В доме стояла блаженная, почти звенящая тишина, нарушаемая лишь мерным гудением холодильника и щелчком клавиатуры ноутбука, за которым работала Илона.
Её пальцы летали по клавишам, выстукивая слова, которые последние четыре года, с рождением сына, никак не складывались в предложения.
Сегодняшний день был подарком. Свекровь, Галина Петровна, женщина энергичная и решительная, с утра вызвалась погулять с четырехлетним Степаном.
— Тебе отдохнуть надо, мамочка, а мы с внуком подышим воздухом, в песочнице поиграем, — сказала она, натягивая на мальчика куртку.
Илона, измученная бессонными ночами и бесконечными домашними хлопотами, согласилась с облегчением.
Час тишины казался раем. Молодая мать выпила чашку горячего чая, не отвлекаясь на капризы, успела ответить на рабочие письма и даже начала набрасывать план новой статьи.
Она уже начала думать, что сможет вернуться к нормальному ритму жизни, когда за дверью раздался настойчивый, радостный звонок.
— Странно, — мелькнуло у Илоны, — у Галины Петровны есть ключи.
Она подошла к двери и открыла её. На пороге, сияя как тысяча солнц, стоял её сын Степан.
Его щёки были румяными от свежего воздуха, в маленькой руке он сжимал трофей — облетевшую вербу, а на груди, поверх голубой куртки, гордо висел массивный крестик на такой же веревочке.
Крест был настолько велик, что доставал мальчику почти до пупка, поблёскивая в свете прихожей.
Рядом, излучая торжество и самодовольство, стояла свекровь, Галина Петровна. Улыбка на её лице была настолько широка, что, казалось, вот-вот дойдёт до затылка.
— Ну что, Илоночка, поздравляю нас! — раскатисто произнесла она, переступая порог и снимая пальто. — Теперь у нас в семье крещёный человек!
Илона не могла оторвать глаз от крестика. Он казался ей инородным телом, внезапно появившимся в её привычном мире.
— В… в смысле крещёный? — выдавила она, чувствуя, как кровь отливает от лица. — Вы же просто пошли гулять, в песочницу...
Галина Петровна махнула рукой, как будто отмахиваясь от чего-то несущественного.
— А, песочница?! Мы мимо церкви Святителя Николая проходили, а там как раз время для крещения. Народу — ни души. Я подумала: а чего ждать-то? Всё равно когда-то собирались, а тут и место рядом, и время есть. Всё знак свыше! — свекровь наклонилась к Степану и поправила крестик. — Ведёт себя наш богатырь как подобает! Плакал мало, водичку святую стерпел. Молодец!
Илона медленно закрыла дверь, прислонилась к косяку, пытаясь перевести дыхание.
В ушах шумело. Она смотрела на сияющее лицо свекрови и на своего сына, с гордостью демонстрирующего новый блестящий аксессуар.
Обычная прогулка, песочница, качели и… таинство Крещения. В её голове всё смешалось: планы на первую исповедь, выбор крёстных, обсуждение этого важного шага с мужем.
И всё это было растоптано одномоментным решением свекрови: "мимо проходили".
— Галина Петровна, — начала Илона, стараясь говорить спокойно, но её голос дрожал от возмущения и ярости. — Мы же с Игорем обсуждали. Мы хотели подготовиться, выбрать день, пригласить крёстных… Сергея, друга Игоря, и мою сестру Катю.
Лицо свекрови тут же помрачнело.
— Сергей? Этот твой… — она поискала слово, — атеист, который в Бога-то не верит? Он и в кумовьях-то быть не может! Это же большой грех, дорогая! А Катя — она же ещё совсем молодая и ветреная. Крёстная мать — это ответственность!
— А кто теперь крестный у Степы? — тихо спросила Илона, чувствуя, как по спине бегут мурашки.
— Да милая девушка, прихожанка, — с лёгкостью ответила Галина Петровна. — Наталья, кажется. Я подошла, всё объяснила, она с радостью согласилась. Благочестивая такая. Всё как положено.
В голове Илоны пронеслись картины будущего: незнакомая женщина с благочестивым видом, которую она ни раз в жизни не увидит.
Ее собственный выбор и друзья были отброшены как ненужный хлам. Теперь у её сына была крёстная мать по имени "Кажется-Наталья".
— Вы не имели права, — прошептала Илона, и ее глаза наполнялись слезами ярости и беспомощности. — Это наш ребёнок! Это наше решение!
— Какое решение, Илоночка? — искренне удивилась Галина Петровна. — Решение о спасении души? Оно не терпит отлагательств! Вот смотри, — она указала на Степана, который теперь пытался засунуть крест в рот. — Он теперь под защитой. Ангел-хранитель у него появился. А вы всё собирались да откладывали. Я, как бабушка, не могла на это смотреть.
Илона отвернулась. Она подошла к окну и уставилась во двор, где другие дети таскали палки и насыпали песок в карманы.
— Может, в следующий раз, пока я дома чай пью, вы его ещё и жените? — с горькой иронией бросила она.
