Двадцать пять тысяч против пятидесяти. Восемьдесят орудий против ста шестидесяти. И король, который решил, что побеждает, ровно за минуту до того, как его армия перестала существовать. Как можно проиграть войну за девяносто минут?
Лето 1526 года. Венгерское королевство уже не то, что было век назад. Магнаты дерутся друг с другом за влияние. Крестьяне бунтуют. Габсбурги давят с запада, мечтая прибрать земли к рукам. Экономика хромает — торговые пути Средиземноморья проходят мимо. Внутри страны — хаос, снаружи — хищники.
И вот в этот момент на границе появляется Сулейман I Великолепный. Пятьдесят тысяч воинов. Сто шестьдесят орудий. Несколько взятых крепостей за плечами и твёрдое намерение двигаться дальше.
На венгерском троне сидит двадцатилетний Лайош II Ягеллон. У него двадцать пять тысяч наёмников — хорваты, словаки, чехи, поляки, итальянцы, австрийцы. Сборная солянка. Восемьдесят орудий. И план: князь Трансильвании Янош Запольяи должен подойти с подкреплением. Ещё пять тысяч воинов в пути. Можно попытаться.
29 августа армии сходятся под городом Мохач. Лайош смотрит на поле: противник вдвое больше, но отступать некуда. Венгрия за спиной. Габсбурги — с запада. Турки — впереди. Надо драться.
Турецкая кавалерия идёт в атаку. Венгры отвечают. И вдруг — османские всадники разворачиваются и отступают. Быстро, почти в панике. Лайош видит: враг бежит. Его воины теснят кавалерию. Король принимает решение: преследовать.
Кавалерия отступает, венгры идут за ней. Строй растягивается. И тут — залп. Сто шестьдесят османских орудий открывают огонь с заранее подготовленных позиций. Турецкие всадники заманили противника под картечь. Венгерская кавалерия просто исчезает. Не отступает — исчезает. За минуту.
В центре и на левом фланге венгерская пехота дерётся с янычарами. Мужественно, отчаянно. Но турок вдвое больше, резервы бесконечны. Османы давят со всех сторон, оттесняют венгров к Дунаю, отрезают пути отступления. Всадники, кто выжил после картечи, бегут. Пехота продолжает стоять.
Лайош II пытается уйти. Но в панике, в толчее, в давке — тонет при переправе через реку. Ему двадцать лет. Все командиры армии погибают. Те, кто попадает в плен, — казнены турками на месте.
Полтора часа. Девяносто минут боя. Двадцать тысяч венгров мертвы. Полторы тысячи турок — потери Сулеймана. Одна из самых быстрых и сокрушительных побед в военной истории.
Через две недели Сулейман входит в Буду — столицу Венгрии. Центральная часть королевства становится османской провинцией. Западную забирают Габсбурги. Страна разделена надвое. Население западных районов начинают терзать постоянные турецкие набеги. Венгрия перестаёт существовать как единое государство на полтора столетия.
Сулейман не останавливается. Через три года, в 1529-м, он осаждает Вену. Но здесь Габсбурги оказывают жёсткое сопротивление. Погода портится, холодает. Османы снимают осаду и возвращаются в Стамбул. Европа получает передышку.
Битва при Мохаче меняет баланс сил. Османская империя закрепляется в Центральной Европе. Европейские государства понимают: пока они грызутся друг с другом, с Востока наступает сила, которая может их всех поглотить. Противоречия отходят на второй план. Начинается долгая эпоха противостояния.
Янош Запольяи, князь Трансильвании, который не пришёл на помощь Лайошу, после битвы объявляет себя королём Венгрии при поддержке турок. Габсбурги выдвигают своего кандидата. Страна становится полем битвы двух династий и площадкой для османской экспансии одновременно.
Пять тысяч воинов, которые опоздали к началу сражения, приходят на пепелище. Армии больше нет. Короля больше нет. Венгрии, какой она была, больше нет.
Лайош решил, что побеждает, когда увидел отступающих турецких всадников. Это решение стоило ему королевства, жизни и полутора веков независимости его страны. Сулейман использовал классический приём — ложное отступление. Но он сработал, потому что молодой король был слишком неопытен, чтобы увидеть ловушку. А его советники — слишком мертвы через полтора часа, чтобы сказать ему потом: "Мы предупреждали".
Полтора часа. Двадцать тысяч трупов. Конец королевства. Иногда одно решение — преследовать отступающего врага — весит больше, чем все предыдущие годы правления.