Когда мне было пять лет, а моей маме Тане — двадцать пять, мы поехали в Таджикистан в гости к отцовым братьям и сестре. В столице республики Душанбе жили семьи Ивана и Нины, Петра и Любови, Виктора и Александры Горбачевых, а в Нуреке — Раисы и Николая Еськиных. Что-то я помню сам, а в основном эту историю мне рассказала мама.
В поезде
До станции Башмаково нас отвёз отец на лошади. Прямого поезда до Душанбе не было — нужно было делать пересадку в Ташкенте. Я ехал в поезде в первый раз, и мне всё было интересно. Я подолгу смотрел в окно, любуясь природой и мелькающими городами, а когда надоедало — раскрашивал картинки в детской книжке. Мама иногда разрешала мне походить по вагону, но строго-настрого наказывала далеко не уходить. Сама же не спускала с меня глаз. Еду мы взяли из дома, в дороге покупали только чай. Путь был неблизкий — ехать предстояло трое суток.
На вокзале
До Ташкента добрались благополучно. Расположились на вокзале, и мама пошла в кассу прокомпостировать билеты до Душанбе. Вернулась она оттуда с женщиной лет сорока пяти. Мама пояснила, что следующий поезд ждать больше шести часов, и в очереди она познакомилась с татаркой Гулей, которая вместе с отцом тоже ехала в Таджикистан. Решили коротать время вместе.
Вскоре наша попутчица привела своего отца, старичка лет семидесяти, и притащила огромные чемоданы. Познакомились, устроились. Женщины решили сбегать в магазин за продуктами на дорогу. Меня оставили со стариком, я уселся рядом. Гуля строго предупредила отца на своём языке, чтобы он зорко смотрел за ребёнком.
А в магазине была большая очередь. Когда они вернулись, старик дремал, облокотившись на свою сумку. А малыша нигде не было.
«Витя! Витя! Ты где? Куда ты ушёл?!» — кричала перепуганная мама, но её голос тонул в шуме вокзала.
Гуля принялась ругать отца, как он мог проспать ребёнка. Тот только бессмысленно мычал в ответ. Женщины бросились заявлять о пропаже в милицию. Объявление несколько раз передали по радио. Всё здание обыскали — нигде. В отчаянии мама и Гуля выбежали на улицу. И тут у края дороги они увидели меня. Я сидел на корточках и внимательно смотрел на проезжающие машины.
«Витя, что ты здесь делаешь?» — тихо, чтобы не напугать, спросила мама, подбегая и обнимая меня.
«Машины смотрю», — услышала она в ответ.
Больше в той поездке мама ни на шаг не отпускала меня от себя.
Пришёл поезд, и мы продолжили путь. Вторая половина дороги прошла без происшествий.
В гостях
Мы погостили по несколько дней у всех родственников. Принимали нас очень тепло. Я познакомился с братьями и сёстрами: почти взрослыми, как мне казалось, Володей, Валей, Борей, Людой и Сашей и совсем маленькими — Ирой, Димой, Стёпой и Олей. Нас угощали разными восточными сладостями, но мне больше всего запомнился ароматный вкус «докторской» колбасы.
Я узнал, что дядя Ваня работал милиционером, дядя Петя — шофёром на грузовике, дядя Витя — трактористом-экскаваторщиком, а тётя Рая — маляром на стройке.
Помню, я долго не мог понять, почему дядя Витя, открывая кран, всегда подставлял палец под струю воды. Оказалось, он ждал, пока сольётся тёплая, чтобы набрать холодную.
А с дядей Петей я катался на машине по Душанбе. По обеим сторонам дороги текли арыки. Однажды мы увидели впереди на проезжей части кучу играющих детей лет пяти-семи.
«Смотри, сейчас они будут перепрыгивать через арык», — сказал дядя Петя.
И точно: когда мы подъехали, он посигналил, и дети вразнобой бросились врассыпную, перепрыгивая через канавы. Так повторялось каждый раз на этой улице. А когда мы выехали за город, я увидел человека на лошади: «Вон, маленькая лошадка!»
«Нет, это не лошадка, а ишак! Таджики на нём не только ездят, но и перевозят грузы», — пояснил мне дядя Петя.
К тёте Рае в Нурек мы ездили на автобусе. Дорога шла по горам, прямо рядом с обрывом — мне было страшно. Но всё обошлось. Там я впервые увидел огромное море, а точнее — водохранилище, и наблюдал за строительством Нурекской ГЭС.
В общем, в гостях мне очень понравилось. Я бы поехал ещё. Только больше мы с мамой в Таджикистан не ездили. А вот мамушка и отец навещали родню несколько раз. Чаще же родственники сами приезжали к нам в Рязановку.
Спустя много лет мама, вспоминая ту поездку, качала головой: «Вот дура была! С малым дитём одна поехала в такую даль!»
Фото из семейного архива.
