1 ноября
Я отдыхаю в месте для ретрита, где работает наш учитель философии йоги. Он предоставил нам щедрую скидку. Нас тут вкусно кормят, в комнате тепло. Это важно, потому что два дня не переставая шёл дождь.
Вчера у меня было не очень хорошее настроение. Нужно было решить, что делать дальше — не только после Непала, но и в жизни вообще. В какую бы сторону я ни думала, мысли возвращались домой. Нигде я не чувствую себя так, как дома. Везде у меня ощущение непостоянства. В Китае тоже было так. В глубине души я ищу стабильность. На деле же окружение, люди, обстоятельства постоянно меняются.
Все эти мысли появились после того, как я попыталась оформить визу в Индию онлайн. Меня предупреждали, что сайт очень плохо работает. Я раз десять перезаполняла одну и ту же страницу, так ничего и не добившись. Плюнула и решила не ехать в Индию. И в Бутан тоже не поеду на три ночи — слишком дорого. Позволю себе менять планы по обстоятельствам.
На самом деле я ощутила облегчение оттого, что не поеду в Индию. Мне туда, оказывается, особо и не хотелось. Просто вроде как получалось по возможностям и желанию изучать йогу.
Увидела малыша с серёжками. «Какая красивая девочка», — восхитилась я. Оказывается, это был мальчик. В Непале мальчикам тоже прокалывают уши с обеих сторон.
Тут отдыхала девушка, которая работает в сфере экологии. Она из Канады. Рассказала, что во время своего путешествия, которое уже длится год, она избавляется от некоторых своих вещей и покупает новые, потому что не хочет каждый день носить одно и то же. Ещё сказала, что в любую воду, которую мы пьём, кто-то когда-то уже покакал.
Сегодня утром у нас была йога, и учитель рассказал, что нужно практиковать карма-йогу. Это когда безвозмездно творишь добро и совсем не ждёшь ничего взамен. Я люблю делать добро, но у меня в то же время есть чувство гиперконтроля и справедливости. Во время учёбы йоге я купила пачку кофе, и мы её допили вместе с ребятами. Я подсознательно ожидала, что взамен получу что-то, даже немного жадничать начала, когда кофе стал заканчиваться. Конечно, потом друзья меня угощали чем-то, но вот это желание подвести черту присутствовало. Надо от этого избавляться.
*
Вспоминается кот, который приходит к нам в Конарах поесть. Он ест столько, сколько нужно, и уходит до следующего голода. Не просит еду от жадности. Иногда, когда наедается, что-то оставляет в миске.
2 ноября
В Покхаре ела невкусный вегетарианский бургер и поклялась, что больше не буду есть бургеры. Сегодня прилетела обратно в Катманду и поела бургер с мясом. Было очень вкусно. Не боюсь менять своё мнение. Это не то же самое, что не сдержать своё слово. И слово не страшно не сдержать, если поменялись обстоятельства.
Гималаи — это когда летишь в самолёте, уже набрали высоту, взлетели над облаками, а на тебя всё ещё смотрят вершины гор.
*
Поговорила с мамой и тётей. Они сказали, что я стала спокойной, будто повзрослела. Возможно, это временное состояние, просто я сегодня себя хорошо чувствую. Оттого, что наконец осталась наедине с собой, что приняла душ, вкусно поела. Думала об этом в кафе, повернулась и увидела название магазина Da Ali. Али — моё английское имя. Как будто вселенная со мной разговаривает, говорит: «Да, Али, всё так и есть!»
3 ноября
Поход к базовому лагерю Эвереста. Как это было.
День 1
Я в хостеле в Катманду. В час ночи ко мне стучится гид: пора вставать. На улице бары открыты, народ гуляет, а мы идём забирать попутчика в его гостинице. Гид идёт по навигатору, заблудился. Я ему помогаю.
