Света проснулась в гостиничном номере и сразу поняла - что-то не то. Голова раскалывалась, во рту пересохло, а рядом на тумбочке лежал чужой телефон. Антонов.
Она резко села. Вчерашний вечер всплывал кусками: танцы, смех, Антон приносит ей коктейль, они выходят на террасу подышать, звёзды над горами, его лицо слишком близко...
— Чёрт, — Света схватила свой телефон. Три пропущенных от мужа Дениса.
Дверь приоткрылась. Антон стоял с двумя стаканами апельсинового сока, помятый, виноватый.
— Я не знаю, что сказать, — он поставил стакан на тумбочку. — Прости. Это моя вина. Вино, атмосфера... Я идиот.
— Надеюсь, мы просто целовались? — голос Светы дрожал. — Скажи честно.
— Да. Только поцелуй. Ты сказала "стоп", и мы разошлись по номерам.
Света выдохнула. Поцелуй. Всего лишь поцелуй. Можно забыть, можно вычеркнуть. Один глупый вечер на корпоративе.
Только вот забыть не получилось.
Через неделю Денис сидел на кухне, когда Света вернулась с работы. Лицо каменное. Телефон лежал экраном вверх на столе.
— Это ты? — он развернул телефон.
На экране фотография. Терраса, ночь, она в объятиях Антона. Анонимное сообщение.
У Светы похолодело внутри.
— Денис, это... это не то, что ты думаешь.
— А что я думаю, Света? — он не кричал. Говорил тихо, и это было страшнее крика. — Что моя жена целуется с коллегой на корпоративе? Я правильно думаю?
— Это был один раз. Мы оба были пьяные. Это ничего не значило.
— Ничего не значило? — Денис встал. — Семь лет я тебе доверял. А ты...
— Ничего не было! Один поцелуй! — она чувствовала, как слёзы подступают к горлу. — Прости меня. Пожалуйста.
Денис молчал. Потом взял телефон и вышел из кухни. Дверь в спальню захлопнулась.
Утром он приехал в её офис. Света сидела за компьютером, когда услышала его голос в коридоре:
— Где он? Где этот Антон?
Коллеги замолчали. Лена из бухгалтерии смотрела с плохо скрытым удовольствием.
Антон вышел из переговорной. Увидел Дениса и всё понял.
— Слушай, мужик, это не...
Денис шагнул к нему. Антон поднял руки:
— Я не хотел. Это было глупо с моей стороны. Прости.
— Ты у меня жену соблазняешь, а я должен простить? — Денис был выше, шире. Антон отступил к стене.
— Денис, остановись! — Света выбежала из кабинета. — При чём тут он? Это я виновата!
— Молчи, — он даже не посмотрел на неё. — Ты вообще молчи.
Начальник вышел из кабинета:
— Что здесь происходит, что за крики?
— Ничего, простите, — Света схватила Дениса за руку. — Мы уходим.
В коридоре Денис вырвал руку:
— Не смей меня трогать.
Она стояла у лифта и смотрела, как он уходит. Вокруг - гробовая тишина офиса и десятки любопытных глаз.
Света пришла вечером после работы. Денис собирал вещи в сумку.
— Ты уходишь?
— К матери. Не могу тебя видеть.
— Денис, поговори со мной. Пожалуйста.
Он застегнул сумку, наконец посмотрел на неё:
— О чём говорить? Ты мне изменила.
— Это не измена, был один поцелуй! — голос сорвался. — Я не спала с ним! Я люблю тебя!
— А он тебя любит? — Денис сел на край кровати. — Этот Антон. Он тебя любит?
Света опустила глаза. Антон признавался ей той ночью. Говорил, что два года не может смотреть на других женщин. Что думал о ней каждый день.
— Неважно.
— Значит, любит, — Денис кивнул. — Понятно.
— Но я не люблю его!
— Тогда почему поцеловала?
Света села рядом. Руки тряслись.
— Не знаю. Потому что ты последние полгода как чужой. Приходишь поздно, говоришь односложно, по выходным торчишь в гараже. Я чувствую себя одинокой.
— И это оправдание? — Денис встал. — ….Ладно.
Он взял сумку и пошёл к двери.
— Что "ладно"? — Света вскочила. — Скажи! Что ты решил?
Денис обернулся:
— Я ничего не решил. Мать права была, говорила, не женись так быстро, не узнав человека. А я не послушал.
