Историю жизни Хеди Ламарр часто и красиво преподносят как приключенческий роман, благо что и приключений, и романов в ней и в самом деле хватало.
Родилась она в респектабельной, даже по меркам весьма снобистской Вены, семье: отец её был управляющим банком, мать - известная пианистка, до того, что семья Кислеров была еврейской, до поры-до времени никому и дела не было. Девочка мечтала стать актрисой (при этом проявляя забавные прикладные способности - не только играла на пианино, но и детально разбиралась в том, как оно устроено) и в 16 лет ушла из дома покорять мир актерским талантом.
Красотка Хедвига оказалась востребованной и место в модном тогда кинематографе для нее нашлось быстро, но настоящую известность (пусть и несколько своеобразного свойства) принесла ей роль Евы в фильме чеха Густава Махаты “Экстаз” - там Хеди почти десять минут купается совершенно обнаженной.
Дело было в 1933-м, и надо сказать, что мир в то время уже вполне терпимо относился к коротким юбкам (если они, конечно, прикрывают колени) и даже к женщинам в трусах, если трусы - часть спортивной формы или купального костюма, более того, самые либерально настроенные футурологи делились смелыми гипотезами о том, что лет через сто ношение брюк женщинами не будет уже никого фраппировать, но вот - совсем без одежды?
Да, скандал (да еще какой!), который делает нашу героиню настоящей звездой. У нее и раньше не было отбоя от поклонников, но самым горячим её поклонником оказался Фриц Мандль, оружейный фабрикант - в том же году Хеда выходит за него замуж.
Четыре года жизни с “оружейным бароном” дадут в итоге некоторый опыт понимания того, что такое современное вооружение - ревнивый до изумления Фриц (он даже пытается выкупить все копии фильма “Экстаз”, но безуспешно) всюду таскает её с собой, чтобы не упустить из виду и не допустить несанкционированного им контакта с какими-то другими мужчинами - на заводы, выставки, презентации, испытания.
Но ревность (всегда казалось, что ревнивец мог бы выбрать в жены кого-то, кого весь мир не видел обнаженной) в итоге разрушает брак, и в один прекрасный момент Хедвига переодевается в горничную и покидает венский дом оружейника. Вскоре она уже в Лондоне, четырехлетний брак закончен.
Хедвига планирует возобновить карьеру актрисы, и судьба идет ей навстречу: в Лондоне она знакомится с американцем, основателем студии MGM Луисом Майером, который предлагает ей переезд в Голливуд, большие роли и гонорары, соответствующие её таланту.
В пути через Атлантику придумывается, по совету Майера, и псевдоним для Хедвиги (с одной стороны, фильм “Экстаз” сделал её звездой, с другой - продюсер опасается, что пуританская Америка испугается иметь с ней дело) - отныне нашу героиню зовут Хеди Ламарр. Красивое имя, которое за десяток лет до того носила возлюбленная Майера - Барбара Ла Марр, умершая от наркотиков.
Так заканчивается история Хедвиги Кислер-Мандль и начинается история голливудской актрисы Хеды Ламарр. Её карьера была довольно успешной - актрисой она была прекрасной, да к тому же еще и красавицей, но, как это часто случается в этой профессии, при всей её популярности, те фильмы, которые, что называются, “на века”, в её жизни не случились. И это при том, что каждый из фильмов с её участием встречался очень хорошо и все они были успешны.
Зато случилось шесть браков, а кроме того, ей приписывается множество романов - хотя каких только историй не рассказывают про красавиц? Молва полагает, что это как-то романтизирует даже не нуждающиеся в дополнительной романтизации образы.
Но вот о её знакомстве с Джорджем Антейлом как о романе не говорят, хотя они довольно много времени проводили вместе.
Антейл был представлен Хеде как пианист, и она, дочь известной пианистки и сама замечательная исполнительница, нашла в общении с Джорджем много общего (говорят, они отлично импровизировали в четыре руки в компаниях друзей), а о том, что Джордж еще и изобретатель, стало понятно не сразу, но в какой-то момент он рассказал ей о своих патентах. Которые, наверное, будут выглядеть для читателя несколько странно, но, тем не менее - он экспериментировал с управлением пианино через перфокарты, например, придумал, как на перфокарту записать звук, а еще придумал то, что в патентной заявке было озаглавлено как “механический балет” - синхронное исполнение музыки 16-ю пианино, управляемых перфолентой.
Казалось бы, при чем здесь будущие wi-fi и GPS?
Правильный ответ - вообще ни при чем, но у Ламарр ответ оказался совершенно иным.
Начать надо с того, что еврейка Ламарр очень близко к сердцу воспринимала всё, происходящее в Европе. В 1943-м, когда она познакомилась с Антейлом, она помнит о трагедии 40-го, когда немецкая подлодка торпедой потопила британский корабль, эвакуированный в Канаду детей, и вот с тех самых пор она думает о том, как кораблю противодействовать подлодкам.
Оказалось, что в бытность свою женой и вечной спутницей оружейного барона она не просто скучала на всяких мероприятиях торговцев смертью - может, от красотки никто и не ждал острого ума, но в том, как работает торпеда и что такое управление ей по радио, она отлично разобралась.
