Знаете, я тут недавно размышлял (и даже писал) о зумерах, пытаясь защитить их право на самоопределение, на поиск себя и на ментальное здоровье. Казалось бы, новое время — новые правила. Но давайте сегодня попробуем перевернуть монету и взглянуть на ситуацию под совершенно другим углом. Без розовых очков и скидок на «они просто другие».
Честно говоря, цифры, которые попадаются на глаза, заставляют немного поежиться. В России 5 миллионов человек в возрасте до 35 лет нигде не работают и не учатся. Пять миллионов! Это население целой небольшой европейской страны или огромного мегаполиса. Их уже окрестили «Поколением НЕТ». Нет — работе, нет — обязательствам, нет — дискомфорту.
За чей счет этот банкет, и почему «не хочу» стало главным аргументом взрослого человека? Давайте разбираться.
«Мам, скинь денег, я ищу себя»
Вспомните свое детство. Многим из нас говорили жесткое слово «надо». Не хочешь вставать в школу? Надо. Не хочешь идти на подработку летом? Надо. Так жило большинство тех, кому сейчас за 30. Мы сжимали зубы и делали, потому что понимали: комфорт нужно заработать.
У нынешней молодежи подход кардинально изменился. Познакомьтесь, это Лена. Ей 25 лет (персонажи взяты просто для примера). Четверть века, на минуточку. Она ни месяца в своей жизни толком не проработала. Почему? «Не сошлись характером с работодателем», — говорит она. Отработала три дня и уволилась. Сейчас она заочно учится на программиста, ходит на онлайн-курсы и… поет. С большим удовольствием.
Кто оплачивает этот творческий поиск? Конечно, родители. Когда встает вопрос: оплатить курсы или дать денег на хобби, приходится просить у мамы с папой кругленькую сумму.
Или вот Макс. Он успел побыть курьером, оператором колл-центра, официантом. И отовсюду уходил с легкостью. Почему? Потому что учился на авиастроителя, но там была сложная физика и математика — «не выдержал, забрал документы». Теперь его основная деятельность — компьютерные игры. Он верит, что станет киберспортсменом и заработает миллионы. А пока проводит по 5 часов в день в клубе и живет на папины деньги.
Вопрос к вам: как вы считаете, это нормальный поиск себя или банальный инфантилизм? Где грань между поддержкой ребенка и выращиванием паразита?
Психоэмоциональная хрустальность
Психологи в один голос твердят: мы (общество и медиа) сами вырастили поколение, которое бережет свое психоэмоциональное состояние как зеницу ока. Они любят себя гораздо больше, чем мы когда-либо смели любить себя. Любой дискомфорт — это повод для ухода. Работодатель не дал бесплатное печенье? Увольнение. Не то настроение с утра? Можно просто не вернуться с обеда. Для них любое неудобство — это трагедия.
Но вот в чем парадокс: объективных причин бояться «тяжелого труда» становится все меньше. Молодежь бежит от рутины и физических нагрузок, даже не замечая, что современное производство (не везде конечно) уже давно не похоже на мрачные цеха прошлого века. Россия активно модернизируется, создавая идеальную среду как раз для тех, кто на «ты» с технологиями.
Судите сами: за семь лет производительность труда в России увеличилась на 8,2%. Только за последние два года на фоне высоких темпов роста экономики она ускорилась до 2,7%. Предприятия активно внедряют новые технологии, бережливое производство, роботизацию и искусственный интеллект. В этом им помогает национальный проект «Производительность труда». За время его реализации поддержку получили более 5000 предприятий по всей стране. Их выручка значительно увеличилась, а производственные процессы стали эффективнее.
Получается, те самые «сложные» места работы становятся высокотехнологичными хабами. На некоторых предприятиях рост производительности достиг 30-40%. Даже фрагментарное внедрение роботов и автоматизированного оборудования на отдельных участках способно решить проблему нехватки кадров и снизить операционные изменения. Казалось бы, вот он шанс для молодежи — управлять процессами, а не таскать тяжести. Так, с 2018 по 2025 год на Магнитогорском металлургическом комбинате автоматизировали 349 процессов в 16 функциональных направлениях, что помогло сэкономить свыше 730 миллионов рублей.
Это уже не просто «работа», это челлендж, который должен быть интересен поколению геймеров. А компания «Газстройпром» внедрила три проекта бережливого производства, потенциальный эффект от которых превысил 2 миллиарда рублей. В ее центре компетенции для подготовки специалистов в Новосибирске прошли обучение уже более 5500 сотрудников.
