[ Смотреть видео на сайте НТВ ]
Российской детской клинической больнице 21 ноября исполняется 40 лет. Ежегодно ее врачи принимают десятки тысяч юных пациентов со всей страны и проводят десятки сложных операций. Сегодня РДКБ — это не только крупнейший центр диагностики и хирургии. С 2023 года в составе больницы работает реабилитационный центр.
Ровно год назад состояние Фадея разительно отличалось от того, как мальчик чувствует себя сейчас.
Дмитрий Рещиков, нейрохирург Российской детской клинической больницы: «Ребенок мог передвигаться вокруг своей головы. Не было точных движений руками, не было речевой продукции. На сегодняшний день мы видим, что он может сидеть, держать спину, появились точные движения руками, мы научились говорить несколько слов».
Многопрофильную детскую клиническую больницу запланировали в 1960-х. Строительство начали еще в 1970-е, но первые корпуса были сданы только к 1985 году.
Дмитрий Рещиков, нейрохирург РДКБ: «РДКБ — это больница последнего шанса и больница как площадка для внедрения новых технологий. И мы беремся зачастую за то, за что не берется никто».
Глеб Брюсов, заведующий отделением реанимации интенсивной терапии и реабилитации РДКБ: «Концепция РДКБ была именно в доступности самых высокотехнологичных видов помощи для любого ребенка, который мог сюда приехать в советское время».
Первое суровое испытание РДКБ прошла в 1988 году. Тогда город Гюмри (Ленинакан) в Армении был в одно мгновение разрушен. Всего же в спитакском землетрясении погибли 25 тысяч человек, а более полумиллиона остались без крова. Это был тот момент, когда казалось, что весь мир объединился в едином порыве сострадания. Туда летели самолеты НАТО, но со спасателями и кинологами. Туда же со всего Союза шли железнодорожные составы с гуманитарной помощью, медикаментами и теплой одеждой. В обратном направлении летели самые тяжелые пострадавшие. Так 165 детей попали в Республиканскую детскую клиническую больницу в Москве. Среди них — 14-летний мальчик Армен Хачатрян.
Армен Хачатрян, заместитель директора медицинского центра города Гюмри: «Наша учительница кричала: „К стенкам, к стенкам, ребята“. Она погибла во время землетрясения. Так получилось, что с туловища я был свободен и видел двор школы, но на мне были две панели большие. Рядом со мной и умершие дети были, и дети, кричащие о помощи. Мне казалось, что я тоже должен умереть».
Конечно, в первый же день в РДКБ все были на местах — вплоть до сантехников. Но прошли сутки, потом вторые — в итоге о том, что к ним из аэропорта везут детей, сотрудники больницы узнали из выпуска новостей.
Александр Кузин, заведующий отделением травматологии и ортопедии РДКБ: «Мы ровно неделю работали круглосуточно, оперировали, такой был конвейер: гемодиализ, операционная, в отделение, снова в операционную».
Это была долгая и изнурительная борьба — сначала за жизнь, а потом за здоровье детей. При этом среди доступных тогда средств восстановления были только лечебная физкультура и массаж. Именно тогда, в 1988-м, было положено начало детской реабилитации непосредственно в реанимационном отделении.
Только за прошлый год в РДКБ медицинскую помощь получили около 45 тысяч пациентов, хирурги провели более 16 тысяч операций. Здесь готовы в любой момент срочно вылететь в любую точку страны на самые сложные случаи.
Глеб Брюсов: «И в советские времена, и сейчас основное — это свои профессиональные возможности, свои профессиональные умения воплотить в жизнь и дать возможность как можно большему количеству детей, поступивших в эту больницу, уйти отсюда на своих ногах и со здоровьем».
Неизвестно, кто и когда придумал неофициальное название «клиника последнего шанса», но оно как нельзя лучше характеризует и саму больницу, и тех, кто в ней работает.