Ладно, сам праздник пока на месте — его не украдешь.
Но у меня стащили самое ценное — предвкушение! То самое сладкое чувство, ради которого, кажется, все и затевалось. На улице был еще только октябрь, шли дожди, с деревьев опадала пожухлая листва. Но везде на улице поставили украшенные новогодние елки. В магазинах появились новогодние украшения и подарки к новому году. Они смотрят на меня стеклянными шарами, словно говоря: «Чего ты тут мокнешь? Мы уже в будущем, а ты всё в прошлом». В магазинах тот же переполох: между тыквами на Хэллоуин уже подмигивают Дед Мороз и Снегурочка.
Это грусть, печаль, потому что мы не готовы ни в октябре, ни в ноябре к новогоднему празднику и нет предпраздничного настроения. Мы пока квасим капусту, делаем другие осенние дела и наслаждаемся осенью — ее меланхоличной красотой.
В последние годы именно так. Праздник не праздник. А раньше-то как было хорошо! Чувствовался праздник и начинался он за две недели до Нового года, когда за окном во всю снег и метели. И это было таинство ожидания.
А я-то что? Я не готова. Моя душа требует не гирлянды вешать, а капусту квасить. Она хочет укутаться в плед, слушать дождь и читать книжку, а не составлять новогоднее меню и список подарков. Мой внутренний хронометр явно сбит.
Так кто же этот таинственный похититель с маниакальной тягой к блесткам? Может, это глобальный заговор маркетологов, которые решили, что человечеству для счастья нужно три месяца жить в состоянии перманентного «праздника»?
Ведь раньше-то было не так! Праздник был подобен идеальному блюду — его готовили не спеша, по рецепту. Сначала — щепотка первого снега. Потом — аромат мандаринов, появившихся всего пару недель назад. Затем — неторопливый поход за ёлкой в двадцатых числах декабря. И финальный, волшебный аккорд — две сумасшедшие, наполненные ожиданием недельки, когда за окном уже по-настоящему метель, а в сердце — тот самый трепет.
Украдено состояние — то самое, зимнее, неторопливое, когда ты, как тот самый ребенок, прижимаешься лбом к холодному стеклу и смотришь, как в небе кружатся снежинки в свете фонаря. Когда за окном действительно зима, а не слякоть, и ты понимаешь, что все совпало: природа, время года и календарь. Когда можно не спеша достать коробку с гирляндами, и каждый шарик, каждая игрушка — это не просто безликий товар с полки супермаркета, а маленькое воспоминание, весточка из прошлого.
Это предвкушение и есть главное волшебство. Это время, когда еще ничего не случилось, но все может случиться. Когда мечты еще не стали итогами года, а только рисуются в воображении — яркие и безоблачные.
И вот этого-то времени — времени тихой надежды и спокойного приготовления к чуду — нас и лишают. И к 31 декабря мы подходим уже уставшие, пресыщенные гирляндами...
И самый главный вопрос, который возникает в тишине после боя курантов: а где же тот самый праздник? Было ли это оно?
Он остался там, в украденном времени, в том ноябре и декабре, которые должны были быть наполнены не покупками, а предвкушением. Он растворился в неестественно долгом ожидании, растеряв по дороге всю свою магию.