В Межрайонном суде Астаны 2 декабря продолжился допрос свидетелей по делу анестезиолога частной стоматологии, где после лечения под наркозом погибла трехлетняя девочка, сообщает prosud.kz.
Сегодня показания дала учредитель и директор клиники Надежда Хон.
Как пишет Zakon.kz, Хон сообщила, что в момент трагедии находилась на смене и узнала о том, что ребенок не приходит в сознание, сразу после прихода на работу. По ее словам, после уведомления сотрудники вызвали скорую помощь, однако сама она медицинскую и реанимационную помощь не оказывала. Хон подчеркнула, что вопросы лечения и анестезии находятся в компетенции профильных специалистов и решения по ним принимают сами врачи. Она также отметила, что один из сотрудников – медсестра Бушина – была допущена к работе предыдущим руководством без необходимого сертификата, а после проверки фармконтроля уволена. Вопросы о допустимости работы анестезиолога без требуемого семилетнего стажа Хон прокомментировать не смогла, поскольку не участвовала в ее трудоустройстве.
Свидетель также сообщила, что контроль за действиями анестезиолога клиника не осуществляла, так как не располагает достаточными компетенциями для вмешательства в его профессиональные решения. На уточнение потерпевшей стороны, соответствовал ли кадровый состав требованиям в день операции, она ответила, что сестра-анестезиолог формально была предусмотрена, но не смогла вспомнить ее фамилию, так как не принимала этого сотрудника на работу.
В этот же день в суде допросили врача-стоматолога Абубакира Тлеухана, который проводил лечение девочки. Он сообщил, что работает стоматологом три года, и в октябре самостоятельно проводил первичный осмотр пациентки, диагностировав 11 кариозных полостей. По его словам, родители были предупреждены, что после интубации ребенку сделают профессиональную чистку и рентген, что может выявить дополнительные повреждения. Уже во время операции появились еще семь кариозных очагов, и, как отметил врач, он получил устное согласие матери на расширение плана лечения.
Стоматолог подчеркнул, что решение о применении "Севорана" принимает исключительно анестезиолог, а его задача – оценка состояния полости рта. Он сообщил, что завершил работу в 13:20, а об ухудшении состояния пациентки узнал примерно в 13:40. По его словам, ход операции не вызывал опасений, аппаратура не подавала тревожных сигналов, а аналогичный наркоз он применял у маленьких пациентов ранее, включая случаи длительного лечения.
Во время допроса Тлеухан признал ошибку – неполную обтурацию корневого канала на одном из зубов, но отметил, что это не могло быть причиной трагедии и относится к устраняемым дефектам. Он также подтвердил, что в документации отсутствовали коды МКБ, назвав это оформительским недостатком.
На уточняющий вопрос стороны потерпевших врач пояснил, что лечение первоначально планировалось на сентябрь, но, как ему стало известно позже, ребенка тогда не привели из-за болезни. Он также подтвердил, что родители не сообщали о перенесенной кори. Согласно материалам дела, ребенок перенес корь, осложненную пневмонией, и должен был находиться под диспансерным наблюдением, однако этого сделано не было.
Мать девочки пояснила в суде, что врачи не спрашивали о перенесенных инфекциях, так как вопросы касались исключительно хронических заболеваний, а диагноз корь был поставлен за восемь месяцев до лечения. Она также отметила, что дочь была выписана после завершения острого периода, под расписку, чтобы избежать повторного заражения в переполненном стационаре.
Врач сообщил, что в анкете здоровья родители отметили отсутствие заболеваний легких, и допустил, что при другом ответе вопрос о переносе лечения мог бы быть рассмотрен.
Трагедия произошла 30 октября 2024 года – девочка не проснулась после лечения под наркозом.