Тара – общественный и культовый центр Ирландии, начиная с каменного века и заканчивая средневековьем. О ней на канале было тут: https://dzen.ru/a/Z7zIzGYZ7TgUk25C. Сменяющиеся хозяева и адепты разных верований из поколения в поколение передавали её, как переходящее красное знамя, не задумываясь и не вникая в подробности. Каждая эпоха норовила прикрепить к Таре свою мифологию, сочинить рассказы и придумать ритуалы.
Есть в Таре насыпной холм, который называют Курганом заложников. Экскурсовод непременно расскажет, что здесь верховный король принимал у подчинённых племён счастливцев, которым предстояло отвечать головой за все будущие прегрешения родичей. На самом деле под холмом – обычная камерная гробница, не из самых больших, и построена она была ещё в неолите, когда никаких королей не было. В Таре всё так: в Банкетном зале не ели, а только ходили взад-вперёд, потому что это курсус (https://dzen.ru/a/Z1salenJLB3VIWCl), в Кургане заложников – хоронили мёртвых, а не запирали живых, и Гранья в Форте Граньи не жила, а король Кормак макАрт – в доме Кормака.
Однако, значимость Кургана заложников для археологии не уступает НьюГрейндж – наиболее «раскрученной» коридорной гробнице Ирландии. Дело в том, что это сооружение оставалось нетронутым вплоть до раскопок в 50-х годах прошлого века – и коридор, и храм-усыпальница, и насыпь, а НьюГрейндж от полного разрушения спасли только размеры. Информация с Кургана заложников снята полностью, с НьюГрейндж – только то, с чем не смогли справиться вандалы.
Того, что принесли раскопки Кургана заложников, хватило на целую экспозицию в Национальном музее Ирландии. Но сегодня я буду рассказывать о на первый взгляд самой скромной части этих находок – в отсыпке кургана в эпоху ранней бронзы наследники носителей культуры колоколовидных кубков устроили кладбище. В этом ничего нового нет: они так часто делали. По-настоящему интересна там всего одна могила.
Кладбище кубочников начинали с особого захоронения, отличавшегося от правил. Обычно, это взрослый либо пожилой мужчина, которого укладывали на бок в скорченной позе в каменный ящик. Там ещё набор предметов характерный был – от знаменитого кубка и медных ножей до «набора охотника» из лука со стрелами и каменной краги, защищавшей предплечье от тетивы, украшений из золота и камня, двулезвийной бритвы, некоторых инструментов ремесла и посуды. В кургане заложников единственная ингумация – юноша-подросток, почти мальчик. Он был уложен в грунтовую могилу, засыпан землёй и придавлен плоским камнем. И погребальный инвентарь у него соответствующий, нетипичный. Это ставило едва устаканившиеся представления о «загробных мифах» кубочников кверх тормашками. Впоследствии было установлено, что некрополь младше, чем культура колоколовидных кубков, однако, ясности это не добавило.
Мальчика из Тары не стали кремировать, как будто он был «основателем», и положили в ящик в «ритуальной» позе, но безоружным, если не считать маленького бронзового «ножичка» и шила, и с ожерельем на шее. В том, что мужчина носил ожерелье, ничего криминального нет, хотя и частым такое не назовёшь. Необычно было то, что среди бусин, в дополнение к традиционному янтарю и гагату, были керамические, из фаянса, покрытого глазурью. Это сразу напомнило о Египте, не о принцессе Скотте и прочей средневековой литературщине, а о торговых путях и обмене золота на бусы у наивных туземцев - безвременно ушедший Шон Патрик О'Риардан, руководитель раскопок, был человеком разумным, увлечённым, но не увлекающимся. Так это захоронение и попало в отчёт – как ранняя бронза Ирландии и второй случай нахождения египетской бижутерии в археологических материалах с Изумрудного острова.
Но наука на месте не стоит, новые методы за пятьдесят лет превратились в рутину, и о материалах из Тары очень кстати вспомнили. Прежде всего, уточнили датировку – мальчик из Тары жил в 1740–1535 годах до новой эры. К этому времени культура колоколовидных кубков угасла. Возможно, этим и объяснялись странности погребения. Тем не менее, на изотопный анализ останков выделила средство именно международная программа «Проект „Люди с кубками“: мобильность, миграция и рацион питания в Британском раннем бронзовом веке». Благодаря щедрости и широте мышления кураторов, удалось ответить на вопрос, является ли мальчик из Тары коренным жителем или «изотопным мигрантом». Больше того, это единственные останки из ранней бронзы Ирландии, которые были изучены в рамках проекта и настолько подробно.
