Надо же, какие истории порой случаются в жизни! Вот послушайте, что произошло с одной знакомой моей бабушки. Звали ту женщину Мартой, и была она, надо сказать, девушкой очень доверчивой и сердобольной.
Познакомилась Марта со своим будущим мужем на каком-то балу. Николай служил тогда в гвардии, красавец писаный - эполеты блестят, усы подкручены, говорит красиво. Ну и влюбилась девчонка по уши, как это бывает в молодости. Мать, правда, предупреждала:
- Дочка, а что-то у жениха твоего семейные дела темные. Мать у него, говорят, совсем больная стала после смерти мужа. Ни с кем не общается, только сына видеть может.
Да разве послушает влюбленная девица разумные слова? Свадьбу сыграли по всем правилам, и поехали молодые в имение к матери Николая.
И вот приехали они в дом - а там такая тишина гробовая, шторы все задернуты, свечек горит мало. Ведет Николай жену в гостиную, а там сидит у камина дама пожилая, вся в черном. Даже не встала им навстречу, только головой кивнула слегка.
- Мама, познакомься - это Марта, - говорит Николай, и голос у него какой-то напряженный был.
- Очень приятно, - тихонько отвечает та женщина. - Елена Павловна меня зовут.
Подала Марте руку для поцелуя - а рука-то холодная, сухая. Присела невестка в реверансе, поцеловала пальчики свекрови. Смотрит на нее - а женщина такая печальная, измученная вся. Глаза красные, будто недавно плакала, голос дрожит.
- Ой, как я по покойному мужу скучаю, - жалуется Елена Павловна. - Иногда думаю - не пережить мне эту беду.
Сердце у Марты так и сжалось от жалости. Решила про себя - буду за этой несчастной ухаживать, как за родной матерью. Тем более Николай часто уезжал по службе, оставлял жену одну с больной свекровью.
И началась у Марты такая жизнь... Елена Павловна почти из комнат своих не выходила, только изредка к столу спускалась. Жалуется постоянно - то голова болит, то сердце, то бессонница мучает. А все по покойному мужу тоскует. Марта и читает ей, и лекарства носит, и травки заваривает. Когда свекровь плачет - сидит рядышком, руку держит.
- Ах, доченька, - говорила через слезы Елена Павловна, - если бы не ты, я бы давно от горя умерла.
Верила Марта каждому слову. Заказывала повару особую еду для больной, лекарства дорогие в городе покупала, докторов лучших вызывала. Николай только одобрял такую заботу.
Так год прошел, второй, третий... Елена Павловна все в трауре ходит, все на здоровье жалуется. Привыкла уже Марта к тому, что свекровь постоянного ухода требует. От балов отказывается, от гостей - все время возле больной проводит.
- Что-то мне нездоровится сегодня, - каждое утро одно и то же. - Не смогу к обеду спуститься, наверное.
И тащит Марта поднос наверх, в спальню, где свекровь на постели лежит с мокрым платочком на лбу. Странно ей порой - болеет женщина уже столько лет, а все никак не поправится. Но доктора руками разводят - нервы, говорят, расшатанные.
А тут как-то, это уже на пятом году замужества было, возвращается Марта из города раньше обычного. Кучер заболел, пришлось пешком идти. Подходит к дому, слышит из открытого окошка - смех звонкий и голос незнакомый какой-то. Удивилась, вошла в дом, поднялась наверх.
Дверь в комнату свекрови чуть приоткрыта, заглядывает Марта - и обомлела! Сидит Елена Павловна за туалетным столиком в платье розовом ярком, что-то своему отражению рассказывает, смеется. И никакой печали на лице нет!
- Ах, какая же я умница! - говорит сама себе. - Пятнадцать лет роль играю убитой горем вдовы, и никто ничего не заподозрил!
У Марты ноги подкосились. Спустилась тихонько вниз, в гостиной села - голова кругом идет. Значит, все эти годы свекровь притворялась? Все слезы, все болезни - враньё?
