Гарем был наполнен оттенками роскоши и таинственности, стены украшали изысканные узоры, а воздух наполняла мягкая мелодия флейты, доносящаяся издалека. Страж в гареме, облаченный в традиционную форму, с достоинством произнес:
- Внимание! Валиде Эметуллах султан Хазретлери!!!
Его голос разнесся по залу, как гром среди ясного неба, заставляя всех замереть в ожидании.
В это время Валиде Эметуллах султан, с поднятой гордо головой и уверенной осанкой, вошла в гарем, словно сама судьба. За ней следовали ее дочь Хатидже султан, изящная и грациозная, Афифе калфа с её мягким, но настойчивым взглядом и Джафер ага, преданный слуга с невозмутимым лицом.
Девушки, выстроенные в ряд, встретили свою могущественную госпожу, склонив головы в знак уважения. Их сердца замирали от трепета — перед ними стояла женщина, которая обладала силой управлять судьбами целого народа.
Бану хатун, с доброй улыбкой, приветствовала валиде султан:
- Добро пожаловать во дворец! Дворец Топкапы снова засиял, как только Вы приехали!
Однако Эметуллах султан, недовольным взглядом окинув её, ответила сдержанно:
- Благодарю, Бану.
В её голосе проскользнула тень раздражения, как если бы она ощущала, что все слова приветствия были лишь формальностью, не способной отразить истинную важность её возвращения.
Войдя в свои покои Эметуллах султан вздохнула:
- Иншаллах мы добрались. Эта дорога утомила меня.
Афифе калфа сказала ей:
- К Вашему приезду я приказала подготовить хаммам, госпожа.
- Матушка, я поеду к себе во дворец. А завтра навещу Вас,- произнесла Хатидже султан.
- Ступай моя милая, ступай.
Как только Хатидже султан вышла из ее покоев, Эметуллах султан дала указания Афифе калфе:
- Чуть позже пригласи в мои покои эту наглую девку Бану. Затем я поговорю с этим Ибрагимом, он переходит все границы.
Приняв хаммам и отдохнувши, валиде Эметуллах султан велела позвать Бану хатун.
В роскошных покоях, где мягкий свет фильтровался сквозь тонкие занавеси, Эметуллах султан сидела на невысоком диване, с гордой осанкой и непоколебимым взглядом. На ней было великолепное платье, украшенное золотыми нитями, олицетворяющее ее статус и власть. Перед ней, склонив голову стояла любимая фаворитка султана Бану хатун, испуганно смотря на великую валиде султан.
— Стоило мне уехать и ты возомнила себя госпожой. На мои покои глаз положила, негодная...
- Что Вы, валиде султан, да как я смею,- Бану хатун ответила дрожащим голосом. - Вам неправильно доложили, я...
Эметуллах султан жестом ладони заткнула ее и продолжила говорить
- Ты должна понимать,- голос Эметуллах султан звучал холодно и решительно, — что в гареме я устанавливаю правила. Если ты не будешь слушаться, последствия могут быть ужасными.
Бану хатун с сердцем, колотящимся от страха, попыталась найти слова, но они застряли в горле. Эметуллах султан продолжала, её глаза сверкали, как острые ножи:
— Когда ты родишь своего ребенка, если ты не покоришься, его у тебя заберут. А ты… — она сделала паузу, подчеркивая свои слова, — ты окажешься на дне Босфора, как будто никогда и не существовала.
Атмосфера в покоях стала тяжелой, как свинец. Бану хатун почувствовала, как холодок пробежал по спине. Она знала, что речь идет не только о словах — это было предупреждение, наполненное угрозой, от которой не было спасения.
Эметуллах султан, удовлетворенная своей властью, уставилась в окно, как будто искала ответ на свои вопросы в бескрайних водах Босфора.
— Помни, — произнесла она, не отводя взгляда от горизонта, — в нашем мире предательство не прощается.
Во дворце Великого визиря Нумана паши, залитый мягким светом факелов, собрался тайный совет. Величественные стены, украшенные изысканными мозаиками, создавали атмосферу уединения и напряженности. Нуман паша, облаченный в роскошные одежды, сидел во главе длинного стола, за которым разместились несколько влиятельных пашей. Их лица были серьезны, а взгляды полны решимости.
- Наш султан Ахмед,- начал Нуман паша, - стал жертвой интриг и недостатка внимания к делам государства. Мы должны сохранить его власть, иначе все будет потеряно.
Лучший друг Нумана паши Музафер паша сказал всем:
- Не должно повториться то что случилось с султаном Мустафой. Нужно не допустить мятежей янычар и народа.
Паши кивнули в знак согласия. Обсуждение быстро перешло к вопросу, который тревожил всех: Ибрагим, слуга султана, начал слишком много на себя брать. Его влияние росло, и с каждым днем он становился все более безразличным к мнению тех, кто был рядом с султаном.
- Он манипулирует султаном,- произнес один из пашей с тревогой. - Если мы не остановим его, он превратит наш султанат в личное владение.
Нуман паша, опустив голос до шепота, добавил:
- Устранить Ибрагима – это единственный путь обеспечить безопасность султана Ахмеда и нашего будущего. Мы должны действовать быстро и осторожно.
Совет погрузился в размышления, и вскоре начались обсуждения планов. Каждый из пашей знал, что выбранное ими действие должно быть безупречно продуманным, иначе последствия могут оказаться катастрофическими для всех.
Валиде Эметуллах Султан подойдя к султанскии покоям встретилась с хранителем покоев Ибрагимом. Тот склонив почтительно голову, улыбнулся:
- С возвращением валиде султан. Рад видеть Вас в добром здравии.
Зная из-за кого чуть не отослали Джафера агу и о перестановках во даорце, Эметуллах султан недовольно сказала ему:
- Думаешь я не знаю о твоих делишках, Ибрагим? Это ты запудриваешь голову моему льву. Не смей, слышишь, не смей. А иначе пожалеешь.
Ибрагим приподняв удивленно брови, ответил:
- Валиде султан, меня оклеветали. Я верно и преданно служу Династии.
Эметуллах султан вошла в покои. Султан Ахмед читал книгу, сидя на диване. И, увидев свою валиде, встал отложив в сторону книгу.
- Валиде, я рад Вас видеть. Вы же пожелали подольше побыть в Эдирне.
Мать и сын обнялись.
- Лев мой, мой Ахмед. Срочные дела возникли во дворце, гарем нельзя оставлять надолго. Как я узнала ты решил отослать Джафера агу, но я его оставила во дворце.
Эметуллах султан, с благожелательной улыбкой посмотрела на своего сына, когда они обсуждали Джафера Агу.
- Мой дорогой Ахмед, - начала она, - Джафер ага заслуживает нашей благодарности. Его преданность Династии не знает равных, и его мудрость и опыт являются ценным вкладом в наше правление. Он должен остаться, лев мой. Он столько раз спасал, помогал нам.
Султан Ахмед, кивнув в знак согласия, добавил:
- Я вижу, как он верно служит, и его советы всегда своевременны. Знаю, что для Вас важно чтоб он остался. Хорошо, валиде, он останется во дворце и продолжит свою работу на благо нашего государства.
Валиде Эметуллах Султан с гордостью смотрела на сына, осознавая, что их единство и поддержка верных слуг укрепляют Династию.
- Пусть Джафер ага знает, что его труд ценится, и его место здесь, среди нас,- произнесла она с уверенной решимостью.