Я не всегда был с ней знаком,
Хотя она была так близко,
Жила в сознании моём
До сель неразвитом и низком.
Она была так величава,
Красива, статна и нага.
И в спорах громче всех кричала,
Была здорова и млада.
Меня над всеми возвышала
Её блудливая рука,
Ведь безо всякого стесненья
Она любила лишь меня.
С такой, наверно, всем удобно,
Неведомы ей стыд и боль.
И на весь мир взирала злобно
В меня вселившаяся моль.
Но постепенно рос во мне
Мой дух, и разум с ним тем паче.
И я увидел срам её!
Случилось так, а не иначе.
Направив внутрь стези ума
И Духа Божьего отведав,
Я всё ей высказал сполна
И та на время скрылась где-то.
Я стал другим и постепенно
Набрался новой глубины,
Когда душа и ум блаженны,
И разной мудростью полны.
Но в этом новом изобилии
Из чувств и помыслов ума
Личинки моли той ожили,
Которая во мне жила.
Они совсем были другими:
Молчали тихо в уголке,
Всегда о чём-то рассуждали,
Всегда строги были ко мне.
Судили грех и все явленья
И знали в этом деле толк.
Увы, но в новом