Вера нашла билеты случайно. Вытряхивала карманы куртки перед стиркой — зимняя же, грязь, соль с дорог. Пальцы нащупали конверт. Плотный, глянцевый.
Два билета в театр. На новогодний вечер. Двадцать девятое декабря, восемь вечера.
Сердце ухнуло куда-то вниз, но она заставила себя выдохнуть медленно. Может, сюрприз? Игорь иногда такое устраивал. Лет десять назад, правда, но мало ли.
Села на табурет в прихожей. Конверт лёг на колени. Почерк не Игорев — на билетах была печать, электронные. Заказ оформлен двадцать первого ноября. Три недели назад.
Она помнила двадцать первое ноября. Игорь сказал, что задержится на работе. Вернулся в одиннадцатом часу, ужинать не стал — мол, наелся в офисе.
Вера поднялась. Ноги будто чужие. Прошла на кухню, поставила чайник. Вода зашумела, а она всё стояла, разглядывая билеты. Ряд восьмой, места двенадцать и тринадцать. Рядом.
— Ты чего не спишь?
Голос Игоря из коридора. Вера вздрогнула так резко, что билеты выскользнули из пальцев, упали на пол.
— Стираю, — сказала она, не поднимая головы. Наклонилась, подобрала билеты. Сунула в карман халата.
Игорь зашёл на кухню, потянулся. Пижамные штаны мятые, футболка задралась, обнажив живот. Ему пятьдесят четыре, но выглядел он старше — седина, мешки под глазами.
— Какая стирка среди ночи?
— Не могла уснуть.
Он открыл холодильник, достал бутылку воды. Отпил прямо из горлышка. Вера проследила движение его кадыка. Привычное. Родное.
— Слушай, — сказал Игорь, закрывая холодильник. — Надо же подумать про Новый год. Куда поедем? К твоей сестре опять?
Вера смотрела на него. Он стоял в двух метрах, босиком, со своей водой, и говорил про Новый год. Как будто ничего не было.
— Не знаю пока, — выдавила она.
— Ну подумай. Мне без разницы, в общем-то. Только заранее предупреди, чтоб выходные подгадать.
Он вышел. Шаги в коридор, скрип двери спальни. Тишина.
Вера выключила чайник. Чай передумала. Села за стол, положила билеты перед собой. Свет над столом тусклый, жёлтый. Лампочка давно пора менять — мигает иногда. Но руки не доходят.
Двадцать девятое декабря. Через два дня. Игорь знал, что они едут к сестре? Не знал. Она ему неделю назад говорила, Люда уже готовит комнату. Он кивал, угукал что-то. Значит, забыл. Или не слушал.
Или собирался сказать, что на работе аврал.
Вера провела пальцем по краю билета. Бумага плотная, качественная. Недешёвые места. Восьмой ряд — это почти партер.
Кто вторая?
Вопрос повис в тишине кухни. Холодильник загудел, включился. За окном ветер гнал снег — метель началась часа два назад. Должны были дороги почистить к утру, но кто их знает.
Вера встала. Пошла в комнату. Игорь спал на боку, одеяло сбилось комом. Храпел тихо, ровно. Она постояла в дверях. Двадцать восемь лет вместе. Две дочки, обе уже взрослые, разъехались. Внучка у старшей.
Что она вообще про него знает?
Легла на свою половину кровати. Билеты сунула под подушку. Закрыла глаза, но сон не шёл. В голове крутилось: восьмой ряд, места двенадцать и тринадцать. Двадцать девятое декабря, восемь вечера.
Утром Игорь ушёл на работу как обычно. Половина восьмого. Вера проводила его взглядом из окна — он сел в машину, завёл, уехал. Снег перестал, но дороги были белые, грязные.
Она взяла телефон. Набрала сообщение Люде: "Может, на Новый год не получится приехать. Игорь говорит, что на работе аврал". Отправила. Потом удалила. Написала снова: "Всё в силе. Приедем двадцать девятого вечером".
Люда ответила сразу: "Супер. Жду".
Вера положила телефон. Налила кофе. Села за стол, открыла ноутбук. Вбила в поиск название театра. Афиша открылась быстро — яркая, новогодняя. Премьера спектакля. "Анна Каренина".
Классика. Игорь не любил классику. Говорил, что скучно, пафосно. Предпочитал боевики, комедии. Последний раз в театре они были... лет пятнадцать назад? Может, больше.