Галина Петровна не поняла сарказма.
— Ой, что ты, что ты! Женить — это серьёзно! Тут и благословение нужно, и венчание… — она задумалась, словно всерьёз оценивала возможности.
Этот ответ стал последней каплей. Илона резко развернулась, сжав с силой кулаки.
— Заберите у него, пожалуйста, этот крест, он его сейчас проглотит, — строго сказала она. — И… мне нужно побыть одной.
Она повернулась и ушла в свою спальню, закрыв за собой дверь. Сердце бешено колотилось.
Илона села на кровать, обхватив голову руками. Вместо долгожданного покоя она получила чувство унижения и обиду.
А в гостиной Галина Петровна, сняв с внука злополучный крестик, укладывала его спать, напевая колыбельную.
Она была абсолютно уверена в своей правоте, потому как считала, что спасла душу внука от промедления нерадивых родителей.
И сияющее лицо Степана, уснувшего почти мгновенно, было для неё лучшим подтверждением.
Через час вернулся с работы Игорь. Он нашёл жену в спальне, с красными от слёз глазами.
— Что случилось? — тут же встревожился он.
— Спроси у своей матери, — сдавленно произнесла Илона. — Она сегодня гуляла с нашим сыном.
Игорь вышел в гостиную. Галина Петровна, сидя в кресле с телефоном в руках, встретила его сияющим взглядом.
— Сынок, поздравляю! Ты теперь отец крещёного ребенка!
Игорь несколько минут молча выслушивал восторженный рассказ матери о том, как божественное провидение привело их к церковным вратам в самый подходящий момент. Его лицо становилось всё мрачнее.
— Мама, — прервал он её, наконец. — Ты понимаешь, что это не твоё решение? Что мы с Илоной хотели сами это сделать? Что наш друг Сергей, с которым мы договорились, теперь… "идёт лесом", как ты выражаешься?
— Друг? — презрительно фыркнула Галина Петровна. — Какой из него друг, если он в храм Божий зайти боится? Нет, не надо говорить мне ерунду! Я всё правильно сделала!
— Мама, ты даже не спросила у нас разрешение! — возмущенно проговорил Игорь. — Кто так делает вообще?
— Я разве сделала что-то плохое? — мать усмехнулась, и на ее лице появилась нервная улыбка.
— Плохое-неплохое, но ты не имела на это никакого права! — сын пытался достучаться до Галины Петровны. — Мама, ты хоть понимаешь, что натворила, или нет?
— Глупости какие-то несешь, — отмахнулась от сына женщина и поправила прическу. — Ладно, пойду я. Вижу, что благодарности от вас все равно не получу.
Она встала с места и, кряхтя и держась за поясницу, медленно направилась в прихожую.
Спустя пару минут стукнула входная дверь, что означало лишь одно: Галина Петровна ушла.
— Что будем теперь с этим со всем делать? — нарушила тишину Илона. — Я до сих пор нахожусь в шоке.
— А ты что сама думаешь по этому поводу? — ответил вопросом на вопрос мужчина.
— Думаю, нам нужно повторно покрестить Степу, — растерянно пожала плечами молодая мать. — Если так можно, конечно... нужно точно все узнать у батюшки...
На следующий день Илона вместе с сыном сходила в церковь, чтобы прояснить этот вопрос.
Однако священник развел руками и ответил, что повторное крещение недопустимо.
Илона до такой степени расстроилась и, не сдержавшись, позвонила Галине Петровне.
— Да, милая, слушаю тебя, — проговорила свекровь, на которую тут же обрушился гнев невестки.
— Вы вообще понимаете, что сделали?! Теперь Степу даже нельзя перекрестить! — с возмущением выпалила Илона.
— И что? Зачем второй раз крестить ребенка? Я же все сделала, — непонимающе ответила Галина Петровна.
— У моего сына нет крестных! — дрожащим голосом проговорила невестка. — Есть какая-то Наталья, которую вы сами не знаете.
— Если тебе так нужно, то я найду ее, — спокойным голосом произнесла свекровь.
— Не нужно никого искать! Вы вообще ничего не поняли! — злобно выпалила Илона и бросила трубку.
После выходки Галины Петровны молодая мать больше не хотела ее видеть и тем более подпускать к Степану.
С этого дня вход в квартиру супругов для пожилой женщины был окончательно закрыт.
Пару раз они все равно пыталась прорваться к сыну и внуку, но ни Илона, ни Игорь ей не открыли.
Женщина даже полдня ждала их у подъезда. Но встреча привела только к очередному скандалу на глазах у соседей.
— Да вы сами безбожники! — выпалила Галина Петровна. — Если бы не я, ваш сын бы до сих пор ходил без крестика и точно подхватил какую-нибудь чумку, от которой бы давно помер!
Возмущенная Илона, в ответ на слова свекрови, покрутила пальцем у виска и ушла в подъезд.
Муж пару минут еще постоял с матерью и, попросив ее больше не приходить, тоже ушел.
Больше Галина Петровна к родне не приходила. Никто так и не смог пойти навстречу друг другу и примириться.