Найти в Дзене
Таня на диване

Фильм-балет «Эгон Шиле. Автопортрет»

Этот спектакль — не попытка пересказать биографию гения. Это попытка протанцевать его внутренний мир — резкий, чувственный, надрывный, каким и был сам Шиле. И у создателей это получилось с той самой пронзительной интонацией, которая заставляет забыть о времени.
Спектакль идёт в садах Чески-Крумлова — города, который был для Шиле и убежищем, и музой. И вы не просто зритель — вы пассажир движущейся карусели, мимо которой проплывают фрагменты жизни: юношеская тоска, жажда признания, эротизм, страх. Возникает ощущение, будто ты не смотришь постановку, а листаешь альбом с зарисовками — где-то уголь, где-то акварель, а где-то — кровавые подтёки. Хореография Яна Кодета — это не танец в привычном понимании. Это живые полотна: тела танцовщиков изгибаются в тех же линиях, что и фигуры на картинах Шиле. Резкие углы, вывернутые позы, внезапные объятия — всё это не ради эпатажа, а попытка перевести визуальный язык художника на язык тела.
Спектакль нелинеен — он идёт волнами, как всплывающие об
Оглавление
иллюстрация https://moscow.theatrehd.com/ru/films/egon-schiele-self-portrait
иллюстрация https://moscow.theatrehd.com/ru/films/egon-schiele-self-portrait

Оценка: 5/5 — танец, который рисует

Этот спектакль — не попытка пересказать биографию гения. Это попытка протанцевать его внутренний мир — резкий, чувственный, надрывный, каким и был сам Шиле. И у создателей это получилось с той самой пронзительной интонацией, которая заставляет забыть о времени.

Что цепляет сразу


Спектакль идёт в садах Чески-Крумлова — города, который был для Шиле и убежищем, и музой. И вы не просто зритель — вы пассажир движущейся карусели, мимо которой проплывают фрагменты жизни: юношеская тоска, жажда признания, эротизм, страх. Возникает ощущение, будто ты не смотришь постановку, а листаешь альбом с зарисовками — где-то уголь, где-то акварель, а где-то — кровавые подтёки.

Хореография Яна Кодета — это не танец в привычном понимании. Это живые полотна: тела танцовщиков изгибаются в тех же линиях, что и фигуры на картинах Шиле. Резкие углы, вывернутые позы, внезапные объятия — всё это не ради эпатажа, а попытка перевести визуальный язык художника на язык тела.

Что удивило


Спектакль нелинеен — он идёт волнами, как всплывающие обрывки памяти. Здесь нет хронологии, но есть нарастающее чувство обречённости. И ты ловишь себя на мысли: я не всё понимаю, но всё чувствую. После просмотра бросилась читать о Шиле — и оказалось, что танец рассказал о нём больше, чем могла бы сухая биография.

Кому стоит смотреть

  • Тем, кто устал от традиционных балетов и готов к эксперименту;
  • Всем, кто любит искусство, где нет границ между живописью, танцем и театром;
  • Тем, кто не боится остаться наедине с чужими страстями и болью.

Итог


Этот спектакль — как палитра, на которой смешаны краски жизни Шиле: чёрный отчаяния, алый страсти, синий одиночества. Вы не узнаете все даты его жизни — но почувствуете каждый его нерв.

Если решитесь — отложите логику. Смотрите сердцем. Иногда искусство говорит с нами на языке, который не перевести, но можно протанцевать.

-2
-3
-4
-5