Садимся в маршрутку. Я рядом с Рикардо, который со мной в одной группе. Он на два года старше меня, приехал из Бразилии. Как и я, ему очень хочется увидеть Эверест. Вчера на брифинге я переводила ему с английского на испанский. Он мне говорит на смеси португальского и испанского, я ему отвечаю на испанском. Рикардо везде пропускает меня первой, и я сразу замечаю его галантность. Позже он мне скажет, что прочтёт эти записки в переводе. Рикардо — хороший человек:) И вообще, он впервые выехал за пределы Латинской Америки, не зная английского, при этом уверен в себе на все 100%, ни капли не боится.
В пути я немного поспала. Через пять часов мы доехали до аэропорта в Рамечхап. В предыдущий день было отменено несколько полётов в Луклу, а ещё был туман, поэтому вместо семи утра наш самолёт взлетел только после обеда. Было душно, грустно и томно. Мы позавтракали. Я заказала лапшу и кофе. Рикардо отметил, что в Бразилии кофе не пьют с лапшой. И вообще, завтрак по-португальски — café da manhã, то есть утренний кофе. Утром они много не едят. Кофе я собиралась выпить не с лапшой, а после неё, но это не важно.
Мы и пообедать успели в аэропорту, настолько задержали рейс.
Полет из Рамечхапа до Луклы (2840 метров над уровнем моря) особенный. Самолёт маленький, пилот маневрирует в долине между горами. Лететь действительно было страшновато. Из иллюминатора видны не облака или небо, а горы. Лететь недолго, приземляться весело.
Сразу, как вышли из аэропорта, вдалеке увидели снежную гору. «Вау, неужели это Эверест?» — пропела я. Рикардо со мной согласился. А гид — нет.
Начался поход. Мы разевали глаза, фоткались, пытались всё запомнить. Местные невысокие непальцы, похожие на китайских тибетцев, горы, зелёные долины, река. Мой первый тут подвесной мост, по которому я прошла с большим страхом. Кто не боится, так это дзопкьо (dzopkyo / zopkyo, гибрид яка и коровы), которые спокойно ходят по всем этим мостам, ровно как и ослики, гружённые сумками.
Гид нас погонял: скоро стемнеет, нам нужно дойти до следующей деревни Пхакдинг (2610 м). Мы шли то вниз, то вверх. По большей части было легко. Носильщик, восемнадцатилетний местный парень, нёс для нас 20 кг багажа, половина из которых — мои. Гид показывал нам дорогу. Ночевать в чайном доме, а не в палатке. Красота: и без гида бы справилась, чего тут сложного?
Дошли до чайного дома уже когда стемнело. Туркомпания нам объяснила, что нам с Рикардо придётся делить комнату на двоих всю поездку, потому что был высокий сезон и сложно забронировать две комнаты. Возможно, это правда. Но так ещё им дешевле, не правда ли? В группе в идеале должно было быть шесть человек, но из-за протестов многие решили не ехать в Непал. Я привыкла к хостелам, могу и так.
Чайный дом на треке — упрощённый вариант гостиниц. Комнаты очень простые, окна и двери с щелями, стены из тонкого материала. Ещё бы — попробуйте на эту высоту донести стройматериалы на яках или людях.
В чайных домах есть столовая — она же зал, где все собираются. Только там есть печка, которую вечером топят сушёными какахами крупного рогатого скота или дровами. В зале этом едят, греются, проводят вечер. Если питаться на стороне, а не в чайном доме, то аренда дороже. В стоимость нашего тура включена еда, но не напитки. За питьевую воду и душ нужно платить отдельно.
На ужин Рикардо заказал макароны, которые были для него слишком острыми. Он попросил другое блюдо, картошку, которую тоже не доел. Я, примерная девочка с советским воспитанием, была в шоке. Я бы не осмелилась за счёт компании заказать второе блюдо, а потом ещё его не доесть. Возможность делать так, как тебе удобно, — роскошь.
День 2, 3
Утром на брифинге гид отметил, что в наш пакетный тур входит только одно блюдо за раз на каждого.
Сегодня идём до Намче-Базара (3440 м).
Был приятный утренний морозец. Он напоминал мне зиму в Куньмине, которая напоминала мне весну и осень дома и этим была мне дорога.
