Туманность Андромеды. СССР, 1968. Режиссер Евгений Шерстобитов. Сценаристы: В. Дмитриевский, Евгений Шерстобитов (по одноименному роману Ивана Ефремова). Актеры: Вия Артмане, Сергей Столяров, Николай Крюков, Татьяна Волошина, Александр Гай, Юрий Гаврилюк, Людмила Чурсина, Геннадий Юхтин, Александр Голобородько и др.
Режиссер Евгений Шерстобитов (1928–2008) поставил 19 полнометражных игровых фильмов, по большей части «идеологически выдержанных» и рассчитанных на детскую аудиторию, но только трем из них («Берем все на себя», «Туманность Андромеда» и «Акваланги на дне») удалось войти в тысячу самых кассовых советских кинолент.
В год выхода в прокат «Туманность Андромеды» имела у зрителей меньший успех, чем предыдущие советские ленты в жанре космической фантастики – «Небо зовет» и «Планета бурь».
И здесь, на мой взгляд, был прав кинокритик Всеволод Ревич (1929–1997): «для того, чтобы хорошо ставить фильмы типа „Туманности Андромеды“, нужна мощная материально–техническая база. Крашеная фанера, имитирующая архитектуру и технику будущего, создает на экране непереносимую фальшь» (Ревич, 1968: 85).
Кинокритик Мирон Черненко (1931–2004) в обстоятельной рецензии на страницах журнала «Искусство кино» утверждал, что «авторы фильма — В. Дмитревский и Е. Шерстобитов — не слишком утруждали себя поисками. Они просто перенесли на экран внешний облик героев романа — их статуарность и приподнятость их диалогов, их физическую красоту и ясные глаза, их широкие плечи и вьющиеся волосы. На роль Дар Ветра они искали героя–любовника тридцатых–сороковых годов и выбрали Сергея Столярова. … В самом деле, позволим себе взглянуть на нашу планету, как изображают ее авторы фильма. Что происходит на Земле? Ответ может быть один: ничего не происходит, ровным счетом. Все проблемы решены, вся деятельность многомиллиардного человечества сводится лишь к чтению докладов для слаборазвитых цивилизаций космоса да к открытию новых планет. … сценаристы убрали из земных эпизодов картины всякие признаки нормального человеческого существования, лишив своих героев какой бы то ни было деятельности» (Черненко, 1968: 78–80).
Наиболее мягкий вариант рецензии на фильм «Туманность Андромеды» в 1968 году предложил разве что кинокритик Ромил Соболев (1926–1991), отмечая, что «попытку … перенести на экран «Туманность Андромеды» … нельзя не приветствовать. Конечно же, если мы начнем сравнивать роман и фильм, то, пожалуй, кинематографистам не поздоровится, ибо передать всю глубину социальной фантастики Ефремова им опять не удалось. Но фильм интересен своими трюковыми съемками, показом техники будущего, и, наконец, четной попыткой изложить на экране то, что в романе является так называемой приключенческой линией» (Соболев, 1968: 14).
Интерес к «Туманности Андромеды» не погас и в XXI веке.
Например, кинокритик Евгений Нефедов считает, что «Шерстобитов вряд ли претендовал на взятие интеллектуальных высот … но досадно, что идеализация характеров привела к известному упрощению. … Комбинированные съёмки и специальные эффекты (хотя сам термин был тогда не в ходу), работа художников–постановщиков и художников по костюмам, даже хореография завораживающего инопланетного танца – всё это заслуживает очень высокой оценки» (Нефедов, 2020).
А киновед Андрей Вяткин напоминает читателям, что «строго говоря, роман "Туманность Андромеды" так и не был экранизирован. Была снята только первая серия — "Пленники Железной Звезды", название которой исчерпывало содержание. Режиссер приключенческих лент Евгений Шерстобитов чувствовал себя на коне, снимая эффектные сцены на планете Тьмы, с чудовищами и инопланетным кораблем. Ну а киноутопия о коммунизме, естественно, не получилась по причине ложной идеи. Ведь и этапный роман Ивана Ефремова в социальном плане устарел, а в психологическом — и в свое время был однообразным» (Вяткин, 2003).