Дверь закрылась.
*
Две недели Света жила в подвешенном состоянии. На работе её избегали. Антона перевели в другой отдел. Лену вызвали к начальству - кто-то видел, как она фотографировала на корпоративе, подозревали, что это она сообщила мужу Светы про Антона, но доказать ничего не смогли. А Света сейчас толком работать не могла. Ходит по офису как сомнамбула.
Подруга Кира пришла в гости, принесла вино:
— Ну что, рассказывай.
Света рассказала. Всё. Про поцелуй, про Дениса, про то, что он не звонит и не пишет.
— Один поцелуй — это вообще не измена, — Кира налила вина. — Поговори с ним. Объясни нормально.
— Он не хочет разговаривать.
— Тогда заставь. Приди к свекрови, выломай дверь. Борись за брак, если любишь.
Света посмотрела в окно. А любит ли она? Семь лет рутины, молчаливых ужинов, внимание по расписанию раз в неделю. Она любит привычку? Или человека?
— Не знаю, Кир. Не знаю, за что бороться. Он был холоден ко мне, а сейчас включил ревность.
Телефон завибрировал. Муж. "Нам надо поговорить".
Они встретились в кафе рядом с домом. Денис выглядел осунувшимся.
— Я думал, — он мешал сахар в кофе, не глядя на неё. — Много думал. Мать говорит — разводись, не прощай. Друзья говорят — все ошибаются, дай шанс.
— И что ты решил?
Он поднял глаза:
— Я прощу. Но с условием. Ты увольняешься. Мы переезжаем. В Воронеж. Там у меня появилось предложение по работе. Хорошая зарплата. Начнём с чистого листа.
Света замерла.
— В Воронеж? Денис, у меня здесь вся жизнь. Работа, друзья...
— Работа, где ты изменила мне с коллегой? Эти друзья?
— Это моя карьера! Я десять лет строила...
— Выбирай, — он откинулся на спинку стула. — Я или карьера. Семья или твоя жизнь.
Света смотрела на него и видела чужого человека. Когда он стал таким? Или всегда был, просто она не замечала?
— Это шантаж.
— Это условие. Я не могу жить в городе, где все знают. Где твой Антон за углом. Я не могу. Тем более это не мой родной город.
— А я могу бросить всё? — голос сорвался. — Ты хоть спросил, чего я хочу?
Денис встал:
— Я хочу семью. Нормальную жену. Если ты хочешь того же - звони. Неделя на раздумья.
Он вышел. Света сидела над остывшим кофе и понимала: что бы она ни выбрала, прежней жизни уже не будет.
Через три дня на пороге появилась мать Дениса. Невысокая, жёсткая женщина с холодными глазами.
— Могу войти?
Света молча открыла дверь.
— Я сразу скажу, — свекровь даже не села. — Ты ему не пара. Никогда не была. Я знала, что так будет. Эта ваша свобода, работа допоздна, карьера... Нормальная женщина дома сидит, семью бережёт.
— Спасибо за мнение.
— Не отпускай его в Воронеж одного, — неожиданно сказала свекровь. — Там у него живёт первая любовь. Разведённая. Он к ней поедет, и ты его потеряешь. Если, конечно, ещё не потеряла.
Дверь захлопнулась.
Света стояла в прихожей. Значит, так. Он не прощает. Он сбегает. Использует её ошибку, чтобы вернуться к прошлому.
Телефон завибрировал. Антон: "Как ты? Прости, что пишу. Просто волнуюсь".
Она посмотрела на сообщение. Антон. Который два года смотрел на неё, как на единственную. Который слушал, смеялся над её шутками, оказывается любил.
И Денис. Который требует, ставит ультиматумы, сбегает к матери вместо того, чтобы разговаривать.
Света набрала сообщение Денису: "Мне нужно время. Пожалуйста, не торопи".
Ответа не было.
Прошла неделя. Света не уволилась. Не поехала в Воронеж.
Антон позвал её на кофе. Они сидели в том же кафе, где она встречалась с Денисом.
— Я не хочу быть причиной вашего развода, — он говорил тихо. — Это не то, чего я хотел.
— Ты не причина, — Света улыбнулась устало. — Причина - мы с ним. Два чужих человека, которые делали вид, что счастливы.
— И что теперь?
