Лишь она одна знала, каково это — делить его с толпой поклонниц. Его жена, Людмила Зорина, прожила с ним всю жизнь, храня страшную тайну их брака. Что же она скрывала?
Он стоял под окнами больницы в холодном сентябрьском дожде. Внутри - его любовница, молодая и красивая Елена Проклова, готовилась к операции.
Вместо шампанского и поздравлений в её день рождения — леденящий душу ужас. Он в отчаянии кричал в запертую дверь ее судьбы:
«Не убивай нашего ребенка!»
Но решение было бесповоротным. Проклова пошла на этот шаг, о котором будет жалеть всю оставшуюся жизнь. А Олег Янковский, кумир миллионов, символ мужской харизмы и благородства, остался за дверью.
И так было почти всегда — его жизнь представляла собой идеально отрепетированный спектакль, где на сцене — примерный семьянин, а за кулисами — бурные страсти, которые могли бы разрушить все.
«Людкин муж»: Начало, где все было наоборот
А ведь когда-то все было с точностью до наоборот. В Саратовском театральном училище и позже, в местном драмтеатре, звездой была она — Людмила Зорина.
Яркая, талантливая, она собирала полные залы и аншлаги. А он был просто «Людкиным мужем». Тенью, которая молча следовала за своей успешной супругой.
«Мы работали над постановкой», где Люда Зорина играла главную роль.
В это время какой-то мужчина туда-сюда мельтешил среди кресел партера
Один из актеров спросил: «Я никак не могу понять, кто там все время мотается?» Все ответили: «Да это Людкин муж!»
Так было все время», — вспоминала актриса Вера Феоктистова.
Представляете, каково это — будущему секс-символу советского кино слышать такое о себе? Это не могло не ранить самолюбие.
Возможно, именно эта рана и породила ту ненасытную жажду признания, успеха и женского внимания, которая будет двигать им всю жизнь.
Взлет и коварство славы
Все изменилось в 1968 году. Две роли — в «Щите и мече» и «Служили два товарища» взорвали кинематограф. Из тени «Людкиного мужа» появилась новая звезда — Олег Янковский.
Его аристократизм, пронзительный взгляд и внутренняя сила свели с ума миллионы женщин. Предложения посыпались одно за другим. Семья переехала в Москву, в «Ленком».
И здесь Людмила Зорина совершила роковой, как потом окажется, выбор, она добровольно ушла в тень. Ее блестящая карьера, 50 ролей за 10 лет в Саратове — все это кануло в Лету.
Теперь она была просто женой гения. На вопросы о своей загубленной карьере она отшучивалась:
«Карьеру я уже сделала, вышла замуж за талантливого мужчину!»
Но за этой легкой бравадой скрывалась настоящая боль. Боль, которая с годами будет только усиливаться.
«Грешен, но семью никогда не брошу»: Жизнь по обету
Янковский был честен с собой и с женой. Он не клялся в вечной верности, он дал другое обещание, которое и стало стержнем их брака:
«Грешен, но семью никогда не брошу».
Это была не просьба о прощении, а констатация факта. Он будет изменять, но он всегда возвращаться. А она? а она должна будет это принимать.
И Людмила принимала. Стиснув зубы, сгорая от ревности и унижения.
«Я любила Олега всю жизнь, но порой мне казалось, что это какое-то проклятие, — признавалась она в редком интервью.
Толпы других женщин, постоянные сплетни и рассказы «доброжелателей», что у Олега очередной роман»
«Я сходила с ума от его измен»
Представьте себе эту пытку. Каждый день, каждый выход мужа из дома мог обернуться новым ударом. Каждая новая поклонница, каждая коллега — потенциальная соперница.
Охотник и его жертвы: как создавались легенды
А поклонниц было много, и Янковский, будучи человеком страстным и увлекающимся, редко им отказывал. Его методы были разными, но всегда эффектными.
- На молодую актрису Марину Яковлеву он однажды просто набросился с поцелуями у лифта.
Та, будучи не готовой к такой наглости, дала ему пощечину.
Свидетелем стал Александр Абдулов, который, ошарашенный, увел артиста со словами:
«Не приставай к девочке. Пойдем, пойдем»
Журналистке Яне Вербовой он предложил остаться на ночь прямо в гостиничном номере во время интервью.
