- Завтра ждем гостей, - сказал муж.
Варя подняла глаза от книги. Кто же придёт в понедельник? И почему он сказал это таким тоном - будто извинялся?
Они жили тихо уже двадцать лет. Соседи знают - Варя с Игорем не из тех, кто устраивает шумные посиделки. Максимум - чай с коллегами по работе, да и то редко.
- Кто это? - спросила она, закрывая книгу.
- Увидишь, - Игорь отвернулся к окну.
Увидишь! Что за детские игры в его пятьдесят лет? Варя почувствовала, как внутри что-то сжалось. Не первый раз за последнее время муж ведёт себя странно. То телефон прячет, то разговоры прерывает на полуслове.
- Игорь, что происходит?
- Ничего особенного. Просто... - он помолчал. - Просто приедет один человек. Поговорить.
Поговорить? В понедельник вечером? С чего бы это?
Варя смотрела на мужа и не понимала: тот ли это человек, с которым она делила постель два десятилетия? Игорь стоял спиной, плечи напряжены, руки в карманах.
- Может, уборку сделать? - осторожно предложила она. - Если гости.
- Не надо ничего убирать.
Не надо убирать? Да что с ним такое?! Варя всегда убиралась перед приходом гостей. Всегда. Это же элементарная вежливость!
Она встала, подошла к мужу:
- Игорь, посмотри на меня.
Он обернулся. Глаза - как у пойманного мальчишки. Виноватые. Испуганные.
- Что ты от меня скрываешь?
- Да ничего я не... Варя, ну что ты выдумываешь?
- Выдумываю? - Варя почувствовала, как закипает внутри. - А телефон почему прячешь? А разговоры почему на кухне ведёшь?
- Какие разговоры?
- Не притворяйся! Я же не глухая! Кто эти «гости», Игорь?
Он молчал. Смотрел в пол, как школьник перед директором.
- Завтра всё узнаешь, - наконец пробормотал он.
Завтра! А сегодня что - сидеть и гадать?
- Хорошо, - сказала она. - Завтра так завтра.
Варя всю ночь не спала. Ворочалась, считала овец, вставала к окну. Двадцать лет совместной жизни, и впервые муж ведёт себя как чужой человек.
Игорь спал, как убитый. Или притворялся?
Утром за завтраком молчали. Варя намазывала масло на хлеб и думала: может, он кредит взял? Нет, не может быть.
- Во сколько придут? - спросила она.
- После семи.
- Один человек?
- Да.
И опять эта стена! Варя так и не поняла: то ли муж боится её реакции, то ли стыдится гостя.
Весь день на работе она была как не своя. Коллеги шутили: «Варвара Ивановна, вы сегодня на другой планете!» А она и правда была на другой планете - планете тревожных предчувствий.
Домой шла, как на казнь.
Игорь сидел у телевизора - нервный, дёргался от каждого шороха. Видно, тоже места себе не находил.
Ровно в семь раздался звонок.
Игорь вскочил так резко, что опрокинул стул. Посмотрел на жену - глаза испуганные, виноватые.
- Иди открывай, - сказала она.
Голоса в прихожей. Женский. Молодой. Варя замерла у зеркала - поправляла причёску дрожащими руками.
- Проходите, - услышала она голос мужа.
В гостиную вошла девушка лет двадцати. Стройная, симпатичная. Тёмные волосы, карие глаза. В руках - большая сумка и букет хризантем.
И сразу - как обухом по голове:
- Здравствуйте. Меня зовут Ольга. Я, - она посмотрела на Игоря. - Я дочь Игоря Михайловича.
Варя почувствовала, как земля уходит из-под ног.
Дочь?
- Присаживайтесь, - автоматически сказала она, указывая на диван.
Ольга села, положила сумку рядом. Протянула букет:
- Это вам. Спасибо, что согласились встретиться.
Согласились? Варя посмотрела на мужа. Значит, они переговаривались! Договаривались! А она, дура, думала - коллеги, может, или дальние родственники.
- Мама умерла год назад, - негромко сказала Ольга. - Рак. Последние месяцы она многое рассказывала про папу. - Она снова посмотрела на Игоря. - Все эти годы я думала, что он меня не хочет знать. А оказалось...
- Оказалось что? - спросила Варя.
- Мама просила его не появляться. Говорила, что у него новая семья, и она не хочет её разрушать.
Письме? Варя обернулась к мужу. Тот сидел, опустив голову.
- Твоя дочь, - медленно повторила Варя. - А мне ты собирался когда-нибудь об этом сказать? Или я должна была сама догадаться?
- Я боялся.
- Чего боялся? Что я сбегу? Брошу тебя? - Варя засмеялась. Смех получился неприятный, истеричный.
- Варвара Ивановна, - осторожно вмешалась Ольга. - Простите, может, мне лучше уйти?