А работало тогда это так: можно было послать торпеде команду “правее” или “левее” (команда управляла движением руля) чтобы корректировать её путь. Да, “шевеление” было минимальным, но - все-таки, это была не просто болванка, выпущенная в каком-то направлении на глазок, а немного послушная железяка.
Правда, атакуемые учились этому противодействовать - перехватывать сигнал, навязывать снаряду свое управление (теоретически, можно было даже запустить торпеду в обратном направлении, транслируя все время, например, команду “вправо”, были даже работы, посвященные такого рода расчетам, хотя на практике за всю войну ничего подобного и близко не произошло).
Как именно думала Ламарр, мы, конечно, не знаем, но можно предположить, что она выделила суть - если перфокарта управляет физически не связанными между собой инструментами, то ровно таким же образом можно передавать и радиосигнал.
Отталкивалась она при этом именно от пианино - она раздели спектр передачи на 88 зон (по числу клавиш на инструменте), предложила поместить этот спектр в приемник и в передатчик и таким образом избежать помех - если один из 88 каналов окажется забит, то в дело вступят другие и сигнал сохранится.
Понятно, что к технологии сейчас возникает огромное количество вопросов, но это - сейчас, при современных методах приема и передачи сигналов, а для 43-го года это была настоящая революция.
Ламарр и Антейл оформляют патентную заявку и - передают её в дар правительству Соединенных Штатов.
Вот тут бы было бы очень здорово написать что-то вроде: “И вот с того самого момента”. И это был бы отличный финал этой истории.
Но - нет, ничего подобного не случилось, генералы так и не поняли суть изобретения (при том, что в годы войны на правительство работало множество талантливых физиков и математиков - но именно этот патент прошел мимо их внимания).
Патент спокойно дожил свой срок где-то в глубинах архивов и вспомнили о нет только тогда, когда и wi-fi и GPS стали явлением почти будничным.
История же изобретения wi-fi пошла своим путем, который можно было бы назвать вполне академическим. Хотя систему, схожую с той, что предложила Ламарр, начинают испытывать на подводных лодках еще в 60-е, развитие она получает только по мере улучшения полупроводников.
Еще в 80-е в США выделяется специальная открытая частота для свободного доступа и коммерческого использования, но прорыв случился в 90-х, когда радиоастроном, австралиец О’Салливан получает патент (в США он был получен в 97-м) на передачу такого сигнала.
А “отцом wi-fi” справедливо считают голландца Вика Хейса,создателя стандарта IEEE и управляющей организации, который проявил себя не только как инженер и изобретатель, но и как дипломат и организатор - именно благодаря его трудам wi-fi сегодня стал общедоступной “бытовухой”, и многие нынешние поколения просто не представляют себе мир без wi-fi.
А что Хеди Ламарр? О ней, конечно, в свое время вспомнили,в конце 90-х даже пробовали хоть как-то увековечить её имя, представить её к медали Конгресса и награде IEEE, и управляемый Хейсом IEEE такую награду, в итоге, все-таки выдаст.а в 2014-м, уже после её смерти, о ней вспомнят еще раз и внесут её имя в Национальный зал славы изобретателей США.
В 1966-м пара щелкоперов издаст, якобы от её имени, “мемуары” под названием “Экстаз и я” - Ламарр будет судиться с ними долго, но безуспешно, могучая медиакорпорация отбивает “своих”.
Наверное, для кого-то скандальная книга была бы репутационным провалом, но не для Хеды - имя свое она восстанавливала через активность в СМИ, и, в общем и целом, со временем это сделать удалось - она все-таки была настоящей звездой и в свои 50+ оставалась красоткой, так что ей всегда были рады на телевидении.
Кстати, с красоткой Хедой связан и скандал (и даже суд) с фирмой Corel, которая разместила на своем флагманском продукте, CorelDRAW, её изображение, объясняя потом в суде, что дизайнер изображал вовсе не Ламарр, а некую гипотетическую красавицу - но суд эти объяснения не удовлетворили, и в 98-м она...
Продолжение этой статьи можно прочитать ЗДЕСЬ, Ссылка приведет вас в блог автора на платформе Boosty, где можно прочесть не только продолжение этой статьи, но и еще больше 400 статей, посвященных истории экономики. Блог в Boosty - платный, но там можно выбрать опцию оплаты по карману.
А смысл оплаты - поддержать работу по теме, которая в школьные учебники никак не попадает. Потому что школьные учебники - это про войны, разрушения, убийства - словом, читая их, кажется, что суть и смысл существования - в ограблении, в стремлении кого-то убить, ограбить, чего-то отнять, и читая их, совершенно непонятно, как так вышло, что, в итоге, человечество становится гуманнее, а мир - удобнее и уютнее.
Ну вот это недоразумение и призвана исправить (или хотя бы скорректировать) работа автора. Если вы "за" такой подход - жду вас в Boosty.
Если кому-то туда переходить лень, то сейчас сказать автору "спасибо" можно, просто отправив донат в Дзене.
Мой благодарность всем услышавшим и правильно понявшим смысл сказанного. И великая благодарность - всем подписчикам, людям, которые, что называются, подставляют плечо.