Разговор о библиотеке Ивана Грозного и истории поиска её будет неполным, если не упомянуть И.Я.Стеллецкого. Даже более, без учета того, что сделал он за 40 лет исследования, мы были бы вынуждены вернуться в век Х1Х, когда Стеллецкий стал заниматься поиском царской библиотеки.
Работа была трудная. Впоследствии он сам признает, что тема «заколдованная». Хотите верьте, хотите нет, но я свидетельствую правоту этого утверждения. А прекрасные архивисты и охрана РГАЛИ, надеюсь, это подтвердят.
Стеллецкий — действительно исследовал подземелья Кремля. Он своими руками проводил трудные и подчас опасные археологические работы. Чудом удавалось избежать беды. Его спасала «заколдованность»: словно кто-то берег его от худшего (однажды его засыпало), но в то же время не подпускал ближе к тем «сундукам до стропу», о которых дьяк Макарьев долгие годы до конца жизни хранил тайну. Открылся только на смертном одре одному человеку, пономарю Осипову, которому доверил передать в последующие века государственную тайну,..
Не подпускал ближе, потому что мы еще не доросли до понимания того, что сокрыто в библиотеке?!
Игнат Яковлевич Стеллецкий остался самым крупным специалистом по поискам библиотеки Ивана Грозного. Он — единственный, кто вел в ХХ веке археологические поисковые работы под Кремлем. Он больше всех знал о библиотеке и больше всех написал об этом.
К сожалению, есть и очень авторитетные издания, где по непонятным причинам обходится вниманием этот выдающийся искатель.
Но даже те, кто знает или знаком с трудами Игнатия Яковлевича не могут нам дать не только полную информацию о его работах, но подчас выдают вот такие перлы:
«Игнатий Стеллецкий написал письмо самому Сталину с просьбой исследовать подземелье Кремля, чтобы найти библиотеку Ивана Грозного. Сталин ответил на письмо, и разрешил исследовать подземелье. Стеллецкому даже выделили помощников. Но через 11 месяцев исследование закончилось, а пропуск в Кремль отобрали.
Игнатий Стеллецкий умер в 1949-м году, он не оставил после себя никаких архивов. Стеллецкого похоронили на Ваганьковском кладбище Москвы».
Между тем архив И.Я.Стеллецкого огромен.
Он сдан на вечное хранение в РГАЛИ и вот уже полвека находится под постоянной охраной 24/7 с постоянным контролем температуры, влажности и т.п.
Объем материалов Стеллецкого столь велик, что, если учесть определенные правила работы с архивными документами,
то на хотя бы первоначальный просмотр хотя бы части материалов у меня, например, ушло несколько недель.
Стеллецкий оставил большой массив рукописей. Причем, рукописи эти он успел при жизни объединить в фундаментальный труд, который по плану автора должен был состоять из 3-х книг (томов). Эта работа была проделана в основном в самые трудные годы, во время Великой Отечественной войны. У каждого был свой фронт. И Стеллецкий тоже воевал. Как историк. Тяжелейшие условия жизни, голод, доведший автора до дистрофии, холод … Однако неугасимый огонь творческого поиска и ответственность перед историей нашего народа вдохновляли Стеллецкого. В этом трехтомнике он обобщил известную информацию о происхождении библиотеки, названной впоследствии библиотекой Ивана Грозного, о драматических поисках её в течение нескольких веков, и наконец, о результатах своих исследований, в том числе, и в первую очередь – в подземельях Кремля.
И всё бы хорошо, и тщательность и основательность Стеллецкого. И его неисчислимые рукописные материалы, исписанные до последнего квадратного сантиметра, подчас на обороте каких-то канцелярских латвийских бланков, и трудно разбираемые и плохо читаемые рукописи, сохранившиеся в архиве…
Но настоящая трагедия случилась после смерти автора: последний, 3-й том рукописи бесследно исчез… И это в наши дни!
Об этом 3-м томе я еще напишу специальную статью. И, надеюсь, мы вместе с читателями совершим чудо — сможем если не найти, то восстановить эту потерянную книгу.
Пока же перед нами какая-то необъяснимая логика: исчезновение самОй библиотеки Ивана Грозного, самого крупного книгохранилища того времени, исчезновение самых важных материалов о библиотеке того человека, который ближе всех приблизился к разгадке многовековой тайны…
Вероятно, нужно более тщательно подойти к изучению наследия И.Я.Стеллецкого. Там могут быть и подсказки и отгадки ряда задач. К сожалению, после смерти его в 1949 г., не нашлось столь отчаянных и горячих сторонников поисков библиотеки.
Только спустя почти полвека после его смерти была опубликована в 2-х изданиях книга И.Я.Стеллецкого. Это большое достижение коллектива исследователей. В первую очередь А.А.Амосова и Т.М.Белоусовой. Однако при сопоставлении текста книги с рукописями Стеллецкого, хранящимися в РГАЛИ, выявляется большой массив пропусков. Опубликована едва ли половина рукописи, опущены подчас большие по объему и значимости (с позиций современности) фрагменты.
Приведу лишь пример из самого начала, 1-го абзаца книги.
Опубликовано: «Вообще, Запад с Америкой вместе проявили гораздо больше веры в историческую конкретность идеи, чем холодные умы русских скептиков-ученых. Большинство последних высказывалось в том смысле, что если подобное книгохранилище и существовало когда-либо, то не сохранилось до нашего времени – сгорело в один из московских пожаров. За его полную сохранность до наших дней отважно ратовал среди русских ученых (в положении «рыцаря печального образа») один только академик А.И.Соболевский».
Опущено (даю курсивом):
«Среди скептиков (им же имя легион) особенно ярым фанатиком-отрицателем самой идеи подземного скопления «мертвых книг» выявил себя С.А.Белокуров, затративший впустую на это гиблое дело огромный авторский труд.
Однако идея «библиотеки Грозного», как конкретного исторического факта была сама по себе настолько обаятельной со спелеологической точки зрения, что я, как прирожденный спелеолог, был всецело захвачен ею на ряд десятилетий».
Это не мелочь. Стеллецкий обратил внимание, наше внимание, на бесполезность отказа от поисков. Если он посвятил почти 40 лет своей жизни поискам, то какой смысл в том, что его оппонент сколько лет своей жизни потратил на опровержение?!
Причем, бывает обычно такая закономерность: исследователь ведет свой поиск не обременяя государство, за свой счет, в то время как оппоненты прикрываются должностями и фактически ведут свою «подрывную» против поиска работу за государственный счет.
Можно считать практически доказанным наличие у русских царей архивов и библиотек. Но также доказано (Р.Г.Скрынников), что об этом времени, по странным и необъяснимым обстоятельствам осталось очень мало информации с точки зрения источниковедческой базы. Казалось бы, этот парадокс должен быть объясним и устраним, — и вот оно основание продолжить поиск, начатый после смерти Ивана Грозного. Убежден, придут новые исследователи, и нам остается только благословить их на это дело, чрезвычайно важное для настоящей истории Отечества.
Завидую тем, кто первыми после пастора Веттермана увидят своими глазами в золотых переплетах фолианты, за которые тот готов был отдать все свое состояние, заложить свою семью, жену и дочерей…
Надеюсь, что будущие наши последователи « пыль веков от хартий отряхнув», подарят нам утерянную было правду о нашем прошлом
А пока я продолжу свой поиск, к которому побуждает ответственность историка и гражданская позиция. Впереди у нас еще долгий разговор о библиотеке Ивана Грозного. Потому что и информации очень много, и значимость этой темы чрезвычайно велика.
(Продолжение следует)