- Нет! - резко сказала Варя. - Сидите. Теперь уж договаривайте до конца. - Она повернулась к мужу: - И ты тоже. Рассказывай. Всё. Подробно.
Игорь вздохнул. Провёл рукой по лицу:
- Светлана - работала в нашем институте. Ты тогда на стажировке была, в Питере, помнишь? На полгода уехала.
Варя помнила. После развода с первым мужем она металась, пыталась себя найти. А когда вернулась - встретила Игоря. И показалось, что жизнь налаживается.
- Светлана забеременела. Я предложил помочь - материально, я имею в виду. Но она отказалась. Сказала, что справится сама. А когда Оля родилась, мы с тобой уже расписались, - Игорь замолчал.
- Продолжай, - жёстко сказала Варя.
- Светлана просила не вмешиваться в их жизнь. Объясняла, что у меня теперь новая семья, жена, а ей не нужны чужие проблемы. Что они с дочкой как-нибудь сами.
- И ты послушался, - не спросила, а констатировала Варя. - Двадцать лет прожил человек, не зная отца. Потому что тебе было удобнее молчать.
- Варя, это не так! Я думал...
- Ты думал только о себе! - взорвалась она. - О своём покое! О том, как бы не нарушить свою тихую, размеренную жизнь!
Ольга сидела, переводя взгляд с отца на Варю. В глазах - сочувствие и боль одновременно.
- Простите, - сказала она. - Я, наверное, не должна была приходить. Мама всегда говорила: «Не лезь, где не просят». Но когда она умерла, когда я нашла его письма к ней.
- Какие письма? - спросила Варя.
- Он писал маме. Каждый год. На мой день рождения. Спрашивал, как я, не нужна ли помощь.
Варя посмотрела на мужа. Тот сидел красный, как варёный рак.
- То есть вы переписывались? - Голос у неё дрожал.
- Изредка, - прошептал Игорь.
Вот оно. Вот почему он в последнее время стал таким нервным. Наверное, Ольга давно пыталась с ним связаться после смерти матери.
- Я не требую ничего, - быстро сказала Ольга. - Мне не нужны деньги или квартира. Я просто хотела посмотреть. Понять. Почему всё так сложилось.
Варя встала, подошла к окну. На улице смеркалось. Обычный осенний вечер. А внутри дома - обычная семья взрывается, как граната.
Двадцать лет эта девушка жила без отца. А она, Варя, двадцать лет жила с мужем-лгуном.
- Как вы нас нашли? - спросила она, не оборачиваясь.
- Через соцсети. Оказалось, несложно.
- А давно пытаетесь связаться?
- Полгода, - тихо ответила Ольга.
Полгода! Значит, все эти странности, все эти скрытные разговоры.
- Я иду готовить ужин, - сказала Варя. - Если вы остаётесь.
Ужин прошёл в тягостном молчании. Варя механически накладывала еду, Игорь ковырял картошку вилкой, Ольга изредка пыталась что-то сказать - про погоду, про работу - но слова повисали в воздухе, как мыльные пузыри.
После ужина сидели за столом. И тут Ольга сказала:
- Я принесла кое-что.
Достала из сумки пожелтевший конверт.
- Мама оставила на случай, если мы когда-нибудь встретимся.
Варя посмотрела на мужа. Тот побледнел.
- Что это? - спросила она.
- Письмо. Которое мама написала ему тогда.
Варя протянула руку:
- Дайте.
Ольга передала конверт. Варя развернула пожелтевшую бумагу и стала читать вслух:
- «Игорь! Прошу тебя - не ищи нас. Я знаю, ты хороший человек, но у тебя теперь другая жизнь. Новая жена, которая тебя любит…».
Варя замолчала. Перечитала строчку ещё раз.
- Откуда твоя Светлана знала про мой развод?
- Я ей рассказал, - прошептал муж.
- Рассказал? - Варя встала. - То есть вы обсуждали мою жизнь? Мои проблемы? Решали, что мне знать, а что - нет?!
- Варя, это не так.
- А как?! - Варя швырнула письмо на стол. - Читаю дальше: «Мы с Олей как-нибудь сами. Только не вмешивайся в нашу жизнь, и мы не будем вмешиваться в твою».
Варя подошла к мужу вплотную:
- А что ещё ты от меня скрывал? Может, у тебя есть ещё дети? Или жёны? Или долги?
- Варя, успокойся.
Ольга сидела, сжавшись в комочек. Было видно - жалеет, что пришла.
- Простите, - тихо сказала она. - Я не хотела. Может, мне лучше уйти?
- Нет! - рявкнула Варя. - Сидите! Хватит решать за меня!
- Я хотел тебя защитить.
- От чего защитить?
И в этой тишине Варя вдруг сказала - спокойно, почти шёпотом:
- А ведь я могла бы её любить.
Ольга подняла глаза.