Вера закрыла ноутбук. Встала. Оделась. Куртку взяла другую, не ту, в которой нашла билеты. Вышла из дома.
Метро, три остановки, пересадка. Потом ещё семь минут пешком. Офис Игоря — стеклянное здание, современное. Вера никогда здесь не была. Знала адрес, но не было повода.
Стояла напротив, в маленьком сквере. Смотрела на вход. Люди входили, выходили. Кто-то курил у подъезда, жались к стене от ветра.
Без десяти двенадцать Игорь вышел. Не один — с женщиной. Высокая, в бежевом пальто, волосы собраны в хвост. Лет сорок, может, меньше. Смеялась, говорила что-то. Игорь кивал, улыбался.
Они пошли по улице. Вера — за ними. Метров двадцать держала дистанцию. Свернули в кафе на углу. Обычное место, ничего особенного. Вера подошла к витрине, сделала вид, что разглядывает меню. Видела, как они сели за столик у окна. Игорь снял куртку, повесил на спинку стула. Женщина тоже.
Официантка принесла меню. Они заказывали долго, совещались. Потом женщина что-то показала в телефоне. Игорь посмотрел, засмеялся. Наклонился ближе, чтобы разглядеть экран.
Вера отошла. Села на скамейку в сквере напротив. Мороз пробирался под куртку, но она не замечала. Смотрела на окно кафе. Игорь и женщина разговаривали, ели. Обычный обед. Ничего такого.
Может, коллега?
Но билеты.
Они вышли через сорок минут. Постояли у входа, женщина достала сигареты, протянула одну Игорю. Он отказался — бросил лет пять назад. Она курила, он ждал. Потом она затушила окурок каблуком, и они разошлись в разные стороны. Игорь — обратно в офис, женщина — вниз по улице, к остановке.
Вера пошла за женщиной.
Та села в автобус. Вера — следом. Поехали. Четыре остановки. Женщина вышла у торгового центра, зашла внутрь. Вера — за ней. Магазины, кафе, люди. Женщина зашла в бутик одежды. Вера притормозила у витрины напротив, сделала вид, что рассматривает сумки.
Женщина примеряла платья. Красное, потом чёрное. Оба вечерние, нарядные. Консультантка что-то советовала, кивала. Женщина купила чёрное.
Вера вышла из торгового центра. Руки тряслись. Села на скамейку у входа. Достала телефон — семь пропущенных от Игоря. Сообщения: "Где ты?", "Позвони", "Вера, ты чего?".
Она набрала: "В поликлинике. Очередь. Всё нормально". Отправила.
Ответ пришёл сразу: "Ладно. Вечером поговорим".
Вера положила телефон в карман. Встала. Поехала домой.
Игорь пришёл в восьмом часу. Ужинать не стал — сказал, что плотно пообедал. Вера молчала. Накрывала на стол, доставала тарелки, хлеб. Всё механически.
— Ты какая-то странная, — сказал Игорь, стоя в дверях кухни.
— Устала.
— В поликлинике что?
— Да так. Плановое. Анализы.
Он кивнул. Ушёл в комнату. Вера слышала, как щёлкнул телевизор. Новости. Потом футбол.
Она домыла посуду. Вытерла руки. Достала из кармана халата билеты. Положила на стол. Смотрела на них. Восьмой ряд, места двенадцать и тринадцать.
Чёрное платье.
Вера взяла телефон. Открыла браузер. Вбила: "Как узнать, изменяет ли муж". Статьи, советы, форумы. Читала, пролистывала. Признаки: задерживается на работе, прячет телефон, меньше внимания. Всё это было. Но было всегда. Последние лет десять точно.
Она закрыла браузер. Открыла галерею. Фотографии. Семейные праздники, дни рождения дочек, отпуск три года назад в Сочи. Игорь на всех фото — рядом, но будто отдельно. Смотрит в камеру, улыбается, но глаза пустые.
Вера увеличила одно фото. День рождения младшей дочки, два года назад. Игорь стоит у стола, держит бокал. Рядом — Вера, дочки, внучка. Все смеются. Игорь — нет. Просто стоит.
Когда это началось?
Она пролистала дальше. Год назад, два, пять. Игорь везде одинаковый. Присутствует, но не участвует. Как тень.
