директору. Рассказала всё. Показала записную книжку. Директор нахмурился:
– Это серьёзно. Нужно разбираться.
Вызвали Светлану. Директор спросил прямо:
– Это ваша записная книжка?
Она посмотрела, кивнула:
– Моя.
– Зачем вы следите за Анной Сергеевной?
Светлана помолчала, потом сказала:
– Я просто хотела быть ближе к ней. Понимать её лучше. Она особенная.
– Это называется преследование, – сказал директор жёстко. – Мы не можем держать сотрудника, который нарушает границы другого сотрудника. Вы уволены. Сегодня же собирайте вещи.
Лицо у Светланы побледнело:
– Но я хорошо работаю! Я ничего плохого не делала!
– Вы следили за человеком, записывали каждый её шаг, – сказал директор. – Это недопустимо. Решение окончательное.
Светлана встала, посмотрела на меня. Взгляд холодный, полный ненависти:
– Вы пожалеете об этом.
– Это угроза? – спросил директор.
– Нет, – ответила она. – Просто констатация факта.
Вышла она. Я осталась с директором. Он посоветовал мне быть осторожной, на всякий случай проводить до дома. Я согласилась.
Вечером муж встретил меня у офиса. Рассказала ему всё. Он разозлился:
– Надо в полицию заявление писать. Это же преследование!
– Она уволена, – говорю я. – Может, этого достаточно.
Но оказалось, недостаточно. Через неделю я стала замечать, что Светлана появляется в тех же местах, что и я. Случайно встречаю её в магазине, куда хожу. Потом в кафе рядом с домом. Потом в парке, где гуляю. Слишком много совпадений.
Рассказала мужу. Он настоял на заявлении в полицию. Пошли мы, написали. Полиция провела беседу со Светланой. Она клялась, что это совпадения, что не следит за мной. Но полиция предупредила её официально. Если продолжится, будут меры.
После этого Светлана исчезла. Не появлялась больше в моих обычных местах. Я постепенно успокоилась, начала жить нормально. Думала, что всё закончилось.
Но сегодня утром я получила письмо на электронную почту. От неё. Там было написано коротко: "Я всё ещё наблюдаю за вами. Вы не избавились от меня. Я всегда буду рядом".
Сижу я с этим письмом, руки дрожат. Показала мужу. Он сразу сказал, что идём в полицию снова. На этот раз уже с письмом, с доказательствами преследования. Пусть разбираются серьёзно.
Не знаю, чем это всё закончится. Но теперь понимаю, что с первого дня чувствовала правильно. Светлана наблюдала за мной слишком внимательно. И это было не обычное любопытство. Это была одержимость. Опасная, нездоровая одержимость. И я рада, что поняла это вовремя. Что не промолчала, что обратилась за помощью. Потому что молчать в таких ситуациях нельзя. Это может закончиться очень плохо.