- Если бы вы мне сказали честно, если бы не скрывали, я могла бы стать ей, не знаю... старшей сестрой. Подругой. У меня детей нет, я бы радовалась дочери мужа!
Варя посмотрела на Игоря:
- Но вы решили, что я не выдержу. Что я разрушу семью, устрою истерику, сбегу. А знаешь что, Игорь? Может, я бы и сбежала. В первый момент. Но потом вернулась бы. И сказала: «Хорошо. Расскажи мне о ней. Покажи фотографии. Пригласи в гости».
Слёзы текли по лицу, но голос не дрожал:
- Вместо этого вы сделали из меня постороннего человека в собственной семье. Игорь, у тебя была дочь все эти годы. А я узнала об этом только сейчас.
Она обернулась к Ольге:
- А у вас, Оля, всегда был отец. Который знал, как вас зовут, когда у вас день рождения, где вы учились. А вы думали, что вы никому не нужны.
Ольга заплакала.
- Вот что вы наделали своим «благородством», - закончила Варя. - Обманули всех. И её, и меня, и даже себя.
Варя подошла к шкафу, достала свой чемодан.
- Что ты делаешь? - спросил Игорь.
- Еду к сестре. Мне нужно подумать.
- Варя, не уходи.
- А то что? Ты мне ещё что-нибудь не скажешь? Для моего же блага? - Варя усмехнулась.
Она закрыла чемодан, обернулась к Ольге:
- Я не на вас злюсь. Вы - жертва, как и я. Может быть, когда я успокоюсь, мы ещё поговорим. Без него.
Показала на мужа.
- А сейчас - извините. Мне нужно побыть одной.
И ушла, громко хлопнув дверью.
В квартире остались двое - отец и дочь, которые двадцать лет жили в одном городе и не знали друг друга.
Три дня Варя жила у сестры Люды. Люда понимала - лучше не лезть с расспросами.
На четвёртый день Ольга позвонила.
- Варвара Ивановна? Это Оля. Можно встретиться? Без отца.
Встретились в кафе возле дома. Ольга выглядела усталой, осунувшейся.
- Как он? - спросила Варя.
- Плохо. Всё ждёт, когда вы вернётесь.
- А вы?
- А я, - Ольга помолчала. - Я поняла, что совершила ошибку. Не должна была приходить.
- Почему?
- Разрушила вашу семью. Принесла письмо, думала, что это поможет мне понять отца. А получилось наоборот.
Варя покачала головой:
- Ольга, вы ничего не разрушили. Семья разрушается не от правды. От лжи разрушается.
Они сидели, помешивая кофе. Две женщины, пострадавшие от одного мужчины. Точнее - от его трусости.
- Знаете что? - вдруг сказала Варя. - Попробуем начать заново.
- Как?
- Просто. Забудем про Игоря. Расскажите мне про себя. Про маму. Как жили, чем увлекались.
И Ольга рассказала. Про детство без отца, про болезнь мамы, про работу дизайнером, про разбитые отношения. Варя слушала и думала: какая же она сильная, эта девочка. Выросла без поддержки, но не ожесточилась.
- А теперь - что дальше? - спросила Варя.
- Не знаю. Хотела узнать отца, а узнала, что он обычный трус.
- Он хороший человек, - неожиданно сказала Варя. - Просто слабый. Боится конфликтов, боится чужой боли. Думает, что молчанием можно всё решить.
- Вы его защищаете?
- Нет. Объясняю. Себе тоже.
Домой Варя вернулась на следующий день. Игорь сидел на кухне.
- Варя! - вскочил он. - Ты вернулась!
- Вернулась.
- Я думал, я боялся, что ты...
- Что я сбегу? - усмехнулась Варя. - Нет, Игорь. Сорок лет - не возраст для побегов.
Сели друг напротив друга. Как в первый вечер, только теперь между ними лежала правда.
- Что теперь? - спросил Игорь.
- Теперь, - Варя задумалась. - Теперь ты мне расскажешь всё. Про Светлану, про Олю, про письма. Без утайки.
И он рассказал. Про институт, про роман, про беременность Светланы. Про её письмо и свой страх потерять Варю. Про годы молчания и письма на дни рождения дочери.
- Я боялся тебя потерять, - закончил он и опустил голову. - Что теперь делать?
Варя встала, подошла к окну. За стеклом шёл дождь. Обернулась к мужу:
- Завтра приглашаем Олю на ужин. Нормальный семейный ужин.
Игорь поднял глаза:
- Значит, мы попробуем?
- Попробуем, - кивнула Варя. - Но запомни: больше никаких секретов. Договорились?
- Договорились.
А через неделю Ольга осталась у них ночевать. Первый раз за двадцать дочь спала в отчем доме.
Друзья, не забудьте подписаться, чтобы не пропустить новые публикации!
Рекомендую почитать: