Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Почему талант проигрывает наглости? История из чата рукодельниц, которая изменила мой взгляд на Дзен

Здравствуйте, дорогие мои подписчики! Я люблю читать каналы про рукоделие, даже не столько сами каналы, сколько живые разговоры в чатах. Там говорят о самом важном - о цене своего труда, о несправедливости и о странных законах этого мира. Вчера там всплыли две истории, которые врезались в память. История первая. Женщина скинула фото из магазина handmade в Переславле-Залесском. Это небольшой старинный город в Ярославской области, с населением около 38 тысяч человек, стоящий на берегу Плещеева озера, туристическое место, куда приезжают посмотреть на древние монастыри и знаменитую музей-усадьбу "Ботик Петра Первого". И вот в таком, казалось бы, провинциальном месте, на полке магазинчика ручной работы лежали вязаные крючком сумки в технике мозаики. Цена - 4500 рублей за штуку. В чате поднялся тихий гвалт. "Заоблачные цены!", "Да кто это покупает?", "Да там ниток на пятьсот рублей". Все понимали, что автору достается лишь часть, но главный вопрос висел в воздухе другой - неужели в м

Здравствуйте, дорогие мои подписчики!

Я люблю читать каналы про рукоделие, даже не столько сами каналы, сколько живые разговоры в чатах. Там говорят о самом важном - о цене своего труда, о несправедливости и о странных законах этого мира.

Вчера там всплыли две истории, которые врезались в память.

История первая.

Женщина скинула фото из магазина handmade в Переславле-Залесском. Это небольшой старинный город в Ярославской области, с населением около 38 тысяч человек, стоящий на берегу Плещеева озера, туристическое место, куда приезжают посмотреть на древние монастыри и знаменитую музей-усадьбу "Ботик Петра Первого".

И вот в таком, казалось бы, провинциальном месте, на полке магазинчика ручной работы лежали вязаные крючком сумки в технике мозаики.

Цена - 4500 рублей за штуку.

В чате поднялся тихий гвалт.

"Заоблачные цены!", "Да кто это покупает?", "Да там ниток на пятьсот рублей".

Все понимали, что автору достается лишь часть, но главный вопрос висел в воздухе другой - неужели в маленьком городке, который многие проезжают по пути в Ярославль, находятся те, кто платит такие деньги?

Оказывается, находятся, и не только туристы, потому что продается уже не сумка, а что-то другое.

-2

Вторая история пришла сразу следом, будто в подтверждение.

Другая женщина поделилась болью. У нее две знакомые и обе вяжут игрушки.

У первой - криво, косо, петли не соблюдены, нитки торчат, но она продает их пачками и за большие деньги.

Вторая вяжет идеально, до мелочей продуманные, красивые вещи, а люди не берут даже за небольшую цену.

-3

В чем секрет?

Все просто до банальности.

Первая - неутомимый рекламный агрегатор, она "светит" своими "кривульками" везде - в соцсетях, на ярмарках, в личных сообщениях, а вторая тихо выкладывает фото на "Авито" и ждет, просто ждет.

"Почувствуйте разницу", - горько резюмировала автор поста.

Читая это, я вдруг с пугающей ясностью увидела не чат рукодельниц, я увидела всю свою ленту Дзен и себя.

Ведь эта история - не про вязание.

Это точная, вплоть до мелочей, схема того, как устроен сегодня любой творческий рынок, рынок внимания, где я пытаюсь продать свой самый хрупкий товар - собственные мысли.

"Кривая игрушка" - это каналы-однодневки, штампованные ИИ по шаблону.

В них нет души, зато есть кричащий заголовок, броское превью и наглая уверенность.

Их "вяжут" за час, но "пихают" везде - в чужие комментарии, в рекламные сети, в агрегаторы.

"Идеальная игрушка" - это я, это мой канал, это статьи, которые я пишу по три часа, выстраивая каждую фразу.

В них нет торчащих ниток логических ошибок, они "ровные" и они висят в безмолвном вакууме, как те самые игрушки на "Авито".

Я делаю все "правильно" - пишу честно, оформляю по правилам, жду.

Я жду, когда алгоритм или случайный читатель заметит эту тихую, старательную идеальность и оценит ее по достоинству.

А "сумка за 4500" - это жестокий урок.

Он о том, что люди платят не за нитки и петли, они платят за историю, которую им продают, за смелость цены, за наглость, выданную за уверенность, за ощущение, что они приобщаются к чему-то ценному.

В нашем мире ценность давно уже не в качестве пряжи, она - в умении эту ценность предъявить, и даже навязать.

И вот я сижу перед экраном, чувствуя себя той самой второй мастерицей.

Во мне борются два чувства, первое - горькое: "Но мои-то игрушки действительно лучше! Они честные!".

И второе, холодное и рациональное: "А кто, собственно, тебя просил делать их такими идеальными? Может, пора научиться не просто вязать, но и кричать?".

Значит ли это, что нужно сломать свой крючок и начать плести что попало?

Нет.

Значит ли это, что нужно перестать вязать и начать орать на каждом углу?

Возможно, да.

Страшно? Невыносимо? Пошло?

Кажется, что да.

Но тот чат рукодельниц дал мне не инструкцию, он дал мне зеркало и я увидела в этой талантливой, тихой женщине, ждущей у моря погоды, себя.

И теперь вопрос, который я задаю себе и, возможно, вам.

Сколько еще мы готовы совершенствовать изнанку, пока кто-то другой, менее умелый, но более громкий, продает наше вязание на своей ярмарке?