Вера закрыла телефон. Встала. Пошла в комнату. Игорь лежал на диване, смотрел футбол. Звук негромкий.
— Игорь.
— Угу.
— Двадцать девятого мы же к Люде едем?
Он оторвался от экрана.
— А. Да. Ты говорила.
— Только вечером выедем. Я обещала ей помочь с подготовкой.
— Ладно. Как скажешь.
Он снова уставился в телевизор. Вера постояла, потом ушла.
На следующий день она снова поехала к офису Игоря. Без двенадцать он вышел. Один. Пошёл в то же кафе. Заказал кофе, сел у окна. Вера стояла в сквере, мёрзла. Игорь сидел минут двадцать, пил кофе, смотрел в телефон. Потом встал, расплатился, вышел. Вернулся в офис.
Вера поехала домой. Мысли путались. Может, она всё придумала? Может, билеты — действительно сюрприз? Может, женщина из кафе — просто коллега?
Но чёрное платье.
Но восьмой ряд.
Вечером Игорь вернулся позже обычного. Половина десятого. Вера сидела на кухне, пила чай.
— Где был?
Игорь повесил куртку.
— Совещание затянулось. Ты не ужинала?
— Нет.
— Я тоже. Давай что-нибудь закажем?
Вера кивнула. Игорь достал телефон, открыл приложение доставки. Заказал пиццу. Они ели молча. Игорь рассказывал что-то про работу — новый проект, дедлайны, начальство. Вера слушала вполуха.
— Тебе неинтересно, — сказал он вдруг.
— Что?
— Я рассказываю, а ты не слушаешь.
Вера посмотрела на него. Игорь жевал пиццу, смотрел в тарелку.
— Извини. Устала.
— Ты всё время устаёшь.
— А ты всё время на работе.
Он поднял глаза.
— Ну да. Надо же деньги зарабатывать.
— Я тоже работаю.
— Я не об этом.
Вера замолчала. Игорь доел, встал, убрал тарелку в раковину. Вышел из кухни. Телевизор в комнате включился снова.
Двадцать девятое декабря началось с метели. Вера проснулась рано, посмотрела в окно — снег валил густо, дороги замело. Игорь спал, укрывшись с головой. Она встала, оделась. Сварила кофе. Села за стол.
Сегодня вечером — спектакль. Восьмой ряд, места двенадцать и тринадцать.
Она взяла телефон. Написала Люде: "Выедем попозже, около девяти. Метель, дороги плохие". Люда ответила: "Окей. Осторожнее".
Игорь вышел на кухню в девятом часу. Налил кофе, сел напротив.
— Погода дрянь, — сказал он.
— Ага.
— Может, перенесём поездку? Завтра утром?
— Нет. Я обещала Люде.
Игорь пожал плечами.
— Как хочешь.
Он допил кофе, ушёл в ванную. Вера слышала шум воды, потом фен. Игорь вышел одетый — джинсы, свитер.
— Мне надо в офис на пару часов, — сказал он. — Документы забрать. Вернусь быстро.
— Хорошо.
Он ушёл. Вера осталась одна. Встала, пошла в спальню. Открыла шкаф. Достала свой тёмно-синий костюм — единственный приличный комплект. Повесила на стул. Потом туфли. Потом косметичку.
Она собиралась на спектакль.
План был простой: приехать в театр к началу, найти места двенадцать и тринадцать в восьмом ряду, сесть на двенадцатое. Посмотреть, кто придёт на тринадцатое. Дождаться Игоря.
Или не Игоря.
Вера села на кровать. Руки тряслись. Что, если она ошибается? Что, если билеты — действительно подарок? Что, если женщина из кафе вообще ни при чём?
Но чёрное платье.
Она встала. Пошла в ванную. Умылась, нанесла крем. Макияж. Тушь, тени, помада. Всё аккуратно, медленно. Смотрела на своё отражение — женщина пятидесяти двух лет, с морщинами у глаз, с седыми прядями в тёмных волосах. Привлекательная ещё, но уже не молодая.
Оделась. Костюм сидел хорошо — покупала два года назад, на юбилей медцентра. Туфли на небольшом каблуке. Вера посмотрела на себя в зеркало. Нормально. Прилично.
Игорь вернулся в половине четвёртого.
— Всё забрал? — спросила Вера.
— Да. Слушай, там такая пробка на выезде. Мы вообще сможем уехать?
