Как бизнес продвигает науку и что получает взамен: разбор сессии на V Конгрессе молодых ученых

На V Конгрессе молодых ученых прошла сессия с прямым и, по сути, провокационным вопросом: как именно бизнес помогает развитию российской науки и зачем он это делает. В дискуссии участвовали представители крупных промышленных корпораций, технологических компаний, фондов и медиа. Ниже - выжимка ключевых идей и практик, в формате, удобном предпринимателю или топ-менеджеру.

1. Зачем бизнесу вообще вкладываться в науку

Практически все спикеры исходили из одной посылки: если бизнес планирует жить дольше 5–10 лет, он неизбежно приходит к собственным исследованиям и разработкам.

Основные мотивы:

• технологический суверенитет и независимость от внешних поставщиков;
• конкурентоспособность на глобальном рынке;
• борьба за кадры и удержание людей в регионах присутствия;
• сокращение издержек и ускорение вывода продуктов на рынок;
• формирование будущей продуктовой линейки через 10–20 лет.

Как отметили участники, в текущей экономической реальности бизнес уже не может быть просто заказчиком «готовых решений». Он становится соавтором научной повестки: формирует запрос к университетам и институтам, ставит задачи, участвует в экспертизе и финансировании.

2. Промышленность: от катализаторов до монокристаллических лопаток

Сибур: полимеры, катализаторы и собственный R&D

До 80 процентов предметов вокруг нас произведены из нефтехимических продуктов. Значимую долю базовых полимеров в стране выпускает Сибур. Это миллионы тонн материалов и десятки критических технологических позиций.

Ключевые акценты:

• Большая часть мощностей исторически запускалась по зарубежным лицензиям. Сейчас приоритет - локализация технологий и разработка собственных решений, прежде всего в области катализаторов и специальной химии.
• Без собственных катализаторов можно иметь заводы, сырье, персонал - но не выпускать продукт. Критические катализаторы никогда не продают в наиболее эффективных модификациях: если компания хочет технологического рывка, разработки нужно переносить внутрь страны.
• Изменение баланса “сделаем сами / привлечем партнеров”. Еще несколько лет назад 80–90 процентов прикладных R&D Сибур делал внутри компании. Сейчас пропорция приблизилась к 50 на 50 - половина проектов выполняется с внешними научными группами и вузами.
• Инфраструктура. Компания строит крупный R&D‑центр в Казани (18 тысяч кв. м, 5 тысяч - под пилотные мощности) и уже запустила центр пилотирования технологий в Тобольске - фактически “завод в миниатюре” для выпуска десятков тонн продукта и тестирования катализаторов и компонентов.

С точки зрения научной кооперации Сибур работает на трех уровнях:

1. Большие долгосрочные проекты по технологиям и катализаторам.
2. Критические позиции по обеспечению непрерывной работы производств.
3. “Дробный” прикладной заказ - сотни небольших проектов под конкретные отрасли: агросектор, транспорт, медицина, строительство, упаковка.

Объединенная двигателестроительная корпорация: материалы, критические технологии и кадры

Двигателестроение - одна из немногих сфер, где в мире существует всего несколько игроков. Россия входит в пятерку стран, которые способны создавать конкурентоспособные авиационные двигатели полного цикла.

Особенности отрасли:

• Горизонт планирования. Двигатель создается около 15 лет, самолет - 10. Самолет проектируют под двигатель, а не наоборот.
• Материаловедение как ядро науки. Новые сплавы, покрытия, методы соединения деталей определяют эффективность двигателя. Требования просты: он должен быть легче, компактнее, жить дольше и стоить конкурентно.
• Критические технологии. Для двигателя ПД-14 внедрено 14 ранее не существовавших технологий. Пример - сварка трением жаропрочных сплавов, невозможная классическими способами.
• Монокристаллические лопатки. Одна лопатка турбины длиной 10 см - это единый кристалл, выдерживающий температуру газов выше температуры плавления исходного материала. Таких технологий единицы в мире.
• Параллельность процессов. Двигатель ПД-8 одновременно проходит сертификацию и уже запускается в серию. Это требует от корпорации параллельно вести испытания, доводку и переоснащение заводов.

Работа с наукой и образованием:

• постоянное взаимодействие с Курчатовским институтом, МФТИ, МАИ, Казанским авиастроительным институтом;
• активное участие в программе “Крылья Ростеха”: студенты с первого курса работают в КБ как штатные инженеры;
• запуск Всероссийской олимпиады с задачами из конструкторских бюро - реальные инженерные кейсы вместо академических упражнений.