Продолжают обсуждать этот фильм и нынешние зрители:
Мнения «за»: «Фильм великолепен. Недаром Голливуд взял из него многие приемы. Жаль не получилось продолжения» (Максим).
«Главное достоинство фильма – это то, что в нём была осуществлена попытка показать всем советским людям, примерно каким должно выглядеть коммунистическое будущее нашей страны, да ещё довольно с неплохой игрой всего актерского состава фильма. Советую всем посмотреть данный фильм, как взрослым, так и детям» (В. Тикач).
Мнения «против»: «Смотрел этот фильм в те годы, когда он вышел, и он не понравился мне своей чрезмерной патетичность и картонностью» (Владимир).
«Лично мне фильм не понравился – показался слабым. Персонажи патетически разговаривают, но... не более того» (Слава).
«Я никогда не был поклонником ефремовской фантастики, она казалась слишком высокопарной по стилю, чувство юмора начисто отсутствовало. … И этот фильм тоже не удался… Большинство актеров кажутся староватыми… Неплохо смотрелись эпизоды на железной планете, но остальное, как и в книге, кажется скучноватым, наивным» (Б. Нежданов).
Киновед Александр Федоров
Волшебная лампа Аладдина. СССР, 1966/1967. Режиссер Борис Рыцарев. Сценаристы: Виктор Виткович, Григорий Ягдфельд (по мотивам одноименной арабской сказки). Актеры: Борис Быстров, Додо Чоговадзе, Сарры Каррыев, Андрей Файт, Отар Коберидзе, Екатерина Верулашвили, Георгий Милляр и др. 15,5 млн. зрителей за первый год демонстрации.
Режиссер Борис Рыцарев (1930–1995) поставил 17 полнометражных игровых фильмов (в основном это были сказки для детей), из которых только фильмам «Атаман кодр» и «Волшебная лампа Аладдина» удалось войти в тысячу самых кассовых советских кинолент.
В руки Аладдину попадает волшебная лампа со всемогущим джином, исполняющим любое желание…
Казалось бы, после зрительского успеха этой волшебной сказки исполнителей главных ролей – Бориса Быстрова (Аладдин) и Додо Чоговадзе (царевна Будур) – должна была ждать звездная кинокарьера.
Однако на деле всё сложилось иначе.
Борис Быстров, хотя и сыграл потом в сорока с лишним фильмах, но в основном это были эпизоды. А если ему и доставались иногда главные роли («Я – 11-17», «Заряженные смертью» и др.), они как-то не слишком запомнились массовой аудитории.
Додо Чоговадзе во время съемок «Волшебной лампы Аладдина» было всего 15 лет, но она уже не была дебютанткой в кино: в 1958 году – в семилетнем возрасте – она сыграла в фильме «Манана», а в 1963 году – в картине «Маленькие рыцари».
Однако затем она выбрала не кино, а балет: после учебы в Тбилисском хореографическом училище и Тбилисском театральном институте она окончила балетмейстерский факультет Ленинградского института театра, музыки и кинематографии (ЛГИТМиК) и стала преподавать искусство танца в Тбилисском театральном университете.
В кино она снялась потом только однажды («В небе «Ночные ведьмы», 1981).
Мнения нынешних зрителей о «Волшебнай лампе Аладдина» разделились на «за» и «против» (хотя мнений «за» гораздо больше).
«За»:
«Это фильм моего детства. Но он .. какой-то взрослый. Шутки там вполне взрослые, но они были понятны и в детстве, вот что удивительно. Еще удивительно то, что и сейчас смотреть его интересно. Это, несомненно, заслуга сценариста, режиссера, актеров, композитора» (Ирини).
«Чудесный, добрый фильм. Снова посмотрев его, начинаешь верить в добрую старую сказку. Очень люблю этот фильм. Музыка, написанная для него, также превосходна» (Алия).