Видели пчелиный улей на отвесной скале. Мы шли по территории национального парка, поэтому здесь сбор дикого мёда запрещён. Рикардо рассказал, что некоторые гималайские мёды галлюциногенны.
Видели горную козу.
Хорошо идти. Голова как будто чистится. Есть чётко поставленная цель, ради которой проживаешь каждый день. Думаешь о том, куда наступить, как распределить энергию. От красоты вокруг приятно, удивительно. Нет слов описать увиденное. Просто нет слов. В голове пустота. Рикардо говорит то же самое.
Идём, сегодня больше в гору, сложнее и сложнее. По пути снимаю слои одежды, к концу дня осталась в рубашке и леггинсах. Идти в гору непросто, но вполне возможно. Думаю, мне в пользу жизнь в Китае на высоте 1800 метров, регулярные походы, недавний курс по йоге. Довольна собой. Если и дальше будет так, то у меня получится.
По пути встречаем одних и тех же людей. Они то обгоняют нас, то остаются за нами. Не покидает чувство, что нужно быть впереди всех, а если обогнать кого-то, то потом нужно держать темп. Но, по сути, спешить некуда. Очень быстро можно добраться только до чайного дома. А сама суть похода — именно в походе. Даже не в Эвересте. Гид нас не торопил, наоборот, говорил, что лучше идти медленно. Но сам шёл бодро. И мы за ним.
В походе видели и детей лет десяти, и людей за 50, 60, 70. Видела мужчину без рук, мужчину без одной ноги. Видела ребёнка лет восьми–десяти с отцом. Ближе к Эвересту этот отец сгорит под солнцем, похудеет, обрастёт щетиной и будет выглядеть гораздо старше.
В путешествии невольно слышу разговоры других — кто где бывал, в какие горы ещё ходил. Моя первая автоматическая реакция: и я хочу, и мне надо. Точно надо?
Дошли до Намче. Перед ним — пост, где нужно платить за вход на территорию национального парка. Пока ждали, я достала кешью, поделилась с Рикардо и с мужчиной, который сидел рядом. Он вежливо взял один орешек и заговорил. Оказалось, это японец возраста моего отца (1959 г. р.), который до сих пор работает. Он рассказал, что молодым японцам сложно уйти в долгий отпуск, и только ближе к пенсии удаётся начать путешествовать. Он идёт по тому же маршруту, что и мы, с гидом, но на два дня дольше. К нашему разговору присоединились два швейцарца. А началось всё с одного кешью. Делиться всем меня научили китайцы.
Намче — большая деревня, центр покупок для окрестных деревень. Тут есть массаж, кофейни, парикмахерские. Хочешь — пицца, хочешь — бургер (минус качество).
В Намче мы остались на две ночи для акклиматизации. Нужно соблюдать порядок подъёма: не слишком быстро, иначе разовьётся высотная болезнь.
Наша гостиница называется «Шамбала». В буддийской традиции это мифическая страна мудрости и гармонии. А я помню времена, когда мы в школу ходили с «красивыми» пакетами с надписью Shambala. Значение слова для меня расширилось.
В Намче есть смотровая площадка, откуда видно вершину Эвереста. Тут я впервые и увидела самую высокую точку мира. Так волнительно, что я даже прослезилась. В школе на уроках географии что Эверест, что Марс были одним и тем же — недостижимым и непонятным. А тут я это своими глазами вижу. Прелесть. Хотелось посидеть, подумать, но нужно было идти в гору. Интересно, что человека, который хочет полюбоваться пейзажем, уважают меньше, чем того, кто хочет сделать фото. Если нужно сделать фото, и гид остановится, и люди место уступят.
Для привыкания к высоте в день акклиматизации мы поднялись на 3800 метров. Было много туристов. Вокруг белоснежные горы. Пасутся яки, летают вертолёты. Было красиво. Когда спустились, у меня заболела голова, пришлось выпить парацетамол — помогло.
День 4
Сегодня шли до Тенгбоче (3860 м). По ощущению — семь из десяти по сложности. Мимо быстро проходили носильщики, делали короткие перекуры. Они носят тяжести на высоте, еще и курить здоровья хватает!