Вечером за ужином появляется Елена Павловна в своем черном платье, лицо печальное.
- Ох, тяжело мне сегодня, - жалуется слабым голосом. - Опять не спала всю ночь, о бедном муже думала.
Молчит Марта, слова сказать не может. Хочется и закричать, и обличить лгунью, но что-то удерживает. А вдруг показалось? Вдруг сон это был?
Но через несколько дней опять видит странную картину. Идет с лекарством к свекрови, заглядывает в комнату - а та танцует перед зеркалом, песенки напевает веселые. Заметила в зеркале Марту - мгновенно преобразилась. Плечи поникли, лицо страдальческое сделала.
- Ох, милая моя, - слабо говорит, в кресло падает. - Совсем плохо стало что-то.
Тут уж не выдержала Марта.
- Елена Павловна, - тихо говорит, - а мне кажется, не так уж вы больны.
Острый взгляд свекровь на нее бросила, и увидела Марта совсем другого человека. Умного, хитрого, здорового.
- Это что же ты хочешь сказать? - холодно спрашивает.
- Видела я, как вы вчера танцевали и смеялись. Думали небось, дома никого нет.
Тишина повисла тяжелая. Долго смотрела Елена Павловна на невестку, что-то решала про себя. Потом медленно улыбнулась - и улыбка эта совсем не похожа была на те робкие попытки, что раньше видела Марта.
- Ну что ж, - спокойно сказала. - Пора, видно, игру заканчивать.
Встала с кресла, спину выпрямила - и превратилась в совсем другую женщину. Исчезли согнутые плечи, дрожащие руки, тихий голос.
- Садись-ка, дорогуша, - велела Марте. - Расскажу тебе всю правду, интересно будет.
Села Марта на стул, ничего сказать не может от удивления.
- Меня зовут вовсе не Елена Павловна, - начала женщина. - Вера Николаевна Самойлова я, актриса. Была актриса, точнее сказать. А настоящая мать твоего мужа померла, когда ему двадцать стукнуло.
То, что услышала дальше Марта, просто в голове не укладывалось. Оказывается, познакомился Николай с актрисой в театре и попросил сыграть роль больной матери. Боялся, что невеста из хорошей семьи замуж за сироту не пойдет.
- Сначала думали - месяца три-четыре поиграю и хватит, - рассказывала Вера Николаевна. - Да только понравилась мне такая жизнь! Комната отдельная, еда хорошая, невестка заботливая... Зачем в сырой подвал возвращаться, в театрике третьесортном играть?
Слушает Марта и поверить не может. Значит, все эти годы ухаживала за чужой тёткой, которая просто ее добротой пользовалась?
- А Николай что? - хрипло спрашивает. - Он-то знает?
- Ещё как знает! Деньги делим, которые ты на мое лечение тратишь. Выгодное дельце, надо сказать.
Тут как раз Николай в комнату заходит. Видит - жена с актрисой сидят друг против друга, и понимает - всё, раскрылось.
- Марточка, я могу объяснить всё, - начинает, а жена рукой его останавливает.
- Объяснять нечего, - говорит, встает со стула. - Я и так всё поняла.
Вышла из комнаты, не оглянулась. В тот же день вещи собрала, к родителям уехала. Развестись тогда было почти невозможно, но жить с таким обманщиком больше сил не было.
Говорят, актриса Самойлова вскоре роль свою бросила, в Париж укатила - там театральную школку открыла. А Николай один остался в мрачном доме, где больше никто стихи печальные не читал и травяные настои не заваривал для несуществующей больной матери.
Марта же силы нашла жизнь начать заново. Замуж больше не выходила, зато благотворительницей стала известной, людям действительно нуждающимся помогала. Только теперь уже осторожнее была в выборе тех, кому сердце открывала.
Вот такая история приключилась. А ведь сколько ещё подобных случаев в жизни бывает - когда люди чужой добротой пользуются, роли всякие играют ради выгоды своей. Потому и говорят - доверяй, но проверяй.