Логика проста: инженерные кадры должны постоянно находиться в состоянии активного действия и решать перспективные задачи. Для этого корпорация готова идти на венчурные вложения без гарантированного госзаказа - например, адаптация двигателя под перспективный тяжелый вертолет.

3. Фонды и благотворительные организации: “инвестиции в людей”

Фонд “Система”: непрерывная работа с талантами

Благотворительный фонд “Система” - инструмент группы АФК “Система”, в которую входят компании из разных отраслей: телеком, фарма, агро, высокие технологии.

Фокус фонда - развитие человеческого капитала по всей траектории:

• Школьники. Конкурсы, профильные программы, ранняя профориентация. Важна “насмотренность” - знакомство с отраслями и работодателями уже в 5–6 классе, при участии не только детей, но и родителей и педагогов.
• Студенты. Стипендиальные программы для колледжей и вузов по высокотехнологичным направлениям, стажировочные туры по нескольким компаниям, чтобы показать спектр возможностей.
• Молодые ученые. Конкурс “Патент” совместно с РАН, конкурс медицинских инноваций совместно с клиникой, расширение до 10 тематических номинаций, отражающих запросы индустриальных партнеров.

Отдельное направление - школа для молодых ученых и организаторов студенческой науки. Ее цель:

• научить университеты и лаборатории говорить с бизнесом на одном языке;
• показать реальную тематику R&D‑центров компаний;
• выстроить мостик от курсовой и ВКР до реального отраслевого проекта.

Фонд сознательно вовлекает бизнес в экспертизу конкурсных работ и наставничество при подготовке выпускных и исследовательских проектов.

Фонд Андрея Мельниченко: моногорода, центры талантов и международные олимпиады

Фонд работает в 18 регионах и 48 территориях присутствия крупных промышленных активов (СУЭК, Еврохим, СГК). Миссия — “градообразующий человек”: сделать так, чтобы в промышленных городах хотелось жить и работать.

Инструменты:

• Центры талантов. Дополнительное образование по физике и математике, робототехнике, искусственному интеллекту. Создано 12 центров, количество школьников растет каждый год.
• Траектории. Профильные классы с 5–8 класса, работа с СПО и вузами, единая методическая база для масштабирования программ.
• Стипендии. Стипендия Андрея Мельниченко для студентов СПО и вузов - и как материальная поддержка, и как сигнал: “вы нам нужны уже сейчас”.
• Инженерные конкурсы. Инженерно-промышленный конкурс, в том числе на уровне БРИКС: компании формулируют реальные производственные задачи, студенты и молодые инженеры предлагают решения.
• Международный бренд. Совместно с МГУ фонд проводит Международную Менделеевскую олимпиаду по химии, которая собирает победителей национальных олимпиад из более чем 30 стран.

Здесь наука выступает не только как исследовательская деятельность, но и как элемент привлекательности территории и инструмента удержания молодежи.

4. Консалтинг и стратегия: где “узкое место” в научном развитии

Представитель S+Консалтинг (дочерняя структура Промсвязьбанка) обозначил проблему с другой стороны - управленческой.

Ключевые тезисы:

• Устойчивый экономический рост последних двух веков связан с умением внедрять науку в производство. Страны и компании, умеющие делать это системно, получают суверенитет и конкурентоспособность.
• Для успеха в наукоемком бизнесе нужны несколько условий:
• глобальная цель (выход на мировой рынок, а не локальное лидерство);
• горизонт планирования 10+ лет;
• доступ к научной школе и большим “выборкам” кадров;
• готовность инвестора работать с риском и без гарантированного результата;
• и главное - слой предпринимателей и управленцев, способных управлять долгими и рискованными научно-технологическими проектами и обладающих доверием инвесторов.

Сейчас, по оценке спикера, именно с этим в России наибольшие проблемы. Про науку и кадры говорят много, про тех, кто должен управлять научным бизнесом, - почти нет.

Важное замечание: эффективность R&D нельзя оценивать отдельно от эффективности бизнеса. Если начать считать возврат инвестиций в исследования по квартальным показателям, толерантность к риску исчезнет. А в наукоемких проектах часть попыток обязана быть неуспешной.