К трём часам были в Тенгбоче. Пришли слишком быстро, нужно было идти медленнее, чтобы не выматываться. Успели попасть в буддийский храм на Мани Римду — фестиваль шерпов, который проходит только в монастырях региона Эвереста. Центральная часть — танцы лам в масках. Каждый танец символизирует либо победу над хаосом, либо защиту учения, либо путь человека от незнания к мудрости. Сопровождается всё мантрами и ритуальной музыкой. Понятно? Мне нет. Ни после прочтения информации, ни после увиденного. Мы с Рикардо сначала смотрели сценку про пьяницу — длинную и нудную — и ушли. Вернувшись позже, застали танцы в странных костюмах под низкие звуки длинных труб. Главный персонаж в какой-то момент разделся до штанов и стал припадать на конец шпаги. Описать это труднее, чем увидеть. Видео лежит у меня в Телеграме:
https://t.me/sergeyevnachavashla/3102
На представление пришли местные. Бабушки сидели в первом ряду. Им дали банку Red Bull во время сценки про пьяниц. Было любопытно наблюдать, как они её распивали: первая отлила немного в ладонь, выпила с ладони, передала следующей — и так весь ряд. Австрийский энергетик на высоте 3800 м, где у туристов даже душа бесплатного нет.
Во время ужина внезапно погас свет. Все одновременно: «А?» Когда свет вернулся — общее «А-а-ах!». Рикардо заметил, как универсальны эти звуки в разных языках. А меня каждый раз умиляет, как люди из разных стран вечером выстраиваются у одного умывальника и чистят зубы одинаковыми простыми щётками.
На треке приятно то, что здесь все одинаково немытые, в спортивной одежде. Нет деления на «Порше» и автобус, бренд и нонейм. Даже если экипировка у кого-то дорогая, это всё равно спортивка, и она во мне не провоцирует сравнения.
Здесь на высоте выращивают картофель, который завезли в 1850-х. По пути встречаются огромные валуны, расписанные мантрами; обходить их нужно слева. При встрече с гружёными животными надо прижиматься к склону. Носильщиков пропускают так, как удобно им — справа или слева.
Тенгбоче мне понравился. У чайного дома стоял осёл, кормили вкусно, в комнате была даже розетка. Когда в деревне стемнело, а район Эвереста ещё оставался освещённым солнцем, эти дальние горы окрасились в розово-фиолетовый. Позже я вышла посмотреть на звёзды и увидела, как из-за горы появляется полная луна. Она светилась почти как солнце; казалось, от неё расходятся лучи — возможно, мне так привидилось из-за моих очков. Луна осветила вершины, и они выступили из темноты, словно декорации. Странно сравнивать горы с нарисованным, ведь они первичны. Вид был настолько нереальный, величественный, что я заплакала. Я ревела от красоты.
День 5–6
Встретили рассвет. Как только солнечный луч коснулся вершин, они вспыхнули золотом.
Великолепие вокруг было таким, к которому глаз не успевает привыкнуть.
На завтрак съели американский блин с сиропом, похожим на кленовый. Было настолько вкусно, что я ещё полдня вспоминала об этом.
Сегодня мы шли в Дингбоче (4410 м), где нам предстояло провести две ночи для акклиматизации. Дорога сначала проходила через рододендроновый лес. Листья этих деревьев ночью сворачиваются в плотные трубочки, а на солнце расправляются — такие же я видела в Юньнани. Затем мы поднялись на высоту, где деревья уже не росли: только кустарники и валуны. Но даже здесь яки находят себе корм. Кстати, грузы носят только самцы. Самки телятся и дают молоко.
По пути приходили разные мысли. Например, что всё проще, чем кажется. Два плюс два равно четыре, и это знание всегда висит над нами в каком-то общем облаке. Решения тоже там, нужно лишь уметь их достать — для этого и нужен жизненный опыт.