Когда та резко отдернула руку и уронила вазу, он лишь с укором заметил:
«Вы жестокая. Не только по мужским сердцам проходите, но и по цветам»
А на прощание, уважая ее отказ, сказал:
«Уважаю»
Но это были цветочки, главные романы были впереди.
Система «Руди»: Тайные комнаты «Кинотавра»
Пиком систематизации его любовных увлечений стал «Кинотавр». Организатор фестиваля Марк Рудинштейн в своих мемуарах «Убить звезду» раскрыл шокирующий механизм.
Ежегодно в сочинском отеле «Жемчужина» он бронировал пять специальных номеров.
- Эти апартаменты служили тайным убежищем для влюбленных пар, искавших уединения.
У Янковского с Рудинштейном была договоренность. Фраза
«Пойду поработаю с бумагами» была секретным кодом. Она означала лишь одно: «Ключ от номера, Марк, пожалуйста».
«Это были комнаты релаксации, — довольно улыбался Рудинштейн.
Я, кстати, считаю предметом собственной гордости, что через девять месяцев после завершения «Кинотавра» многие наши актрисы рожали детей.
В стране подрастают девять мальчиков и девочек, зачатых в Сочи».
Целая система, работавшая как часы. И он был ее преданным клиентом.
«Не убивай нашего ребенка»
Самый драматичный роман связан с Еленой Прокловой. Они снимались вместе в «Сентиментальном романе» в 1976 году.
Роман вспыхнул быстро несмотря на то, что Проклова дружила с Зориной — их дети даже играли вместе.
Видимо это коронная фишка Прокловой-дружить с женами (что-то Зудиной навеяло)
Два года тайных встреч, скрытых от всех. Итог — беременность. Для Прокловой, уже разведенной и воспитывающей дочь, это стало катастрофой.
Она не видела другого выхода, кроме как избавиться от ребенка.
И вот та самая сцена: день рождения Прокловой, больница, дождь. Он, не в силах повлиять на решение, умоляет ее сохранить жизнь их нерожденному малышу, но она была непреклонна.
«Тот день рождения стал самым ужасным за все годы. Он стоял под окном и просил: «не убивай нашего ребенка», но я категорически решила, что этого не должно быть, — вспоминала Проклова годы спустя.
Сейчас я очень жалею об этом решении».
Жизнь развела их, оставив на сердце у обоих шрам, который так и не затянулся.
Жертва для охотника: Роман, который ждал 12 лет
А была ли у него настоящая любовь? Та, что посильнее мимолетного увлечения? Пожалуй, да.
Елена Костина, 17-летняя актриса, влюбилась в 37-летнего Янковского на съемках «Полеты во сне и наяву». Но тогда он лишь дразнил ее, то приближая, то отдаляя, «как кошка с мышкой».
Страсть вспыхнула спустя 12 лет, когда они случайно встретились в самолете в Грецию.
«Какой же это был бурный, страстный, красивый роман, захвативший нас с первого дня! — восклицала Елена. — Думаю, Олег в тот момент был мне дан, как награда, за все мои мучения.
Для Олега я, наверное, была несбывшейся историей, а в Греции ему как охотнику важно было осознать, что в итоге он настиг свою жертву».
Она была умна и не требовала развода, понимала правила игры. После потери собственного мужа этот роман стал для нее спасением. Но даже эта яркая связь была обречена.
Последняя тайная любовь и вечное молчание вдовы
Последние десять лет жизни рядом с Янковским была другая женщина — кинокритик и журналист Эвелина Гурецкая.
- Как и все ее предшественницы, она четко знала границы: он никогда не уйдет из семьи. Она стала его тихой гаванью, его собеседницей, его последней тайной.
А что же Людмила? Она знала, всегда знала. Она несла свой крест молча, с гордо поднятой головой.
После смерти мужа она не стала, как многие, продавать откровения о их жизни. Она заперла свою боль, свои воспоминания и свою по-настоящему испепеляющую любовь внутри.
- Ее редкие появления на публике — это молчаливый урок достоинства.
Она сдержала свое слово, он свое. Он грешил, но семью не бросил. Она страдала, но ушла в тень и сохранила иллюзию идеальной пары для всего мира.
Кто же он был на самом деле, гениальный актер, для которого жизнь была вечной игрой?
Или несчастный человек, разрывавшийся между долгом и страстью? И можно ли простить такое ради искусства?