Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Артём Перлик

Старец Эмилиан Вафидис пишет: «Прежде всего литургия – не есть некое ощущение

Старец Эмилиан Вафидис пишет: «Прежде всего литургия – не есть некое ощущение. Истинность литургии не зависит от наших субъективных эмоций. Сегодня служба показалась мне безотрадной, сухой, я даже не понял, какое Евангелие было прочитано. Это не означает того, что я не был на литургии. Я сегодня причастился, но не пережил ничего. Это не означает того, что я не причастился. Божественная литургия не зависит от эмоционального состояния человека, ибо оно обманчиво». Люди часто ждут от причащения моментальной радости, но вот Феофан Затворник приводит несколько десятков вариантов того, как причащение действует на человека, и среди них радость – только один пункт, куда важнее которого, к примеру, «крепость в обещанной исправности». Один мой знакомый студент пришел на свою первую в жизни пасхальную службу и несколько часов ждал, что вот-вот на него обрушится радость, но ничего не почувствовал, подобно как чувства Гоголя были закрыты, когда тот паломничал в Иерусалим. Но после службы студент

Старец Эмилиан Вафидис пишет: «Прежде всего литургия – не есть некое ощущение. Истинность литургии не зависит от наших субъективных эмоций. Сегодня служба показалась мне безотрадной, сухой, я даже не понял, какое Евангелие было прочитано. Это не означает того, что я не был на литургии. Я сегодня причастился, но не пережил ничего. Это не означает того, что я не причастился. Божественная литургия не зависит от эмоционального состояния человека, ибо оно обманчиво».

Люди часто ждут от причащения моментальной радости, но вот Феофан Затворник приводит несколько десятков вариантов того, как причащение действует на человека, и среди них радость – только один пункт, куда важнее которого, к примеру, «крепость в обещанной исправности».

Один мой знакомый студент пришел на свою первую в жизни пасхальную службу и несколько часов ждал, что вот-вот на него обрушится радость, но ничего не почувствовал, подобно как чувства Гоголя были закрыты, когда тот паломничал в Иерусалим. Но после службы студент понял, что радость всё же была, но она была не тем шквалом и водопадом, которого он ждал, а тихим состоянием, похожим на веяние тихого ветра внутри сердца.