Неизвестная точка пространства и времени
Сверхдальняя орбита оранжевой звезды
Флагман вторжения «Железный клык» висел в пустоте, словно хищник перед броском. Его броню прорезали длинные тени, а из‑под щитков реакторов пробивалось багровое свечение — будто кровь, пульсирующая под кожей.
В командном отсеке царил упорядоченный хаос. Голографические проекции планет дрожали в воздухе, пересекаясь с траекториями атакующих групп. Адмирал Ксарр‑7, представитель высшей касты антроморфов, восседал в кресле из спрессованных костей древних врагов. Его пальцы с металлическими накладками выстукивали ритм на подлокотнике — тревожный, как биение сердца перед схваткой.
Мимо проскользнула техник‑кошкообразная. Её уши прижались к голове, когда взгляд адмирала скользнул по ней — холодный, как вакуум за бортом. «Опять эти кошки…» — подумал Ксарр‑7. Их грация, их привычка мурлыкать при диагностике систем, их… независимость.
— Проверьте резервные контуры. И не касайтесь главных панелей, — бросил он.
Она молча кивнула, но в её глазах мелькнуло то самое выражение — не покорность, а знание. Как у всех кошкообразных: будто они хранят секрет, который люди никогда не поймут.
Экипаж сформировали по последней директиве безопасности — ключевые посты заняли антроморфы, кошкообразные же получили вспомогательные роли с минимальным допуском.
Слухи ползли по коридорам, как тени. «Пять систем исчезли. Говорят, это работа Империи. А кто её создал? Кошки? Или те, кто ими управляет?» Аналитики бились головой о стены: базы данных молчали. Ни следов, ни имён, ни флагов. Лишь эхо в пустоте — будто кто‑то стёр все записи, оставив лишь намёк на угрозу.
Система, которую они собирались захватить, сияла на экране, как драгоценность. Две планеты в зелёной зоне, пригодные для жизни. Астероидный пояс, богатый редкими металлами. На поверхности — лишь примитивные формы: ящеры, похожие на динозавров, да заросшие мхом руины, чьи создатели давно канули в небытие.
«Никого нет. Только ресурсы», — твердили в штабе.
Но адмирал чувствовал: что‑то не так.
Когда техник‑кошкообразная в очередной раз прошла мимо, её хвост на миг замер, будто уловив вибрацию в воздухе. А на экране, в глубине системы, мелькнул отблеск — слишком быстрый, чтобы быть метеором.
Флагман вторжения «Железный клык» по‑прежнему нависал над системой, но тишина длилась недолго. Минуты тянулись в молчании — и вдруг пространство позади флота разлетелось на куски, будто скалы под ударом исполинского молота.
Из гиперпространства вырвался корабль — без привычного сияния портала, без предупреждающих сигналов.
Датчики объединённой сети погрузились в хаос. Сканеры вместо ожидаемого окна перехода выдали лишь Бездну — чёрную, бездонную, пожирающую свет. Ближайшие к точке выхода корабли флота швырнуло в стороны ударной волной невиданной силы.
Незнакомец замер. Замер, словно хищник перед прыжком. Пространство вокруг него пошло волнами — будто кто‑то бросил камень в стеклянное озеро космоса. По кораблю прокатилась волна неизвестного излучения. Датчики тщетно пытались определить её природу; сканеры безуспешно считывали сигнатуру. Накопители жадно фиксировали каждый байт данных, но информация оставалась бессмысленным шумом.
На палубе флагмана нарастала паника. Запросы в пустоту оставались без ответа. Сигнатуру так и не удалось считать.
— Ночной охотник… — пробормотал один из аналитиков, голос дрогнул.
— Что?! — рявкнул адмирал, резко повернувшись.
— Похож на «Ночного охотника» эльдар, но… частично, — отрапортовал аналитик, не отрывая взгляда от мерцающих графиков. — Не хватает ключевых гармоник. И структура поля… она… чужая.
Флот застыл в напряжённом ожидании. Космос словно затаил дыхание.
Где‑то в недрах «Железного клыка» зашипел реактор — негромко, но настойчиво. Как будто сам корабль шептал: «Это не конец. Это только начало».
На флагмане царила напряжённая тишина, нарушаемая лишь треском помех и глухим гулом реакторов. Адмирал Ксарр‑7 не отрывал взгляда от экрана, где застыл загадочный корабль — ни опознавательных знаков, ни ответа на запросы.
И вдруг — словно кто‑то щёлкнул переключателем на забытой галактической радиоточке — пространство наполнилось звонким, почти беспечным диалогом.
— Так, крылатое создание, мы прибыли, — раздался первый голос — юный, задорный, будто у мальчишки, только что запустившего фейерверк.
— Да вижу, воинствующее создание, что прибыли, — откликнулся второй, столь же беззаботный. — Сейчас немного приглушу реакторы.