Иногда казалось, что вся цепочка моих решений привела меня именно сюда, к Эвересту. Не судьба и не мистика, а простая логика случайностей: не получилось в свое время купить квартиру в Москве — поехала в Китай; не была бы в Китае — не пошла бы в горы; без гор не натренировалась бы на сложные треки (спасибо Марчину); не познакомилась бы с Лорой, не пошла бы на курсы йоги; без йоги не оказалась бы в Непале. А раз я в Непале — почему бы и не Эверест. Интересно, как на мое будущее повлияет Эверест.
Вторым удовольствием после блина сегодня стал душ. Он нагревался газом и был действительно горячим. Я буквально мяукала от радости под водой, чувствуя каждую тёплую каплю. Помыла голову три раза, но до конца жир всё равно не ушёл. Это был первый и последний душ за весь трек.
В Дингбоче по вечерам все топят дома кто чем может. На улице стоит запах солярки и дыма — не приятно ощущать это в чистой горной долине.
Ночь выдалась тяжёлой. Рикардо слегка похрапывал, что было терпимо, но воздуха не хватало. Приснилось, что я лезу в гору и не могу вдохнуть.
На следующий день акклиматизации мы поднялись на соседнюю вершину. Гид хотел остановиться, но я чувствовала силы и пошла дальше. Отличница во мне стремилась дойти до конца, как другие. Спустя десять минут поняла, что хватит, — и правильно. Когда я сидела, гора передо мной будто начала дышать. Голова закружилась, стало ясно, что пора вниз. Гид сказал, что я просто испугалась, а не заболела высотной болезнью, но всё же решил, что мне лучше начать принимать таблетки заранее. Позже он донёс мой рюкзак сам — такие моменты и показывают, зачем нужен гид: принимать решения и брать ответственность.
После отдыха мне стало легче. Я вышла погулять. Интернета на этой высоте уже не было, поэтому появилось время подумать. Пока Рикардо покупал местный Wi-Fi, чтобы звонить девушке, я решила устроить себе цифровой перерыв. Мне пришла идея детской книги, а ещё я составила игру из вопросов — для компании или для себя:
https://author.today/work/512303
Каждый вечер я мучила Рикардо этими вопросами. Так незаметно мы перешли на более серьёзные темы. Он говорил на своём португало-испанском, я — на своём, и мы прекрасно понимали друг друга.
День 7
Шестой день без кофе. Умываюсь влажными салфетками. Сегодня идём в Лобуче (4910 м). Мы преодолели тяжёлый подъём: сложность была именно из-за высоты, а не из-за тропы. Шли очень медленно, но всё равно сильно задыхались. Во время подъёма я оценила его на девять из десяти, но когда дошли до Лобуче и немного пришли в себя — исправила на восемь.
В отличие от предыдущих поселений, Лобуче не существовало до появления трека. Здесь специально построили чайный дом. И правильно — жить тут постоянно было бы мучением. Холод сильный, кислорода мало, вода только из бочек, из крана не идёт. Зато можно купить кока-колу и заказать пасту на ужин.
Спали, как и раньше, под одеялом и в спальном мешке. На этот раз я надела на себя всё: три куртки и три пары штанов. Окна и двери со щелями, потолок к утру покрылся инеем. На улице было минус пятнадцать. Бразилец ругался и мечтал о пляже. Мне тоже было не по себе.
Я рассказала Рикардо про «Клон» и «Семейные узы» — бразильские сериалы нашего детства. Он их тоже знал. Научила его говорить «Санта Барбара» (этот американский сериал он не смотрел).
День 8
С утра один француз пришёл на завтрак с элегантно завязанным шарфом. Шарман.
Сегодня нужно дойти до Горакшепа (5140 м), оставить вещи и затем подняться до базового лагеря Эвереста. Идти было трудно: холодно, скользко, долго и всё время вверх.
Слышу разговор:
- Наверное, не обязательно надевать крампоны (съемные шипы на обувь).
- Не надо. Тут не так скользко.
И тут я падаю как подтверждение обратного. Достали крампоны.
Вижу передо мной пару, которая говорит по-русски. На ней шапка Кусто. Они впереди, спиной ко мне. Я набираюсь смелости заговорить.
- Откуда вы, ребята?