5. Сколково: стартапы, кооперация и честный разговор

Представитель фонда “Сколково” предложил взгляд, выбивающийся из “успешного оптимизма”.

Основные акценты:

• С точки зрения бизнеса корпорации сегодня почти не вкладываются в ранние стадии исследований. Они действуют рационально: экономическая ситуация заставляет концентрироваться на текущей рентабельности, а не на дальнем горизонте.
• Государство, в свою очередь, фиксирует перекос: в мире соотношение финансирования науки 30 процентов государство / 70 процентов бизнес, в России - примерно наоборот.
• Быстрых решений нет. Есть несколько точек, где длинные вложения все же происходят: госкорпорации с длинным жизненным циклом продукта.
• Роль стартапов - быстро и относительно дешево проверять гипотезы под запросы таких корпораций. Корпорации действуют медленно и дорого - стартапы могут закрывать часть задач по поиску решений.
• Проблема “доверие / репутация”. Эмоциональное доверие на первой встрече не решает вопросы долгосрочного партнерства. Его заменяет репутация, которая формируется через множество небольших проектов, выполненных качественно и в срок.

Сколково, по сути, учит структурировать проекты так, чтобы:

• индустриальный партнер понимал, за что платит;
• стартап мог реально выполнить работу;
• университет или НИИ получали посильные задачи;
• и все участники видели следующую ступень сотрудничества.

Сами “акселераторы” в классическом венчурном смысле, по оценке спикера, в России пока редкость из-за недостатка венчурных денег, особенно в капиталоемких областях (материалы, энергетика и др.). Чаще это практико-образовательные программы, учящие кооперации.

6. Банки и IT: как наука меняет цифровой бизнес

Т‑Банк: ИИ, графовые платформы и работа с университетами

R&D‑центр Т‑Технологии отвечает за исследования и разработки в области:

• компьютерных наук;
• искусственного интеллекта;
• информационной безопасности.

Форматы поддержки науки:

• 7 долгосрочных контрактов с университетами (горизонт 3–5 лет, а не год);
• софинансирование грантов РНФ и центров искусственного интеллекта;
• магистратура совместно с МФТИ с двумя треками - прикладным и научным;
• студенческая лаборатория с конкурсом порядка 1 к 12.

Примеры проектов:

1. Ассистенты для разработчиков. На базе больших языковых моделей Т‑Банк создает инструменты:

• для генерации кода;
• ревью и анализа качества;
• тестирования;
• поиска уязвимостей.

Сейчас около 30 процентов кода в компании пишется с участием ИИ. Ожидаемый эффект - ускорение вывода продуктов на рынок на 20 процентов. Но это результат многолетних исследований, где часть гипотез не подтвердилась.

1. Платформа анализа больших графов. Наукаемкая разработка для обработки огромных графовых структур (важно для скоринга и антифрода). Решаются задачи параллелизации, распределенных вычислений, разбиения графа. Первые эффекты уже есть - улучшение точности скоринга, а значит, прямой экономический эффект при небольшом росте качества.

Подход Т‑Банка: R&D должен быть изначально “бизнес-ориентированным” - даже фундаментальные исследования должны иметь хотя бы дальнее, но понятное прикладное видение.

Дзен: как сделать науку темой массового интереса

Дзен выступает как медиаплатформа, через которую наука может “достучаться” до миллионов.

Факты:

• более 73 миллионов пользователей в месяц;
• около 15 тысяч публикаций о науке в неделю;
• порядка миллиона кликов в день по научным темам;
• сотни СМИ и десятки тысяч авторов-блогеров.

Важно:

• Наука конкурирует за внимание с гигантским массивом развлекательного и новостного контента.
• Но глубинные тексты “заходят”: материалы на 2–3 страницы по сложным темам набирают десятки тысяч и более просмотров, средний охват многих проектов - сотни тысяч и миллионы.

Примеры спецпроектов:

• совместный проект с Роскосмосом ко Дню космонавтики - в том числе фильм о подготовке космонавтов;
• проект с Росатомом о плавучей атомной электростанции.

Сильная сторона Дзена - аналитика пользовательского поведения: не только клики и лайки, но и глубина чтения, скорость скролла и другие сигналы. Это позволяет платформе помогать партнерам адаптировать подачу сложных тем так, чтобы их читали миллионы.

7. СМИ и “рентген” патентной активности

Главный редактор “Ведомости. Здоровье” привела еще один важный ракурс - аналитический.

