До катастрофы я жил на Петровке в 17-м доме, так вот там, на этаже ниже меня жил мужик один преклонного возраста. Звали его Лев Анатольевич.
Не было у него за всю жизнь ни жены, ни детей. На вопрос "Почему так?", он постоянно отшучивался в стиле "Мне и одному жить дорого".
Нормальный мужик был, рукастый. Постоянно соседям помогал, будь то прожженная проводка или протечка трубная.
Время шло, Лев Анатольевич старел и силы его гасли, как и огонёк в глазах. Из общительного весёлого мужичка он все больше походил на дряхлого, всем недовольного старикашку. Вскоре Лев и вовсе вышел на пенсию и совсем побледнел.
Я все чаще, чисто по-соседски, стал его навещать, приносить продукты, узнавать как здоровье. В ответ участился ответ "Да пора мне уже, Никита. Пожил и хватит". После этих слов каждый раз становилось не по себе.
И вот, в один день, у нашего подъезда, из окна я заметил машину скорой помощи. Приехали ко Льву. Ожидая худшего, я спустился вниз, чтобы подтвердить свои опасения, но благо дед сидел на кровати, а фельдшер измерял ему давление танометром. Девушка обернулась ко мне и спросила "Родственник?". Я покачал головой.
Она попросила меня приглядывать за соседом. У Льва все чаще случались приступы сонного паралича, которые уже немолодой организм мог не выдержать. Я согласился. Безвозмездно.
Продлилось это недолго.
В один из дней, во время моего отъезда по рабочим моментам мне позвонили соседи и сообщили, что из квартиры Льва Анатольевича все сильнее начал доноситься трупный запах. Всё это было очень странно. Я звонил ему утром и буд-то он даже был необычайно весел и бодр. Вновь набрал ему на мобильный, но никто не ответил. После ещё нескольких звонков я понял, что дело действительно запахло и вовсе не жареным.
Вернувшись этим же днём с работы, я сразу же поспешил в гости к старику. Благо, я заранее сделал дубликат ключа от его квартиры.
Войдя в подъезд, я сразу же почувствовал резких трупный смрад. Даже не представлял, что запах тела за сутки может разнестись по всей парадной.
Вставлять ключ не стал. Сперва вежливо постучал, буд-то ожидая, что старый встанет со своей кушетки и провернет замок, но... Так и произошло.
Послышалось два щелчка. Дверь отворилась и на пороге стоял вполне себе живой и здоровый Лев. Я окоченел.
— Никита! Ты чего застыл? Ты ж сегодня до поздна вроде на работе?
Старик пригласил меня внутрь и я не стал сопротивляться.
Зайдя в квартиру я принюхался и к своему удивлению не почувствовал того ужасающего смрада, но вот что заметил, так это то, что сосед порозовел, юморил и был бодр, как в те свои года до пенсии. В квартире было очень чисто. Пахло свежей выпечкой, квашеной капустой и борщом.
Анатольевич повёл меня на кухню и усадил за стол.
— Пирожки будешь, Никит? Свежие. С мясом.
Я, ошарашенный всем увиденным и учуянным, обратился к нему и спросил "Лев Анатольевич, а как это вообще понимать?" От дряхлого скрученного старикашки не осталось и следа. Лев стоял у плиты и новенькой нержавеющей лопаткой соскабливал с противня свежую выпечку.
— Ох, дружище, мне и самому не верится! Чудеса какие-то происходят! Встал сегодня таким бодрым, буд-то на десяток помолодел. Квартиру выдроял дочиста, готовкой вот вдохновился, одежду погладил в коем-то веке.
Рубашка и брюки на нем действительно были идеально, по струнке выглажены. Пирожки с крепким горячим чаем мигом оказались на столе и мы принялись трапезничать.
Я смотрел на него и не мог в это поверить, но вспомнив вдруг причину своего приезда, в середине своего рассказа про рабочую неделю спросил:
— Лёв, на тебя соседи жалуются. Утверждают, что из твоей квартиры мертвятиной несёт на весь подъезд. Ты тут не замочил никого?
Дед посмотрел на меня с недоумением, скривил рожу, а затем рассмеялся необычно юным, звонким хохотом.
Мы вышли с ним из квартиры. Я стоял там как дебил. Ничем не пахло! Обычный затхлый подъезд.
— Никит, если ты меня так разыграть решил или соседи так моей смерти ждут, то не дождетесь. Я ещё вас переживу. Видал какой я очаровательный старикан?
Вновь оглядев его с ног до головы и убедившись что с ним все в порядке, Я кивнул и уже с полной уверенностью улыбнулся ему в ответ. Попрощался с ним и поспешил ретироваться к себе.
Все последующие дни запах смрада в подъезде стоял просто невыносимый. Дверь в квартиру Льва не поддавалась. Пришлось вызывать МЧС. С трудом вскрыв входную дверь они обнаружили высохшее тело старика. Кожа, да кости.
На полу, рядом с трупом лежал необычной формы многогранник и слегка светился изнутри. Позже приехали какие-то люди в защитных костюмах и изъяли странный камень.
До сих пор я вспоминаю аромат тех пирожков и идеально выглаженную одежду Лёвы, а ещё, эту странную беззаботную, совершенно наивную улыбку.