Адмирал нахмурился. Аналитики бросились сверяться с базами — но те безмолвствовали. Ни совпадений, ни даже отдалённых аналогов.
— Это нужно, согласен, а то у нас в двигательном отсеке молнии летают, — продолжил первый.
— Какие молнии?! Там не должно быть молний! — в голосе второго прорезалась лёгкая паника.
Техники на флагмане переглянулись. Один из них нервно сглотнул.
— Да обычные такие — в руку толщиной, — невозмутимо пояснил первый.
— Да как так?! Я всего лишь юстировку двигателя провёл! — воскликнул второй.
— Молотком? Да? — усмехнулся первый.
— Ну надёжный же метод! — оправдывался второй.
В командном отсеке повисла мёртвая тишина. Кто‑то из техников тихо прошептал:
— Гипердвигатель? Молотком?..
— Да‑а‑а, надёжный! А почему мы тогда первым прыжком попали в соседнюю галактику? — не унимался первый.
Инженеры бросились к консоли, вбивая параметры. Через секунду один из них побелел:
— Одним прыжком… Перегрузка в 10 000 единиц! Мы бы все превратились в пыль!
— Ой, Арес, отстань! Нужно было просто три удара молотком, а не два, — заявил второй голос.
— Ладно, Гермес, а молнии‑то я добавил — а то мне показалось, что там темно в отсеке, — ответил Арес.
Раздался звонкий, совершенно неуместный в этой напряжённой обстановке смех.
На флагмане половина экипажа выглядела так, будто вот‑вот рухнет в обморок. Кто‑то судорожно сжимал подлокотники, кто‑то бормотал: «Это не может быть всерьёз…»
Адмирал медленно поднял руку, требуя тишины. Его голос прозвучал глухо, но твёрдо:
— Установить визуальный контакт. Немедленно.
Корабль на запросы не отвечал — зачем хищнику общаться с муравьём? Тем временем диалог продолжался.
— Так, придурки, кто воткнул три реактора, а не два?! — прорезался третий голос.
Аналитики ухватились за тембр и гармоники — и выдали результат: бортовой ИИ, но какой‑то странный.
— А что не так? Всё же работает! — удивился Арес.
— Да у меня чуть микросхемы не посыпались, и накопители не начали работать вместо вентиляторов! И вообще, кто вас учил задавать параметры прыжка? — третий голос был явно в гневе.
Где‑то в глубине флагмана, на технической палубе, за защитным экраном, возле нелегального терминала две кошки покатились со смеху.
— Да нормально же прыгнули, — оправдывался Гермес.
— Вот‑вот, нормально же, — поддакнул Арес. — Да и виды там красивые.
Астронавигаторы на флагмане бились в истерике: о видах соседней галактики они не могли даже мечтать.
— Красивые… Да‑а‑а… Согласен, — подтвердил третий голос.
— Ну и ресурсов немного взяли, — вставил ремарку Гермес.
— Немного‑о‑о?! Да?! 8 миллионов тонн титана, 12 миллионов тонн никеля, 2 миллиона тонн алмазов и ещё по мелочи на 20 миллионов тонн!! У вас ничего не треснет?! — возмущался третий голос.
Карго на флагмане пил успокоительное литрами. Кошки на технической палубе заливались смехом.
— Не‑е‑е… Гермес вон скоро женится — алмазики невесте подарит, — усмехнулся Арес.
— А остальное?! — не унимался третий голос.
— А остальное — в хозяйстве сгодится! — ответил обиженно Гермес.
— Ты скажи, электронный друг, — ты сканирование провёл? — поинтересовался Арес.
— Да, провёл. Всё как вы хотели, — ответил ИИ.
— Ну раз всё как хотели — чего мы стоим? — поинтересовался Арес.
— Мужики, погодите! Нужно обмыть! — вклинился Гермес.
— Так нас же двое. А нужно трое, — удивился Арес. — А хотя… погодите!
В неизвестный корабль несколько раз ударила молния. На флагмане паника достигла космических масштабов.
— Фигассе… Я теперь это… ну это…» → «Фигассе… Я теперь… это… ну… — удивился третий.
— Ну что, мужчины? Вздрогнем! — раздался голос Гермеса.
— Вздрогнем! — грянул дружный хор. — Курс на Тортугу!
За кормой неизвестного корабля зажглись три звёздочки — и он взял курс на систему, проходя сквозь флот. Корабли флота расступались, словно нож резал масло. Неизвестный корабль прошёл весь флот насквозь и скрылся в системе.
Адмирал смотрел на последнюю планету системы, которая медленно плыла по обзорному экрану. На планете был нанесён двуглавый орёл, а ниже шла надпись:
На планете был нанесён двуглавый орёл, а ниже шла надпись:
«Владения Империи. Охотничьи угодья. Собственность ЗАО „Артемида“»