- Москва.
- Смотрю, на вас шапка «Кусто», чебоксарский бренд. Я из Чебоксар.
- Хороший бренд, я по нему русских узнаю./ Приятно познакомиться.
Ушли, даже не обернулись. Я их понимаю. Она была больна, идти сложно, да и зачем отвлекаться на очередного россиянина, набивающегося на дружелюбие.
После обеда в Горакшепе мы пошли к базовому лагерю вместе с нашим носильщиком, который на этот раз шёл без сумок, для того, чтобы подстраховать нас в случае недомогания. На высоте идти было очень тяжело. Оценила маршрут как «восемь с половиной». Рикардо тоже сильно устал и покраснел — он не принимал таблетки от высоты.
Эверест по-непальски — Sagarmāthā. Дойдя до базового лагеря, мы обнялись от радости. Сделали фотографии у камня с надписью. Туристов было много. Сам Эверест почти не видно — лишь его «носик». Гора лучше видна с тибетской стороны. Высоты вокруг настолько велики, что масштаб теряется: из-за соседних гигантов мощь Эвереста трудно осознать. Как валун, который кажется выше горы, если лечь рядом с ним — всё зависит от точки наблюдения.
Мне было тяжело, и носильщик немного помог с сумкой. В Горакшеп мы вернулись с приятным чувством выполненной миссии. После ужина два часа сидели у печки. Просто сидели — редкий для меня опыт.
Горакшеп тоже построен исключительно под туристов. Здесь продают самую дорогую горячую питьевую воду: 500 рублей за литр. В кранах воды нет, в туалетах стоят бочки. Воду носят из речки. Удивили голуби — непонятно, зачем они себя мучают и живут на такой высоте.
Ночью спать было практически невозможно. Рикардо простудился и храпел сильнее, чем за все дни. Воздуха мало, глубокий вдох не приносит облегчения. Дыхание животом не помогало, ртом дышать тоже не лучше. С полуночи до шести я не спала.
День 9
Настроение оказалось напрямую связано со сном. Утром я была злой: храп, кислород, усталость, необходимость идти ещё три дня. Рикардо простудился, еще у него болела спина. На этот день было запланировано восхождение на Кала-Паттар, но мы отказались — и правильно. Хотелось поскорее спуститься. Казалось, что ад находится не внизу, а здесь, наверху: люксовый ад с лучшими видами на планете, вечной мерзлотой и лавинами. Но ни согреться, ни вдохнуть нормально невозможно.
По дороге видели место, где неделей раньше разбился вертолёт в плохую погоду. Нам повезло: ни снега, ни дождя, ни туманов. Горы, все-таки, - не шутка.
Наконец дошли до Пхериче (4371 м). В сумме мы спустились на 750 м ниже, и дышать снова стало легко. Пошла в кафе, впервые за несколько дней выпила кофе и подключилась к Wi-Fi. Хозяин — шерпа, поднимавшийся на Эверест в 2009 году. «Сложно?» — спросила я. «И да, и нет», — ответил он. Больше он не забирался на вершину: у него семья. Если бы не семья, пошёл бы снова. Из его экспедиции попал под лавину между базовым и первым лагерем.
Рикардо совсем разболелся. Хозяин чайного дома в шутку предложил вернуться в Луклу на вертолёте. Рикардо идея понравилась.
- Скажи, что мне делать? Не знаю, вынесу ли я еще два дня по 18 км.
- Ты же хотел покататься на вертолете.
- Да, это была моя мечта. В принципе, полетать тут, в Гималаях, дешевле и круче, чем в Бразилии.
- 400 долларов все же не малые деньги. Тебе это дорого?
- Да, конечно дорого, но я могу за это заплатить.
- Представь, ты долетел до Луклы на вертолете. Что чувствуешь, разочарование, что потратил столько денег или радость от полета?
- Конечно, радость.
- Тогда лети.
Вечером сидели в зале, я нашла книгу тостов на русском, полистала журналы.
