Артем застыл у витрины, наблюдая, как вечернее солнце окрашивает стекла офисных башен в кроваво-золотистые тона. Город жил своей лихорадочной жизнью, но здесь, в кофейне, царил островок отчужденного спокойствия. Он нервно провел пальцами по холодной поверхности стола, оставляя размытые следы на идеально отполированном стекле. Его собственное отражение казалось ему чужим — запавшие глаза, резкая складка между бровями, рот, сведенный в тонкую, недовольную черту. За спиной оставался просторный лофт, который еще месяц назад был символом его головокружительного успеха, а теперь напоминал роскошную, но безжизненную декорацию.
— Ты вообще меня слушаешь? — раздался рядом голос, резкий и нетерпеливый. — Это не обсуждается. Контракт подписан.
Артем медленно повернулся. Напротив сидела Лика, отстукивая длинным маникюром по крышке своего ультратонкого ноутбука. Ее поза была вызовом — откинутая спина, высоко поднятый подбородок, взгляд, холодный и расчетливый.
— Не обсуждается? — он хрипло рассмеялся. — Лика, это же авантюра. Чистой воды безумие.
— Безумие — это сидеть сложа руки, когда мир несется вперед со скоростью света. — Она щелкнула замком своей кожаной папки. — «Вектор» предлагает нам инвестиции, о которых мы год назад не могли и мечтать. Их аналитики уверены в успехе.
— Их аналитики видят только цифры! — Артем с силой опустил стакан на стол, и айс-латте расплескался, оставляя коричневые подтеки. — Они не понимают сути проекта. Они выжмут из него все соки, превратят в бездушный коммерческий продукт и выбросят нас обоих, как отработанный материал.
— А мы что, не коммерсанты? — Лика приподняла идеально выщипанную бровь. — Мы не благотворительный фонд, Артем. Мы строим бизнес. Или ты уже забыл, ради чего мы все это начинали?
Он не забыл. Он помнил каждую деталь: ночи, проведенные за чертежами, первые провалы, первую крупную сделку, восторг от совместной победы. Их дуэт когда-то называли гениальным. Он — мозг, генератор идей. Она — стальной стержень, воля и стратегия. Но что-то сломалось. Успех, который должен был объединять, стал их раскалывать.
— А при чем тут твой брат? — внезапно спросил Артем, ловя на себе удивленный взгляд партнерши. — Почему в контракте прописана его консалтинговая компания?
Лика на секунду смутилась, что было для нее крайне нехарактерно.
— Саша обладает эксклюзивными связями в Азии. Он откроет нам рынок, который мы сами никогда бы не покорили. Это стратегическое решение.
— Странное совпадение, — Артем откинулся на спинку кресла. — Его компания еще вчера была на грани банкротства, а сегодня получает такой жирный контракт.
— Не будь циником, — отрезала Лика, собирая вещи. — Решение принято. В понедельник я внострую его команду в офис. Они займут южный кабинет.
— Мой кабинет? — Артем не поверил своим ушам.
— Твой кабинет слишком велик для одного человека. Тебе будет вполне комфортно в бывшей переговорке. Мы ее, конечно, облагородим.
Он смотрел, как она уверенной походкой удаляется, ее каблуки отбивали дробный стук по каменному полу. Этот стук отдавался в его висках тяжелым, навязчивым гулом. Их общее дело, их ребенок, плод пяти лет титанического труда, ускользал из его рук, превращаясь в чужой, враждебный механизм.
Лика появилась в офисе в субботу, хотя договоренность была на понедельник. Артем застал ее, когда он, надеясь найти утешение в работе, приехал разобрать архив. Дверь в его кабинет была распахнута настежь, а внутри хозяйничали двое незнакомых мужчин в комбинезонах, снимая со стены дипломы и награды.
— Что происходит? — ошеломленно спросил он.
— Артем! — Лика вышла из-за угла, сияя беззаботной улыбкой. — Как удачно! Решили начать пораньше, чтобы к понедельнику все было готово. — Она сделала широкий жест рукой. — Мебель заказана новая, более функциональная. А это старье только пыль собирает.
Один из рабочих снял со стены framed сертификат о победе на международном конкурсе дизайна. Артем почувствовал, как по телу разливается ледяная волна.
— Лика, мы должны были обсудить это.
— Обсудили, милый, обсудили. — Она прошлепала рукой по столешнице его старого, массивного дубового стола. — Ты просто не помнишь, был слишком занят своими чертежами. Давай-ка лучше поможешь мне распаковать кое-что.
Она взяла его под локоть и повела в сторону переговорки. Комната, некогда просторная и светлая, теперь была заставлена коробками и новыми, безликими стеллажами.
— Вот твое новое рабочее место. Уютно, правда? Больше света, меньше отвлекающих факторов. Идеально для творчества.
— Для творчества нужен простор, а не клетка в два метра, — сквозь зубы процедил Артем.
— Не драматизируй. — Лика махнула рукой и принялась распаковывать одну из коробок. — Я привезла новый кофейный аппарат. Твой старый уже вышел из моды. И сменила поставщика воды — у этой идеальный минеральный состав.
Артем молча наблюдал, как его партнерша, его некогда близкий друг, перекраивает пространство, которое он считал своим вторым домом. Она двигалась с уверенностью полководца, занимающего покоренную территорию. Каждое ее действие, каждое слово было направлено на то, чтобы стереть его присутствие, его влияние, его дух.
— А где будет работать твой брат? — спросил он, стараясь сохранить спокойствие.
— В твоем старом кабинете, конечно. — Лика не подняла глаз от коробки с дорогими кофейными капсулами. — Ему нужен простор для команды.
— Команды? Я думал, он один.
— Ну, пара его помощников точно будет. Может, секретарь. Ты же не против?
Он был против. Против всего этого цирка. Но слова застревали в горле, зажатые тисками рациональности. Контракт был подписан. Деньги уже работали. Протестовать сейчас значило обрушить все в пропасть.
Когда в понедельник в офисе появился Саша, Артем с первого взгляда его возненавидел. Высокий, подтянутый, с безупречной улыбкой и пронзительным, оценивающим взглядом. Он вел себя как хозяин, с порога начав критиковать систему вентиляции и расстановку мебели.
— Артем, наконец-то! — Саша протянул ему руку с таким видом, будто они старые друзья. — Лика так много о тебе рассказывала. Гений, визионер. Работать с тобой — честь.
Рукопожатие было твердым, властным. Артем почувствовал себя мальчишкой.
— Лика преувеличивает, — сухо ответил он.
— Скромность украшает гения, — беззаботно рассмеялся Саша. — Ну что, покажешь свои чертежи? Хочу понять, куда я вложил свои скромные сбережения.
«Свои сбережения». Артем знал, откуда у брата Лики взялись эти «сбережения». Из их же общего оборота, из денег, которые Лика, как финансовый директор, переводила на сомнительные «операционные расходы».
Неделя превратилась в месяц. Офис стал неузнаваем. Строгий минимализм, который Артем так ценил, сменился вычурным гламуром. Повсюду появились хромированные детали, кожаные кресла, огромные телевизоры, на которых в режиме нон-стоп транслировались котировки акций. Команда Саши громко обсуждала за обедом свои яхты и отпуска на Альпах, их разговоры были наполнены жаргоном трейдеров и циничными шутками.
Артем и Лика практически перестали общаться. Их диалоги свелись к сухим рабочим e-mail и коротким совещаниям, на которых Лика все чаще перебивала его, ссылаясь на «стратегическую необходимость» и «требования инвесторов».
Однажды вечером Артем задержался, пытаясь закончить проект, который Саша с легкой улыбкой назвал «устаревшим». Войдя в свой бывший кабинет, чтобы забрать забытую книгу, он обнаружил, что его личный сейф вскрыт. Внутри был полный порядок, но лежавшие там черновые наброски нового, революционного продукта, над которым он работал тайно, исчезли. На их месте лежала папка с финансовыми отчетами Саши.
— Что ты здесь делаешь? — раздался за его спиной голос Лики.
Артем резко обернулся.
— Мой сейф. Кто его открывал?
— Я, — спокойно ответила Лика. — Нам нужны были номера старых контрактов. Твой сейф — единственное место, где не было дубликатов.
— А мои чертежи? Куда ты их дела?
— Какие чертежи? — ее лицо было маской непроницаемого спокойствия. — Там лежала только эта папка. Ты, наверное, переложил их куда-то сам. У тебя в последнее время не в порядке с головой, Артем. Слишком много стресса.
Он понял, что спорить бесполезно. Правды он не добьется. Он стоял и смотрел на женщину, с которой делил когда-то не только офис, но и мечты, и видел в ее глазах лишь холодную сталь. Их партнерство умерло. Теперь шла война.
Осень сменилась морозной, колючей зимой. Первый снег, обычно вызывавший у Артема детский восторг, на этот раз лег на город безжизненным саваном. Он сидел в своей каморке-переговорке и смотрел на заснеженные крыши, чувствуя лишь всепоглощающую усталость. Офис пустел, сотрудники спешили по домам, но Артем не двигался с места. Ехать было некуда. Дом, некогда наполненный светом и планами, теперь был просто местом для ночлега.
Телефон завибрировал — сообщение от Лики.
«Задерживаюсь. Ужин с инвесторами. Не жди».
Он усмехнулся. Они уже несколько недель не ужинали вместе. Лика все время была «на встречах». С инвесторами. С братом. С новыми «стратегическими партнерами».
Артем решил остаться и наконец разобраться в финансовых документах, доступ к которым ему все сильнее ограничивали. Когда в офисе воцарилась полная тишина, он запустил программу для глубокого аудита, которую тайком установил на сервер еще месяц назад.
Процесс должен был занять несколько часов. Артем прошелся по опустевшим залам. В кабинете Саши он заметил забытый планшет. На экране мелькнуло знакомое лого — лого его пропавших чертежей. Рука сама потянулась к устройству, но в этот момент зазвонил его собственный телефон.
Незнакомый номер.
— Алло? — ответил Артем, все еще глядя на планшет.
— Артем Викторович? — произнес женский голос, звучавший взволнованно. — Вас беспокоит Ирина, бухгалтер из «Вектора». У нас тут возникли вопросы по последнему траншу. Мы не можем связаться с Ликой Александровной.
Артем насторожился. «Вектор» был их главным инвестором.
— Она на ужине с вашими же представителями, — сказал он.
— С нашими? — удивилась женщина. — Это невозможно. Все руководство «Вектора» сегодня на корпоративе в Сочи. Никаких ужинов в городе не запланировано.
Артем почувствовал, как по спине пробежал холодок.
— Я... я уточню и перезвоню, — пробормотал он и бросил трубку.
Сердце бешено колотилось. Он подошел к планшету Саши и провел по экрану. Запаролен. Но в уголке экрана он заметил стикер с хаотичным набором цифр. Машинально он ввел их. Экран разблокировался.
Перед ним открылась папка с файлами. Его чертежи. Его украденные идеи. Но они были уже не просто чертежами. К ним были приложены бизнес-планы, расчеты рентабельности, патенты. Патенты, оформленные на имя... Александра Ликова, брата Лики. Датированные прошлой неделей.
Земля ушла из-под ног. Он был не просто отстранен от своего дела. Его обкрадывали. Системно, хладнокровно и цинично.
В этот момент в офисе зажегся свет. На пороге стояла Лика. Ее лицо было искажено яростью.
— Что ты здесь делаешь? — ее голос был шипящим, опасным.
— Я нашел свои чертежи, — тихо сказал Артем, показывая на планшет. — И патенты твоего брата. Это был план с самого начала, да? Впустить меня в крупный проект, чтобы выжать идеи, а потом вышвырнуть?
Лика несколько секунд молчала, оценивая его. Затем ее лицо расплылось в странной, почти жалостливой улыбке.
— Артем, Артем... Ты всегда был прекрасным мечтателем, но ужасным бизнесменом. Идеи ничего не стоят без грамотной реализации. Твой проект был сырым, нежизнеспособным. Мы с Сашей просто... доработали его. Сделали коммерчески успешным.
— «Мы»? — он смотрел на нее, не веря своим ушам. — Значит, ты была в сговоре с самого начала?
— Я делала то, что должно было быть сделано! — вспылила она. — Пока ты витал в облаках, я тащила на себе всю компанию! Я искала инвесторов, заключала сделки, решала проблемы! А что ты? Вечно недоволен, вечно сомневаешься! Ты тормозишь развитие!
— Я тормозил твои аферы? Я мешал тебе перекачивать деньги в карман твоего брата?
— Деньги должны работать! — крикнула Лика. — А ты со своими принципами... Ты стал обузой, Артем. Слабым звеном.
В дверях появился Саша. Он выглядел спокойным и даже развлекающимся.
— Сестренка, все в порядке? — его взгляд скользнул по Артему с презрительным сожалением. — А, наш гений проснулся. Ну что, нашел свои каракули?
— Вы украли у меня все, — прошептал Артем. Голос ему не повиновался.
— Мы ничего не крали, — холодно парировала Лика. — Мы спасали то, что ты был не в состоянии удержать. Согласно контракту, все интеллектуальные права, разработанные в стенах компании, принадлежат компании. А ты... — она сделала паузу, наслаждаясь моментом, — ты просто наемный сотрудник. Которого мы увольняем за несоответствие занимаемой должности.
Артем смотрел на них — на красивую, безжалостную пару, стоящую плечом к плечу. Он был для них пешкой. Источником идей, который иссяк и стал не нужен.
— «Вектор» знает об этом? — спросил он, находясь в последней попытке сопротивления.
Лика рассмеялась.
— «Вектор» верит цифрам. А наши цифры, благодаря патентам Саши, теперь прекрасны. Они получили то, за что заплатили. Усовершенствованный, готовый к масштабированию продукт. Им все равно, чей мозг его родил.
Артем понял, что проиграл. Проиграл тотально. Они продумали все до мелочей. Юридически он был бессилен.
— Убирайся, — тихо сказала Лика. — Завтра твоя карточка уже не будет пропускать тебя в здание. Твои вещи тебе вышлют курьером.
Он медленно прошел мимо них, не глядя. Спустился на лифте, вышел на улицу. Морозный воздух обжег легкие. Он шел по заснеженному тротуару, не чувствуя ни холода, ни направления. Его мир, выстроенный годами, рухнул в одночасье. Он остался ни с чем. Без дела, без партнера, без веры в справедливость.
Он остановился на мосту, глядя на черную, ледяную воду. Чувство опустошения было всепоглощающим. Но внезапно, сквозь онемение, пробилась другая эмоция. Не ярость, не отчаяние. А странное, холодное спокойствие. Они отняли у него все. Но они не смогли отнять самое главное — его ум, его способность мыслить и создавать.
Он достал телефон. В его памяти остались не все файлы, но осталось главное — идея. Идея, которая была лучше и сложнее той, что они у него украли. Идея, которую они не смогли разглядеть, потому что были слишком заняты сиюминутной наживой.
Он набрал номер. Долгие гудки, а затем голос, знакомый, приветливый.
— Алло? Артем? Давно не звонил.
— Привет, Макс, — сказал Артем, и его голос впервые за многие месяцы звучал твердо и ясно. — У меня есть для тебя предложение. Другого уровня. Есть минутка поговорить?
Он стоял на мосту, и ветер, несущий с реки колючую изморозь, бил ему в лицо. Но он уже не чувствовал холода. Впереди была пустота, но это была его пустота. Его территория. Его война только начиналась. И на этот раз он будет играть по своим правилам.