Редакция:

• изучила базу Роспатента;
• взяла 400 крупнейших компаний по выручке;
• построила рейтинг по патентной активности.

В лидерах - Ростех, Росатом, Роскосмос. По их данным:

• у Ростеха затраты на НИОКР - 7–8 процентов выручки;
• у Роскосмоса - около трети выручки;
• у Газпрома - около 0,3 процента.

Выводы:

• главными инвесторами в науку по‑прежнему остаются государство и компании с госучастием;
• это резко контрастирует с практикой стран-лидеров (США, Япония, Германия), где половина и более НИОКР финансируется частным бизнесом;
• компании не всегда готовы публично раскрывать масштабы инвестиций в НИОКР, особенно если речь идет о закрытых или оборонных разработках.

8. Малый бизнес и взгляд “из биологии”: поддерживать науку или ученых

Генеральный директор компании “Хеликон”, работающей в области молекулярной биологии, предложил еще один важный ракурс.

Ключевые тезисы:

• Структура государства и бюджета в разных странах радикально различается, поэтому простое сравнение “доля бизнеса в науке” может быть некорректным.
• В российских реалиях крупнейшее вложение бизнеса в науку - это налоги, которые идут в бюджеты и через систему грантов и госпрограмм возвращаются в научный сектор.
• Науку он условно делит на три слоя:

1. смена парадигм (уровень теории относительности или молекулярной генетики);
2. фундаментальная наука в рамках новой парадигмы;
3. прикладные решения.

• По его оценке, в биологии последние 20–25 лет не было радикальной смены парадигмы. И на каждый новый “квант знания” требуется все больше ресурсов. С этой точки зрения вложения бизнеса в науку - все более тяжелая ставка.

При этом он подчеркивает: поддерживать нужно не абстрактную науку, а людей:

• Компания “Хеликон” проводит конкурсы грантов для магистрантов и студентов старших курсов по широкому кругу тем в биологии и биотехнологии.
• Критерий успешности для компании - не внедренная технология, а то, что победители остаются в науке, идут в аспирантуру, публикуются.

Логика: когда случится новый качественный перелом в науке, стране нужны будут люди, способные подхватить и развить его. В этом смысле инвестиции в молодых ученых - это долгосрочная “ставка на будущее”.

9. Что это все означает для бизнеса и науки

На основе дискуссии команда «Самитов консалтинг» выделяет пять шагов для компаний, которые хотят работать с наукой:

1. На деятельность R&D влияют не только деньги. Важны:

• длинный горизонт и глобальные цели;
• доступ к научным школам;
• наличие управленцев, способных вести долгие, рискованные проекты;
• готовность корпораций формулировать вызовы и заказы;
• инфраструктура (центры, пилотные площадки);
• и медиаплощадки, которые делают науку заметной и понятной.

1. Корпорации объективно ограничены в ранних исследованиях, но могут создавать спрос и инфраструктуру. В условиях санкций и разрывов цепочек поставок бизнесу приходится заниматься “длинной наукой” через необходимость: без собственных технологий и кадров суверенитет невозможен.
2. Стартапы и малые компании - лучшие кандидаты на быстрые проверки гипотез. В связке “госкорпорация - университет - стартап” именно малый игрок способен работать быстро и гибко, если ему дают четкий запрос и понятную рамку.
3. Поддержка талантов - не филантропия, это вопрос выживания регионов и отраслей. Без интересных траекторий для школьников и студентов моногорода пустеют, а компании теряют кадры.
4. Медиа и платформы нужны не “для галочки”. Без эффективных каналов популяризации даже самые сильные проекты остаются “внутренними новостями”. Современные платформы (как Дзен) позволяют доносить содержательный научный контент до миллионов.
5. Главный дефицит - не только деньги, но и управленцы, умеющие работать с риском и длинными циклами. Пока о формировании этого слоя говорят меньше всего.

Конгресс показал: бизнес уже давно перестал быть просто спонсором науки. Он формирует запрос, платит за результаты, строит центры, конкурсы, стипендии, участвует в подготовке кадров и через медиа помогает науке говорить с обществом.

Но для того чтобы Россия перешла от технологического суверенитета к реальному технологическому лидерству, нужны устойчивые связки “бизнес - наука - образование - медиа” и люди, которые умеют этими связками управлять.

И именно вокруг этого, судя по дискуссии, в ближайшие годы и будет строиться повестка взаимодействия бизнеса и науки.