— Сможем. Часам к девяти разъедется.
— Ну ладно.
Он прошёл в комнату, лёг на диван. Через десять минут храпел. Вера стояла в дверях, смотрела. Игорь спал, раскинувшись, одна рука свесилась с дивана. Лицо расслабленное, мирное.
Она отвернулась.
В шесть вечера начало темнеть. Метель стихла, но снега навалило. Вера собрала сумку — документы, телефон, помада, платок. Надела пальто. Игорь проснулся от шума.
— Ты куда? — спросил он, потирая глаза.
— В аптеку. Люде обещала купить лекарства.
— Сейчас? Мы же скоро едем.
— Успею. Быстро.
Она вышла, не дожидаясь ответа. Спустилась по лестнице, вышла на улицу. Мороз ударил в лицо. Вера поймала такси. Назвала адрес театра.
Ехали долго. Пробки, снег, сумерки. Вера смотрела в окно. Город мелькал огнями — гирлянды, витрины, фонари. Предновогодняя суета. Люди спешили с покупками, подарками.
Театр был в центре, старое здание с колоннами. Вера вышла из такси, постояла у входа. Народу много — нарядные женщины, мужчины в костюмах. Смех, разговоры. Она вошла внутрь.
Гардероб, длинная очередь. Вера сдала пальто, получила номерок. Прошла в фойе. Люстры, зеркала, золочёные рамы. Красиво. Дорого.
Она нашла свой зал. Вошла. Ряды заполнялись быстро. Вера прошла к восьмому ряду, нашла место двенадцать. Села. Место тринадцать рядом — пустое.
Часы показывали без пятнадцати восемь.
Вера достала телефон. Сообщений не было. Положила телефон в сумку. Смотрела на сцену. Занавес закрыт, бордовый, тяжёлый.
Люди вокруг разговаривали, смеялись. Кто-то обсуждал спектакль, кто-то — планы на праздники. Вера слушала вполуха. Сердце билось быстро, неровно.
Без десяти восемь на место тринадцать никто не пришёл.
Без пяти восемь — тоже.
Вера сжала руки в кулаки. Может, опаздывают? Может, передумали?
Ровно в восемь свет в зале начал гаснуть. Разговоры стихли. Занавес дрогнул, поползёт вверх.
Место тринадцать осталось пустым.
Вера сидела, не двигаясь. Спектакль начался — актёры вышли на сцену, заговорили. Анна Каренина. Классика. Красиво, пафосно.
Игорь не пришёл.
Вера смотрела на пустое место рядом. Потом на сцену. Потом снова на место.
Он не пришёл.
Антракт начался через час. Свет зажгли. Люди потянулись в фойе. Вера осталась сидеть. Достала телефон. Три сообщения от Игоря: "Ты где?", "Вера, позвони", "Я волнуюсь".
Она набрала: "Скоро буду. Задержалась". Отправила.
Телефон завибрировал сразу — звонок от Игоря. Вера сбросила. Написала: "Не могу говорить. Всё нормально".
Второй акт начался. Вера смотрела на сцену, но не видела ничего. Анна, Вронский, трагедия, любовь. Всё мимо.
Место тринадцать так и осталось пустым.
Спектакль закончился в половине одиннадцатого. Аплодисменты, поклоны, занавес. Люди встали, потянулись к выходу. Вера сидела. Смотрела на пустое место.
Он не пришёл.
Она встала. Вышла из зала. Гардероб, очередь, пальто. Вышла на улицу. Мороз, снег, огни. Поймала такси. Назвала адрес дома.
Ехала молча. Думала. Игорь не пришёл. Значит, билеты были не для него? Значит, она ошиблась?
Но тогда для кого?
Такси остановилось у подъезда. Вера расплатилась, вышла. Поднялась по лестнице. Ключ в замок, щелчок, дверь.
Игорь стоял в прихожей. Лицо мрачное.
— Где ты была?
Вера сняла пальто.
— Я же писала. Задержалась.
— Шесть часов задержалась?
— Игорь, не начинай.
— Не начинай? Вера, я звонил тебе двадцать раз! Ты не брала трубку! Я уже думал, что с тобой что-то случилось!
Вера прошла на кухню. Игорь — следом.
— Я волновался, — сказал он тише. — Правда.
— Извини.
Она налила воды, выпила. Руки дрожали. Игорь стоял у стола, смотрел.