«Присоединяюсь к восторгам. Не фильм, а просто парад незабываемых детских впечатлений! От по-настоящему жутких (когда злой колдун-магрибинец "разбегается" на все четыре стороны одновременно, а потом "собирается" вновь), до веселых (Джинн ест пирожки, приготовленные мамой Аладдина). А фразы какие! Ведь кроме "в Багдаде все спокойно!", есть еще и гениальное определение: "Сон про не-сон и про не-сон сон..."» (Тея).
«Против»:
«Первое детское впечатление от фильма – это… недоумение. Вместо классической сказки какие-то неуместные шутки. Порой кажется, что действие виснет в воздухе, а взамен остаются ужимки, в которых герои переигрывают самих себя. Потом – этот нудный разговор между юношей и сомневающимся джинном, согласие на брак, мало, чем отличающееся от «ненастоящей» свадьбы, и – «детям до шестнадцати…» вместо понятного конца. Успокойтесь, с юмором у меня не так уж плохо: и смеялись и передразнивали, и непредвзято могу пересмотреть. Но ребячьи ощущения помню: капустник получился, а не фильм» (Света).
Киновед Александр Федоров
Слон и веревочка. СССР, 1946. Режиссер Илья Фрэз. Сценарист Агния Барто. Актеры: Наталья Защипина, Давид Маркиш, Витя Павлов, Люся Коломеец, Вилли Медников, Фаина Раневская, Ростислав Плятт, Тамара Сезеневская, Владимир Волчик и др.
Режиссер Илья Фрэз (1909–1994) поставил 16 фильмов, многие из которых («Васек Трубачев и его товарищи», «Отряд Трубачева сражается», «Я Вас любил…», «Приключения желтого чемоданчика», «Это мы не проходили», «Вам и не снилось») вошли в тысячу самых популярных советских кинолент.
Сказка для детей «Слон и веревочка» вышла в советский прокат в январе 1946 года и сразу полюбилась юным зрителям (и не только им).
В начале 1970–х С. Рубинштейн вспоминала о том, как проходили съемки «Слона и веревочки»: «Весь сюжет строился на том, что маленькая девочка завидует своим подругам, которые умеют прыгать через веревочку, а ей это искусство не дается. Бабушка (ее сыграла Фаина Григорьевна Раневская) жалеет ее, но объясняет, что для этого надо хорошо себя вести. Вот, собственно, и все. В сценарии были смешные сцены и диалоги, очень хорошие шутливые песенки — словом, благополучная, невинная картина...
Боже мой! Почему же каждый день на моих глазах из–за картины этой шли такие ожесточенные бои? Да, бои! Приезжала талантливая поэтесса Агния Барто, тут же являлся ставший тогда худруком студии Леонид Давыдович Луков и режиссер–постановщик Фрэз, и из–за каждой буквально сцены и реплики шли споры! Каждая сцена переписывалась по нескольку раз, менялись фразы, диалоги, хотя смысл сохранялся тот же. Зачем, для чего? Понять я долго не могла. Я привыкла уже к тому, что после взаимных резкостей и переходов даже, как говорится, на личности все трое дружно отправлялись в буфет и там на время отвлекались едой, а затем снова возвращались к своим несогласиям, сотрясая стены криком, забывая сидящих рядом... И только когда начались съемки, я поняла, за что шли бои. В книжке, в сценарии каждое слово было удачно, на месте. Но когда на съемочную площадку явились те, кому следовало произносить эти слова с экрана, — дети, малыши пяти–шести лет, — вот тут–то я и поняла, за что сражались Луков и Фрэз с Барто! Хорошо не то слово, которое остроумно, литературно точно по смыслу, а то, которое поймет и сможет осмысленно произнести маленький герой» (Рубинштейн, 1971).
