«Она лучше варит кофе...» — вот что сказал Игорь. Кофе! Елки зеленые... Эта нелепая фраза про кофе крутилась в голове, царапала сердце. А чего следовало ожидать? Какой вопрос, такой и ответ. Тоже мне, звезда мелодрамы: «Что в ней такого, чего нет во мне?» — нашла что спросить.
Так думала Ира.
Она просто растерялась, когда Игорь сказал, что уходит. Это было каким-то дурным сном... Не могло этого происходить в Ириной реальной жизни.
Но оно произошло. И ведь не вдруг, скорее всего, не с бухты-барахты. Сама, наверное, виновата: уверовала в то, что их семья чем-то отличается от миллионов других. Не заметила перемен, не осознала вовремя. Вот и получила.
А даже если бы осознала, что бы изменилось? Она, Ира, все такая же, как была. Разве что повзрослевшая. Просто Игорю на этом витке жизни понадобилось что-то совершенно другое. И здесь, как ни изворачивайся, не удержишь. Да и не надо... Только все равно больно!
***
Ира и правда верила, что их семья особенная. Познакомились сто лет назад. Дружба, юношеская влюбленность, свадьба. Семья, быт, трудности, притирка. Выстояли, не потеряли интереса друг к другу. Наоборот, сроднились, срослись. С полувзгляда понимали один другого. А потом, видно, привыкли, успокоились...
Она, как это принято говорить, «росла профессионально». Зам директора компании, это тебе не хухры-мухры. Игорь в начальники не стремился, и без громких титулов зарабатывал неплохо, правда, в основном руками. Хорошие автомеханики на дороге не валяются.
Разговоры на кухне теперь стали более приземленными, бытовыми. Что купить, куда поехать. Романтика ушла. Но для всего свое время, наверное. Они взрослые люди, и глупо говорить о нематериальном. Где-то в душе сохранились юношеские воспоминания, словно старый плюшевый альбом с фотографиями. Иногда Ира мысленно его перелистывала. Становилось тепло...
Вот «фото», где Игорь говорит ей, что она самый родной для него человек. А вот еще одно: здесь он обещает, что никого больше не сможет полюбить так, как Ирку. И ее любимое: он обнимает ее и молчит, а она чувствует себя дома. И слов не нужно, все и без них понятно.
С чего она взяла, что у Игоря где-то в уголке души есть такой же альбом? С того, наверное, что думала, будто знает его «от и до», считала, что видит его насквозь. А оказалось — нет.
***
И опять вспомнилось:
— Нам надо поговорить, — какое банальное начало, Игорь мог бы придумать что-то поинтереснее.
Ира отложила телефон. Предчувствие беды завозилось в душе. Она щелкнула его по носу: «Лежать! Что такого ужасного он мне может сообщить?»
— Ира, я не хочу тебе врать, ты была самым родным для меня человеком. — Игорь мялся, подбирал слова, тискал в руке кухонное полотенце.
— Была?
— Да... Как и я для тебя, наверное. Но ведь все давно изменилось. Мы словно по инерции живем. Стоим, как два валенка у печки, тепло, сухо, скучно.
Ира поняла, сейчас он скажет то, чего она не хочет слышать.
— Я встретил другую женщину.