— Где ты была?
— В театре.
— Что?
Вера поставила стакан.
— Я была в театре.
Игорь молчал. Потом сел на стул.
— Зачем?
— Хотела посмотреть спектакль.
— Одна?
— Одна.
Он потёр лицо руками.
— Я не понимаю. Ты вообще... театры не любишь. Мы лет сто туда не ходили.
— Двадцать восемь, — поправила Вера. — Не сто. Двадцать восемь лет.
Игорь поднял голову.
— Ты о чём?
Вера достала из сумки билеты. Положила на стол. Игорь посмотрел, не понял. Взял билеты, изучил.
— Это что?
— Я нашла их в твоей куртке.
Лицо Игоря изменилось. Не резко — медленно, будто краска стекала. Побледнел, губы сжались.
— Вера...
— Ты собирался туда сегодня?
Он молчал.
— С кем?
Молчание.
— Игорь, с кем ты собирался пойти в театр?
Он положил билеты на стол. Медленно. Посмотрел на неё.
— Это не то, что ты думаешь.
— А что это?
— Это... сложно.
— Объясни.
Игорь встал. Прошёлся по кухне. Остановился у окна, смотрел на снег за стеклом.
— Я не пошёл туда, — сказал он.
— Вижу. Почему?
— Потому что... не мог.
— Не мог или не захотел?
— Не мог.
Вера села на стул. Смотрела на его спину.
— Кто она, Игорь?
Он повернулся. Лицо измученное, глаза красные.
— Никто.
— Не ври.
— Я не вру. Она... никто теперь.
— Теперь?
Игорь вернулся к столу. Сел напротив. Взял её руку.
— Вера, это было... ошибкой. Глупостью. Я сам не знаю, как так вышло.
Вера смотрела на их руки — его большая, тёплая, её — холодная, маленькая. Двадцать восемь лет они держались за руки. Сначала часто. Потом реже. Потом почти никогда.
— Как давно?
— Не важно.
— Важно.
Игорь выдохнул.
— Полгода.
Вера забрала руку. Встала. Пошла к окну. За стеклом темно, снег, фонарь у подъезда качается от ветра.
Полгода.
— И что теперь? — спросила она, не оборачиваясь.
— Ничего. Я... закончил это. Ещё неделю назад.
— Почему?
— Потому что не хотел терять тебя.
Вера засмеялась. Тихо, коротко.
— Меня? Игорь, ты меня уже лет десять потерял. Ты просто не заметил.
— Что ты говоришь?
Она повернулась.
— Когда ты последний раз смотрел на меня? Не просто в мою сторону, а на меня? Когда последний раз спрашивал, как дела, и слушал ответ? Когда мы последний раз разговаривали не о бытовом мусоре?
Игорь молчал.
— Ты живёшь со мной в одной квартире, спишь в одной кровати, но ты меня не видишь. Я для тебя — часть интерьера. Как диван. Как холодильник.
— Вера...
— И знаешь, что самое страшное? Я тоже тебя не вижу. Я привыкла. Мы оба привыкли.
Игорь встал. Подошёл, обнял её. Вера стояла, не двигаясь. Чувствовала его тепло, запах — знакомый, родной. Но чужой.
— Прости меня, — прошептал он.
Вера закрыла глаза. Стояла так минуту. Потом отстранилась.
— Я не могу сейчас это обсуждать. Устала.
Она вышла из кухни. Прошла в спальню. Легла на кровать, не раздеваясь. Игорь остался на кухне.
Вера лежала, смотрела в потолок. Думала о билетах. О пустом месте рядом. О том, что Игорь не пришёл.
Почему не пришёл?
Испугался? Передумал? Или она, та женщина, отказалась?
Вера села. Достала телефон. Открыла галерею. Фотография — женщина в бежевом пальто. Вера сделала её в тот день, у кафе. Незаметно, издалека. Качество плохое, но лицо видно.
Она вгляделась. Обычное лицо. Ничего особенного. Просто женщина.
Вера закрыла телефон. Легла обратно. Закрыла глаза.
Утром Игорь ушёл рано. Не разбудил, не попрощался. Вера услышала, как хлопнула дверь, потом завелась машина.
Она встала. Пошла на кухню. На столе записка: "Уехал к матери. Вернусь после праздников. Прости".
Вера смяла записку. Выбросила в мусор.
Достала телефон. Позвонила Люде.