Скелет сохранился плохо: черепная коробка была раздавлена тяжестью грунта, кисти и стопы почти растворились. Надежды на выделение ДНК были мизерными: кости, в том числе зубы, практически не содержали коллагена. Во всяком случае, палеогенетики с материалом до сих пор колдуют с завидным упорством, но без видимых результатов. При подробном осмотре скелета подтвердилось то, что это подросток 14-15 лет, действительно мальчик, причём, очень крепкого сложения, хотя и не героического роста – всего 152 см. Единственная патология, которую удалось найти – зубы у него выросли, скажем так, кривые, но от этого обычно не умирают.
Теперь подробнее об инвентаре. Маленький медный нож, который нашли в изножии могилы мальчика из Тары, был не новым – на клинке следы износа и многочисленных правок лезвия и затачивания. Небольшие ножи в то время имели при себе все люди, но этот прямо крохотный. В Ирландии похожий, но побольше находили всего один раз – тоже в погребении кубочника, однако в другом контексте, и захоронение почти на триста лет старше. А вот именно такие – по ту сторону пролива. Во-первых, в двойной цисте в Файфе, на востоке Шотландии, на «женской» половине лежал такой ножик, и там же нашли рукоять от него, то ли отломленную, то ли отломившуюся со временем. Рядом были роскошное ожерелье из гагата и два браслета, да и судя по тому, на каком боку покоилось тело, это была без вариантов женщина. А вот точь в точь такой, да ещё и из того же временного интервала, нашли в погребении дамы в Дорсете. По инвентарю судя, она принадлежала к Уэссекской культуре. И вишенка на торте – погребение в Оксфордшире, где инвентарь один в один такой же, как в могиле мальчика из Тары: ножик, шило, ожерелье с фаянсовыми бусами. И опять – однозначно женщина.
От шила в могиле мальчика из Тары сохранился маленький обломок (невозможно даже установить, одноконченое оно было или двухконечное и из какого сплава его сделали), и оно нетипично для ирландских мужских погребений. Собственно, в Ирландии такие предметы находили всего в нескольких мужских погребениях со специфическими сосудами типа Bowl Food Vessel , в том числе одном – с того же Кургана заложников, погребение №18, только невозможно установить, мужчину там похоронили или женщину, потому что ребята О'Риардана накосячили с маркировкой ящиков, и образцы перепутаны. В подавляющем большинстве случаев, шило отправлялось в могилу вместе с хозяйкой, не хозяином. А вот на соседней Британии это не то чтобы правило, но и не редкость. Больше того, в Ирландии шилья и в женских погребениях постепенно исчезают к 2000 году до новой эры, а в Британии в богатые захоронения их клали по нескольку штук, пример – захоронения в Уилтшире.
Чувствуете, куда ветер дует? Подростка мужского пола похоронили с женским инвентарём и по крайне специфическому обряду.
Теперь об ожерелье.
- В нём есть бусина из гагата – редчайшего для Ирландии материала. Обычно при упоминании гагата речь идёт о пуговицах либо бусинах в ожерелье с проставками, и гораздо более древних могил – моложе ХХ века до новой эры. Гораздо чаще гагат использовали для изготовления бус в Британии: месторождение гагата расположено на территории Йоркшира. А в Уэссексе в ожерельях были точно такие же бусины, как в Таре, и по размеру, и по форме, и по способу сверления отверстия. Особенность – в Таре гагатовая бусина была абсолютно новой, без следов износа от трения нитью на стенках отверстия.
- В ожерелье есть бусина из янтаря, импортированного из Дании, и тоже напоминающая по способу обработки найденные в Уэссексе. Почему обрабатывали камень именно в Уэссексе? А в Дании нашли несколько достаточно топорных копий, вместе с фаянсовыми бусинами, точно произведенными в Уэссексе. Это была немыслимая роскошь, и датчане навыками в тонкой обработке янтаря не обладали, как и в работе с фаянсом.
- Фаянсовых бусин в ожерелье мальчика из Тары несколько, и они на первый взгляд похожи на бусины из Уэссекса, но есть два радикальных отличия: на бусины из Тары орнамент в виде бороздок нанесен процарапыванием, штучно, а на бусины с соседнего острова – прокатыванием по специальной форме с гребнями и ложбинками, что предусматривает массовое производство; в эмали бусин из Тары отсутствует олово, а в Уэссексе его добавляли регулярно. Особенностью бусин из Тары можно считать большое количество мышьяка в глазури – особенность местных медных руд, которые использовались при украшении бусин. Таким образом, фаянсовые бусы для ожерелья из Тары были изготовлены, скорее всего, в Ирландии, но мастер сознательно подражал уэссекскому стилю.