Киновед Кира Парамонова (1916–2005) писала, что «сценарий картины «Слон и веревочка» был написан известной детской писательницей А. Барто с присущим ей юмором и хорошим знанием мира детей. Однако точно воплотить задуманный ею образ в данном случае оказалось невозможно. Дело в том, что хотя исполнительница главной роли, столь понравившаяся всем на пробных съемках, по своему характеру была во многом похожа на Лидочку, она кое в чем резко от нее отличалась. Наташа, которой еще не было пяти лет, тоже не умела прыгать через веревочку и очень хотела этому научиться. Но, в отличие от Лидочки, это была девочка настойчивая, решительная. Ее трудно было довести до слез. А по сценарию нужно было плакать, так как Лидочка не могла пережить того позора, что она единственная, кто не умеет прыгать через веревочку. Фрэз справедливо считает, что «ребенок не актер, и поэтому сценарный образ неминуемо обретает на экране черты его индивидуальности еще в большей степени, чем при работе с актером». Поэтому он находит возможным при несовпадении природы образа и характера исполнителя корректировать литературный образ, чтобы ребенок не превратился на экране в куклу–марионетку. В данном случае речь шла об очень интересном исполнителе. Коррективы не искажали сути сценария. Режиссер пришел к заключению, с которым согласилась и Барто: «...лучше будет, если Лидочка не станет так легко проливать слезы, как ее сверстницы–плаксы. Пусть она отличается более твердым и волевым характером — таким же, как у самой Наташи» (Парамонова, 1967).
Сценарист Михаил Львовский (1919–1994) писал, что «у Фрэза получаются фильмы, которые неизвестно как надо делать. «Слон и веревочка» снят вопреки предостережениям умудренных опытом друзей. Снят дерзко, необычно, странно. В нем разговаривают звери. Не мультипликационные, а настоящие. Разговаривают человеческим голосом. А люди ни с того ни с сего могут запеть веселую песенку. Всю эту историю, придуманную для Фрэза Агнией Барто, историю про девочку, не умевшую прыгать через веревочку и наконец научившуюся этому трудному делу, казалось, невозможно рассказать на экране. А Фрэз рассказал на высшем уровне мастерства. Многое в этом фильме было сделано впервые в нашем кинематографе, а теперь стало традиционным и даже банальным» (Львовский, 1971).
Однако с такой высокой оценкой творчества Ильи Фрэза и его сказки «Слон и веревочка» был категорически не согласен киновед Иосиф Долинский (1990–1983): «Излишне нравоучительными стали и фильмы о самых маленьких героях «Слон и веревочка» (1946) и «Первоклассница» (1948), сделанные режиссером И. Фрэзом по сценариям А. Барто и Е. Шварца. Не помогли ни занятная фабула, ни обаятельность Наташи Защипиной, исполнившей в обеих картинах главные роли (Лидочки и Маруси), ни интересный показ дворовой и школьной обстановки. Художественная ценность произведений снижалась скучным морализированием» (Долинский, 1961).
Сегодняшние зрители относятся к «Слону и веревочке» куда добрее:
«"Слон и веревочка". Одно только это – нелепое и смешное, но понятное каждому ребенку, название, указывает на то, что фильм – детский. И это – действительно замечательный фильм, продолжение темы "Подкидыша", – прекрасные актеры, великолепная постановка, и конечно, отдельное спасибо Агнии Барто – автору весёлых детских стихов и фильмов, прекрасно чувствовавшей душу ребенка!» (Роман).
«Любопытный фильм. … Ребятки симпатишные в фильме. Костюмчики/платьица красивые. Девочка Лидочка вовсе прелесть. … Рад был встретиться с Фаиной Раневской. Здесь она в роли заботливой и немножко озорной бабушки» (Каменоградский).
«Этот фильм о доброте, о бескорыстии. Не умела маленькая Лидочка прыгать (а даже слон умел!) и узнала, что научится, если будет совершать добрые дела. И стала их совершать. А потом помогла одному человеку, просто так, совсем забыв о прыгалке – и вдруг научилась! Фильм, конечно, очень старомодный, но учит доброму!» (Катруся).
«Очень хороший фильм для детей!!!» (Иван).
Киновед Александр Федоров