— Привет, — сказала Люда. — Как вы? Выезжаете?
— Люд, я одна приеду. Игорь... задержится.
— Всё в порядке?
— Да. Просто работа.
— Ладно. Жду тебя.
Вера собрала сумку. Оделась. Вышла из квартиры. Спустилась, села в машину. Завела. Поехала.
Дорога заняла три часа. Люда жила за городом, в коттеджном посёлке. Вера приехала к обеду. Люда встретила на пороге — младшая сестра, на пять лет моложе, живая, шумная.
— Заходи, замёрзла небось, — сказала она, обнимая.
Вера вошла. Дом тёплый, пахнет пирогами. На кухне Людин муж, Андрей, возится с индейкой. Двое детей носятся по комнатам.
— Игорь правда не приедет? — спросила Люда, разливая чай.
— Не знаю.
— Вера, что случилось?
Вера посмотрела на сестру. Люда всегда чувствовала, когда что-то не так.
— Мы поссорились.
— Из-за чего?
— Из-за... всего.
Люда кивнула. Не стала допытываться. Налила чай, придвинула тарелку с печеньем.
Вечером накрывали стол. Салаты, закуски, горячее. Людины дети помогали — резали овощи, раскладывали приборы. Вера сидела в сторонке, смотрела. Семья. Шумная, живая, настоящая.
В полночь вышли на улицу. Запускали фейерверк. Небо светилось, грохотало. Дети визжали от восторга. Вера стояла, смотрела вверх. Огни рассыпались, гасли, падали.
Телефон завибрировал. Сообщение от Игоря: "С Новым годом".
Вера не ответила.
Первого января Люда заговорила снова.
— Рассказывай.
Вера допивала кофе. Дети спали, Андрей уехал к друзьям.
— Он изменял.
Люда не удивилась.
— Давно?
— Полгода. Говорит, что закончил.
— Веришь?
— Не знаю.
Люда помолчала.
— А ты его любишь?
Вера задумалась. Странный вопрос. Игорь — её муж. Двадцать восемь лет вместе. Две дочери. Жизнь.
Любит?
— Не знаю, — сказала она честно.
Люда кивнула.
— Тогда зачем тебе это всё?
— Что — это всё?
— Мучиться. Прощать. Терпеть. Зачем?
Вера не ответила.
Второго января вернулась домой. Игорь был дома. Встретил молча. Вера прошла в спальню. Разобрала сумку. Переоделась.
Игорь зашёл.
— Как съездила?
— Нормально.
— Вера, нам надо поговорить.
— Не сейчас.
— Когда?
Она посмотрела на него.
— Не знаю, Игорь. Не знаю.
Он ушёл. Вера осталась одна.
Третьего января вышла на работу. Медцентр, пациенты, документы. Всё привычное, рутинное. Вера сидела на ресепшене, отвечала на звонки, записывала людей.
В обед зашла коллега, Марина.
— Ты чего такая? — спросила она.
— Да так. Устала.
— После праздников все устали.
Вера улыбнулась. Марина ушла.
Вечером Вера сидела дома, смотрела телевизор. Игорь был в командировке — уехал утром, вернётся через три дня. Вера была одна.
Она достала телефон. Открыла галерею. Фотография женщины в бежевом пальто. Смотрела долго. Потом открыла контакты. Нашла номер Игоря. Позвонила.
— Да, — ответил он.
— Как её зовут?
Пауза.
— Зачем тебе?
— Хочу знать.
Ещё пауза.
— Лена.
— Она работает с тобой?
— Да.
— Вы всё ещё видитесь?
— Нет. Я же сказал, что закончил.
— Почему не пошёл в театр?
Игорь молчал.
— Игорь, почему?
— Потому что понял, что это неправильно. Понял, что теряю тебя.
Вера засмеялась.
— Меня? Ты уже потерял.
— Вера...
Она отключилась.
Сидела, смотрела в телефон. Потом открыла браузер. Вбила: "Как пережить измену мужа". Статьи, советы, форумы. Читала.
"Простить и забыть".
"Развестись".
"Дать второй шанс".
Вера закрыла браузер.
На следующий день пришло сообщение от неизвестного номера: "Здравствуйте. Это Лена. Мне нужно с вами поговорить".
Конец 1 части, продолжение уже доступно по ссылке, если вы состоите в нашем клубе читателей.