- В ожерелье имеются также бусины из бронзовых трубок. Мода на них пришла из Британии, где они вошли в обиход в последней четверти третьего тысячелетия до новой эры, а именно в таком варианте встречались как в Ирландии, так и в Уэссексе. Одна найдена в Нидерландах. Всюду, где бусины такого типа были распространены, их использовали по многу лет – на них следы износа.
Что по ожерелью в целом?
Каждый элемент ожерелья либо уникален для Ирландии, либо очень редок и прямо указывает на культурные связи с Уэссексом (южная Англия).
Само ожерелье — составное и включает драгоценные и редкие материалы, бусины разной формы, возможно, служившие оберегами.
Центр, откуда распространилась традиция, находится в Уилтшире (особенно в районе Стоунхенджа). Такие ожерелья, вероятно, выполняли функцию «облачения сверхъестественной силы»: защищали владельца при жизни и сопровождали в опасном путешествии в загробный мир.
География находок таких предметов включает Уэссекс (около 20 из 36 известных ожерелий конца III — середины II тысячелетия до н. э), остальную Англию и Уэльс (единичные находки) и континентальную Европу - единственный аналог из Эклоо (Нидерланды).
Большинство ожерелий найдено в погребениях с кремированными останками. Во многих случаях пол определить невозможно: останки из раскопок XIX века были перезахоронены. Там, где данные надёжны (например, Солстис Парк, Эймсбери в Уилтшире), ожерелья принадлежали женщинам высокого статуса. Исключения - мужские захоронения в Таре (Ирландия) и Бедд Бранвен (Англси, Гвинед).
Маячит какая-то голубизна, но символическое значение предметов на периферии традиции часто меняется. Так могло произойти и в отдалённых регионах (как Тара и Бедд Бранвен): первоначальное значение ожерелий как атрибута высокостатусных женщин подзабылось, на первый план выходила экзотичность и престижность самих украшений, уэссекские правила, кто может носить такие ожерелья, переставали действовать.
Ожерелье из Тары уникально для Ирландии. Единственный аналог — ожерелье из Алтанага (графство Тирон), найденное в сосуде типа Cordoned Urn с кремированными останками взрослой женщины. Оно состояло из 12 веретенообразных и массивных кольцевых обожжённых глиняных бусин плюс небольшой бронзовой подвески-накладки, датируется 1740–1540 гг. до н. э., хотя и может быть современно ожерелью из Тары, не близко ему по составу и форме.
И в заключение – самое интересное: о чём поведали изотопы? Так как коллагена оказалось в исследованных зубах мало, инофрмации тоже не столько, сколько хотелось бы. Но одно точно: мальчик из Тары родился и прожил большую часть своей короткой жизни на северо-востоке острова, не в Таре. При этом в его диете не было рыбы и морепродуктов, зато много мяса и молочки. Рацион свидетельствует о том, что наш герой происходил из хорошей семьи и не бедствовал. Соотношение изотопов стронция полностью исключает то, что юноша переехал из юго-восточной Англии,где подстилающие породы – известняки, в том числе мел, и почвы имеют особый состав. В любом случае, мальчик из Тары – не уроженец окрестностей Тары.
Каким образом, в таком случае, он был похоронен в статусном некрополе? Почему не был кремирован? Скорее всего, он уже достиг брачного возраста и мог получить право на такое погребение в результате женитьбы. Но осадочек остаётся: далеко не на каждой мужской шее во все времена увидишь дамские украшения, а тут ещё швейный инвентарь и недобритва, которая вполне полезна, чтобы нитки обрезать и швы пороть. Как умер этот мальчик, не установлено, отсылки к уилтширским обычаям сомнений не вызывют. Это может быть и модой, и некими верованиями, диктовавшими погребальный инвентарь. Статистика не набирается: погребение уникально. Не жертва ли этот подросток в религиозном смысле этого слова?
А что Египет? Он где-то был, за Альпами и Средиземным морем, многое изобрёл, научился производить и продавать на вывоз, но Атлантический бронзовый век впитывал лишь то, что укрепляло традицию. Британские мастера посмотрели на заморский товар, поняли, как сделаны бусы, и придумали свои, не хуже. Бесценные бусины из гагата и янтаря служили предметами обмена, а фаянсовые делали на месте, как понимали. В мире, где всё на всё похоже, всегда так.
При подготовке статьи использована обзорная статья Sheridan A., Jay, M. , Montgomery J. , Pellegrini M., Wilson J. " 'Tara Boy': local hero or international man of mystery?" в книге Tara - From the Past to the Future. (pp.165-190): Dublin: Wordwell, 2013.