Мир идет навстречу, убирая тяжелый физический труд и внедряя ИИ, в котором зумеры чувствуют себя как рыбы в воде. Зарплаты у таких специалистов соответствующие, а условия труда становятся все комфортнее. Но если даже в таких «тепличных» условиях цифровизации молодежь отказывается включаться в процесс, эксперты предупреждают: это бомба замедленного действия. Когда жизнь неизбежно заставит их столкнуться с реальностью (где роботы не заменят личную ответственность), у них просто не будет навыков выживания. Возможна юношеская истерика, которая, увы, часто заканчивается алкоголем или чем похуже.
Офис мечты или детский сад для взрослых?
Самое забавное (и немного грустное) — наблюдать, как большие компании пытаются заманить этих ребят на работу. Бесплатным кофе и печеньками уже никого не удивишь. Это базовый уровень.
Сейчас корпорации создают не офисы, а какие-то санатории.
- «Счастливые часы» с тазиками овощей. Серьезно, выкатывают тазы с авокадо и огурцами, чтобы сотрудники набирали домой на салатики. Забота об иммунитете!
- Прокат всего на свете. Хочешь коньки? Бери. Нужна дрель, чтобы повесить картину? Пожалуйста.
- Музыкальные комнаты. Чтобы можно было барабанить и орать песни круглые сутки, снимая стресс.
В Череповце на производстве удобрений построили целый спорткомплекс и ввели программы по «личностному консультированию». В Японии (где проблема стоит еще острее) пошли дальше — выдают бесплатное пиво и предоставляют «отпуск по похмелью» для талантливых сотрудников!
Заставить их работать только за деньги невозможно. Их нужно развлекать, вовлекать, гладить по голове. Но долго ли бизнес сможет играть в эти игры?
«Удаленка» как стиль жизни и конфликт поколений
Есть и другая категория — те, кто работает, но категорически отрицает офис. Настя, например, работает на удаленке. Для нее офис — это тюрьма. Дома она может сделать зарядку, потанцевать пять минут под музыку, когда устала.
- «Я не знаю, как устроено в офисе, но предполагаю, что включить музыку и потанцевать 5 минут в опенспейсе я не смогу», — рассуждает она.
Но тут возникает конфликт с бабушкой. Бабушка Насти телевизор смотрит и искренне не понимает, что это за работа такая — дома за компьютером. Для нее настоящая работа — это когда ты встал, ушел на завод или в контору, и вернулся уставшим. А удаленка — это «не по-настоящему».
Чтобы хоть как-то общаться с людьми, Настя ходит в антикафе, где платит за время. Парадокс: люди платят деньги, чтобы просто посидеть не дома, но и не в офисе.
А помните статью за тунеядство?
А теперь давайте на секунду перенесемся в прошлое. Бабушка Насти права по-своему, ведь она помнит времена, когда за такой образ жизни можно было реально сесть.
В СССР с 1961 года действовал указ о борьбе с тунеядством. Если ты не работал официально более 4 месяцев — тебя судили. Максимальное наказание — 5 лет принудительных работ и высылка.
Вспомните Иосифа Бродского. В суде он так и не смог доказать, что поэзия — это труд.
- «Кто причислил вас к поэтам?» — спрашивал судья.
- «Я думал... это от Бога», — отвечал Бродский.
Итог? Ссылка в Архангельскую область убирать навоз в совхозе.
В народе таких людей называли БОРЗ (Без Определенного Рода Занятий) — отсюда и пошло слово «борзые». Власти не знали, что с ними делать. Были чудовищные истории, когда тунеядцев высылали в деревни, которые через две недели должно было затопить водохранилище ГЭС. Просто чтобы избавиться от «балласта».
Чтобы не сесть, творческая молодежь (Цой, Мамонов) шла работать кочегарами, сторожами, лифтерами. Работа «сутки через трое» позволяла и числиться трудоустроенным, и заниматься своим делом.
Сегодня, к счастью, никого не сажают. Но маятник качнулся в другую сторону. От принудительного труда мы пришли к полному расслаблению.
Что будет дальше?
Мы видим поколение, которое не готово жертвовать комфортом ради карьеры. Они живут одним днем, часто за счет родителей, и считают, что мир должен крутиться вокруг их «хочу» и «не хочу».
С одной стороны, это здорово — они свободны, они ценят себя. С другой — родители не вечны. Часики тикают. Когда исчезнет финансовая подушка безопасности в виде маминой зарплаты или папиной пенсии, этим ребятам придется столкнуться с жестокой реальностью. И тазик с авокадо им вряд ли кто-то принесет просто так.
Смогут ли они адаптироваться? Или нас ждет социальная катастрофа из миллионов неприкаянных 40-летних людей без профессии и накоплений?
А что вы думаете об этом явлении?
Сталкивались ли вы с такими работниками или, может быть, у вас есть такие знакомые, которые годами «ищут себя»?
Пишите в комментариях, очень интересно обсудить!
Если вам понравилась статья и вы любите размышлять о том, как меняется наше общество, подписывайтесь — будем наблюдать за этим миром вместе.