Найти в Дзене

Меняющая личины

Я не всегда был с ней знаком,
Хотя она была так близко,
Жила в сознании моём
До сель неразвитом и низком.
Она была так величава,
Красива, статна и нага.
И в спорах громче всех кричала,
Была здорова и млада.
Меня над всеми возвышала
Её блудливая рука,
Ведь безо всякого стесненья
Она любила лишь меня.
С такой, наверно, всем удобно,
Неведомы ей стыд и боль.
И на весь мир взирала злобно
В меня вселившаяся моль.
Но постепенно рос во мне
Мой дух, и разум с ним тем паче.
И я увидел срам её!
Случилось так, а не иначе.
Направив внутрь стези ума
И Духа Божьего отведав,
Я всё ей высказал сполна
И та на время скрылась где-то.
Я стал другим и постепенно
Набрался новой глубины,
Когда душа и ум блаженны,
И разной мудростью полны.
Но в этом новом изобилии
Из чувств и помыслов ума
Личинки моли той ожили,
Которая во мне жила.
Они совсем были другими:
Молчали тихо в уголке,
Всегда о чём-то рассуждали,
Всегда строги были ко мне.
Судили грех и все явленья
И знали в этом деле толк.
Увы, но в новом

Я не всегда был с ней знаком,
Хотя она была так близко,
Жила в сознании моём
До сель неразвитом и низком.

Она была так величава,
Красива, статна и нага.
И в спорах громче всех кричала,
Была здорова и млада.

Меня над всеми возвышала
Её блудливая рука,
Ведь безо всякого стесненья
Она любила лишь меня.

С такой, наверно, всем удобно,
Неведомы ей стыд и боль.
И на весь мир взирала злобно
В меня вселившаяся моль.

Но постепенно рос во мне
Мой дух, и разум с ним тем паче.
И я увидел срам её!
Случилось так, а не иначе.

Направив внутрь стези ума
И Духа Божьего отведав,
Я всё ей высказал сполна
И та на время скрылась где-то.

Я стал другим и постепенно
Набрался новой глубины,
Когда душа и ум блаженны,
И разной мудростью полны.

Но в этом новом изобилии
Из чувств и помыслов ума
Личинки моли той ожили,
Которая во мне жила.

Они совсем были другими:
Молчали тихо в уголке,
Всегда о чём-то рассуждали,
Всегда строги были ко мне.

Судили грех и все явленья
И знали в этом деле толк.
Увы, но в новом проявленьи
Я свою моль узнать не смог.

Не распознал в другом наряде
Надменность, скрытую в печаль,
Гордыню в самом скромном взгляде
И мысль, закованную в сталь.

У новой моли всё прилично:
Без мата и без тумака
Она ввела меня в двуличье
Души и тела, и ума.

Но Божий Дух меня не бросил
И продолжал во мне борьбу.
В моём молитвенном запросе
Озвучил истину одну:

Гордыня – моль, каких не сыщешь,
Она всегда берёт своё.
Пока мозгами правду ищешь,
Не победить тебе её.

У ней так много ипостасей,
Гордыня - мать для всех грехов:
Для лжи, для зависти и страсти,
И для уныния оков.

Она намеренья благие
Подменит хитростью ума.
Её желания простые:
Чтоб стала смертною душа.

А ты поставь на пьедестал
Во всём величьи Бога славу!
Его лишь одного прославь!
И Дух твой победит по праву!

©Дмитрий Говоров, 02.12.2025