Она посмотрела в окно. На улице шёл снег. Первый в этом году.
— Теперь я одна. Между разрушенным браком и тобой, который, может, просто пожалел меня той ночью.
— Света...
— Не надо, — она встала. — Мне нужно время. Понять, кто я без Дениса. Без работы, которая стала токсичной. Без всего этого.
Антон кивнул.
Света вышла на улицу. Снег падал крупными хлопьями, и впервые за месяц она чувствовала что-то кроме вины и боли. Пустоту. Но в этой пустоте было пространство для чего-то нового.
Может быть.
Финал
Света сидела в вагоне поезда и смотрела в окно. За стеклом мелькали заснеженные поля, станции, какие-то серые города. Сумка с наспех собранными вещами лежала на соседнем сидении.
Она не знала, зачем едет. Просто утром проснулась, поняла - надо. Если не сейчас, потом будет поздно.
Подруга звонила три раза:
— Ты с ума сошла? Зачем тебе этот Воронеж? Он тебя бросил!
— Может, я его бросила, — ответила Света. — Не знаю. Просто хочу увидеть.
— Увидеть, как он с первой любовью обнимается?
— Может быть.
Поезд прибывал в десять вечера. Света вышла на перрон, холодный ветер ударил в лицо.
Она достала телефон. Пальцы дрожали — то ли от холода, то ли от страха. Набрала номер Дениса.
Длинные гудки. Света почти положила трубку, когда он ответил:
— Алло?
— Привет. Это я.
Пауза.
— Света? — голос удивлённый, настороженный. — Ты чего звонишь?
— Я в Воронеже. На вокзале.
Тишина. Света слышала, как он дышит.
— Что ты сказала?
— Я в Воронеже, — повторила она тише. — Приехала. К тебе.
— Ты... серьёзно?
— Серьёзно.
Ещё одна пауза. Потом:
— Стой там. Никуда не уходи. Я сейчас.
— Денис, подожди...
Но он уже бросил трубку.
Света стояла у выхода из вокзала, кутаясь в пальто. Мимо проходили люди — кто-то встречал родных, кто-то торопился к такси. Она чувствовала себя нелепо.
Машина подъехала через двадцать минут. Денис выскочил. Бежал к ней через парковку, в одной толстовке, без куртки.
Остановился в шаге. Смотрел на неё — недоверчиво, испуганно, как будто боялся, что она сейчас растворится.
— Ты правда здесь, — выдохнул он.
— Правда.
— Зачем?
Света посмотрела ему в глаза:
— Не знаю. Хотела увидеть. Поговорить. Понять... не поздно ли.
Денис шагнул ближе:
— Света, я... я не думал, что ты приедешь. Честно. Думал, всё, конец.
— Может, и конец, — она пожала плечами. — Но я должна была попробовать. Иначе буду всю жизнь думать — а что, если.
Он молчал. Потом резко обнял её, крепко, отчаянно, как обнимают что-то очень дорогое, что чуть не потеряли навсегда.
— Я тоже думал, — говорил он ей в волосы. — Каждый день. Что мы наделали. Что я наделал. Эти ультиматумы, мать, Воронеж... Я просто не знал, как по-другому.
Света стояла в его объятиях и чувствовала, как тепло разливается по груди. Надежда.
— Поедем, — Денис взял её сумку. — Замёрзла же.
— Хорошо, — кивнула Света.
Света села на пассажирское сидение. Денис завёл мотор, включил печку.
— Знаешь, — сказал он, не глядя на неё, — может, это и правильно. Что так всё вышло. Может, нам нужно было встряхнуться. Понять, что мы друг для друга значим.
— Может быть, — Света смотрела на его профиль в свете фонарей. — Только это была слишком дорогая встряска.
— Зато мы ещё здесь. Оба. И это уже что-то.
Машина тронулась. Воронеж встречал огнями и тихими улицами. Света откинулась на спинку сидения и закрыла глаза.
Впереди был разговор.
Но сейчас, в этой машине, в тепле, рядом с мужем, который не ожидал её и был рад - сейчас можно было просто ехать и верить, что всё ещё можно исправить.
Не всё прощено. Не всё забыто.
Но, может быть, ещё не всё потеряно.
Еще много интересных рассказов - на моем канале. Подписывайтесь, чтобы не пропустить новые 💯 🙏 ❤️