День 10
«Дорого, но могу заплатить» — удивительно точные слова. Рикардо улетел, а хозяин чайного дома получил комиссию. Пока я собиралась в путь, Рикардо уже был в Лукле. То, что он пролетел за десять минут, у нас заняло два дня по восемнадцать километров «непальской плоской» дороги: вверх, вниз, вверх, вниз.
Сегодня шли втроём: я, гид и носильщик. Рассказажу о гиде. Он родом из местных гор, откуда Эверест бесплатно видно каждый день. Плавать он не умеет: зачем ему в горах? У его родителей восемь детей, самая младшая - девочка. Родители очень хотели девочку. Когда она поступила в Австралию, все братья ей скинулись на поездку. Прогресс - это когда мать даже по-непальски читать не умеет, а дочь едет учиться за рубеж.
Мечтой гида была служба в британской армии — один из немногих социальных лифтов. Не приняли из-за кривых зубов и неспособности закрывать один глаз независимо от другого (получается только с одной стороны).
Поход подходил к концу. Мы уже лучше знали друг друга. Тут гид стал чаще намекать на то, что в Непале принято награждать гидов и носильщиков чаевыми. Нас об этом перед поездкой уже в агентстве предупредили. Мы об этом знали. Гид, видимо, очень боялся, что мы не заплатим. В первый раз, когда он сказал, я чуть сморщилась, ну да ладно. В пятый раз я уже про себя закатывала глаза. С другой стороны, он работает за деньги, нам он не друг никакой. Да и я не собираюсь набиваться ему в кумовья. Все же как будто исчезло то душевное, возможно, придуманное, чувство сопоходников. При всем при этом чувак действительно классно выполнял свою работу и заботился о нас.
Прошли 18 км. Появились деревья, дышать стало легче. Шли много, но было хорошо от того, что вот-вот скоро вернемся в цивилизацию.
День 11
Последние 18 км до Луклы. Хотелось только одного — чтобы всё закончилось. По дороге осёл толкнул меня своей поклажей, но обошлось без царапин и ссадин. Заметила, что местные дети идут в школу к десяти утра. Какая хорошая идея, можно выспаться.
Учила гида произношению английских слов, хотя он не просил. Учитель во мне не выключается. Отправь меня в джунгли, я и там найду кого учить.
В Лукле я заплакала: от радости, от усталости, от ощущения масштаба всего пережитого. Я рада, что прошла этот путь. Я увидела невероятные пейзажи, поняла цену кислороду, познакомилась с интересными людьми. У меня получилось.
Купила горячий шоколад, а вечером — ещё один. Утром счёт показался большим. Оказалось, я заплатила и за свои кружки, и за Рикардо — просто мы ошиблись в расчетах. Внутренний справедливый контролёр остался доволен.
Каждый день я жила мыслью, что завтра будет сложнее. Так оно и было. Но было сложно порционно, постепенно, под присмотром гида. «Tranquilo, спокойно, не спеши», — говорил Рикардо, когда видел, как я суечусь.
Самолет, потом долгая поездка на автобусе. Хотела бы сказать по дорогам, но такое дорогами не назовешь. В какой-то момент мы спустились прямо к реке, пересекли огромную лужу и поехали по грунтовой дороге вдоль горной реки. И это только часть всех автобусных прелестей.
Сейчас я в прекрасном отеле. Добраться до него было так же ценно, как и дойти до Эвереста.
Оффтопчик
Размышления о скромности. Бывает скромность от стеснительности, а бывает — от правила «не хвалиться, чтобы не показаться высокомерным». Но такая скромность, кажется, тоже от эго — от ощущения, что ты лучше других. Точно так же, как и хвастливость.
Мысль от Рикардо: «Люди не меняются, они эволюционируют».
Если хочешь выучить немного английского конкретно под поход к базовому лагерю Эвереста, напиши мне. Можно даже практически с нулевым английским. Я научу именно тому, что пригодится, дам эмоциональную поддержку, настрою на поход. Нам понадобится не так много уроков. Я тебе дам все инструменты для общения на английском, которыми ты сможешь пользоваться во время похода.
# английский для похода к базовому лагерю Эвереста
Практическая информация о Непале от меня тут