— Анечка, твоя бабушка... — начала та и замолчала, не в силах продолжить.
Сердце ухнуло вниз. Анна знала, что бабуля последнее время плохо себя чувствовала, но все надеялась, что это пройдет. Семьдесят восемь лет — не шутка, конечно, но бабушка всегда была крепкой, бодрой.
— Что случилось? — прошептала Анна.
— Вчера вечером сердце остановилось. Мирно, во сне. Я утром зашла, как всегда, чай попить, а она... — тетя Зина всхлипнула. — Похоронное бюро уже забрало. Документы все у меня, я ключи взяла.
Анна схватилась за дверной косяк. Мир словно покачнулся. Бабушка была единственным близким человеком после смерти родителей. Строгая, но справедливая, она воспитала Анну после того, как автокатастрофа в один миг сделала девочку сиротой.
Похороны прошли скромно. Бабушка не любила пышности, и Анна постаралась все сделать так, как бы та хотела. Венки, традиционные поминки в доме культуры, немногочисленные соседи и дальние родственники, которых Анна видела раз в десять лет.
После поминок к ней подошел мужчина средних лет в дорогом костюме.
— Анна Михайловна? Меня зовут Сергей Петрович Климов, я нотариус. Мне нужно поговорить с вами о завещании вашей бабушки.
— Какое завещание? — удивилась Анна. — Бабуля никогда не говорила ни о каком завещании.
— Тем не менее, оно есть. Екатерина Ивановна обратилась ко мне полгода назад. Могли бы вы завтра подъехать в контору? Там все обсудим подробнее.
Анна кивнула, хотя в голове крутились вопросы. Что могла оставить бабушка? Квартиру-однушку в старом доме, да мебель советских времен. Может, какие-то сбережения, но бабуля жила на одну пенсию, экономила на всем.
На следующий день в нотариальной конторе Анна узнала, что бабушка действительно составила завещание. И оно оказалось неожиданным.
— Итак, — Сергей Петрович поправил очки и развернул документ. — Екатерина Ивановна завещает вам квартиру по улице Садовой, дом семнадцать, квартиру номер пять. А также все имущество, находящееся в данной квартире.
— Простите, но это какая-то ошибка, — перебила Анна. — Моя бабушка жила на Ленина, дом двадцать два. Никакой квартиры на Садовой у нее не было.
Нотариус внимательно посмотрел на нее:
— Ошибки нет. У Екатерины Ивановны действительно была еще одна квартира. Видимо, она не считала нужным вас посвящать. Хотите посмотреть документы на собственность?
Анна растерянно кивнула. Нотариус протянул ей справку из Росреестра. Действительно, бабушка была собственницей двухкомнатной квартиры в центре города.
— Но я ничего не понимаю, — пробормотала Анна. — Откуда у нее вторая квартира? И почему она мне ничего не говорила?
— Это уже не мой вопрос, — развел руками Сергей Петрович. — Моя задача — довести до вашего сведения содержание завещания. Будете оформлять наследство?
Анна задумалась. Что-то в этой истории ее насторожило. Почему бабушка скрывала квартиру? Может, там какие-то проблемы? Долги, обременения?
— А какие расходы на оформление? — спросила она.
— Госпошлина, услуги нотариуса, технические расходы... В общей сложности около ста тысяч рублей.
У Анны таких денег не было. После смерти бабушки она осталась практически без средств. Работала продавцом в небольшом магазинчике, зарплата едва хватала на еду и коммунальные платежи.
— Можно подумать? — попросила она.
— Конечно. На принятие наследства у вас есть шесть месяцев. Но затягивать не советую — потом будет сложнее.
Дома Анна металась по комнате, пытаясь понять, что делать. Сто тысяч рублей — это для нее огромные деньги. А вдруг эта квартира проблемная? Может, там долги за коммунальные услуги? Или еще хуже — какие-то криминальные истории?
Она попыталась расспросить соседей о бабушке, но те только пожимали плечами. Тетя Зина сказала:
— Катя была скрытная. Мало что о себе рассказывала. Только знаю, что работала когда-то на швейной фабрике. Но это давно было, еще в советское время.
Анна попробовала найти адрес в интернете, посмотреть, что это за дом, в каком он состоянии. Фотографии показали обычную пятиэтажку семидесятых годов постройки. Ничего особенного.
Прошло несколько дней, а Анна все не могла решиться. Деньги на оформление взять было негде. Зарплату она получала только через неделю, да и то небольшую.
— Слушай, — сказала ей подруга Света, — а может, стоит рискнуть? Возьми займ, оформи наследство. Квартира в центре — это же всегда хорошо.
— А если там какие-то проблемы? — возразила Анна. — Мало ли что. Бабуля не просто так скрывала.
— Да какие проблемы? Ну, в худшем случае продашь ее быстро, даже с убытком, и займ вернешь.
Но Анна боялась рисковать. У нее не было опыта в недвижимости, она не понимала всех тонкостей. А вдруг действительно окажется, что квартира обременена долгами или еще чем-то?
Через неделю к ней домой пришла незнакомая женщина лет пятидесяти.
— Вы Анна, внучка Екатерины Ивановны? — спросила она с порога.
— Да, а вы кто?
— Меня зовут Ольга Степановна. Я... была знакома с вашей бабушкой. Слышала, что она скончалась. Соболезную.
Женщина помялась, потом продолжила:
— Я знаю про квартиру на Садовой. Екатерина Ивановна мне рассказывала, что завещает ее вам. Хочу предложить сделку.
— Какую сделку?
— Откажитесь от наследства в мою пользу. Я готова заплатить вам за это триста тысяч рублей. Сразу, наличными.
Анна опешила. Триста тысяч рублей — для нее это были огромные деньги. Больше, чем она зарабатывала за два года.
— Но почему? — спросила она. — Зачем вам эта квартира?
Ольга Степановна отвела взгляд:
— У меня сентиментальные причины. Я когда-то там жила. Хочется вернуться.
— А откуда у вас такие деньги?
— Это мои проблемы. Деньги чистые, можете не волноваться. Подумайте над предложением. Вот моя визитка, позвоните, когда решите.
После ухода женщины Анна долго сидела на кухне, вертя в руках визитку. Триста тысяч рублей решили бы многие ее проблемы. Можно было бы снять нормальную квартиру, не ютиться в этой однушке. Купить хорошую одежду, может, даже машину подержанную.
А с другой стороны — зачем этой Ольге Степановне квартира, если она готова платить такие деньги? Может, квартира стоит гораздо больше?
Анна попыталась найти информацию о ценах на недвижимость в том районе. Оказалось, что двушки там продаются за полтора-два миллиона рублей. Но это новые, отремонтированные. А квартира бабушки наверняка в плачевном состоянии.
Света настаивала:
— Бери деньги и не думай! Триста тысяч на руки — это же мечта! А возиться с оформлением, потом искать покупателей, делать ремонт... Морока одна.
— Но что-то здесь не так, — сомневалась Анна. — Почему эта женщина так хочет именно эту квартиру?
— Да какая разница? Может, там действительно сентиментальная история. Или еще что. Главное, что ты получишь деньги без всяких хлопот.
В конце концов, Анна решилась. Позвонила Ольге Степановне и согласилась на сделку. Встретились у нотариуса, и Анна написала отказ от наследства. Ольга Степановна тут же передала ей триста тысяч рублей наличными.
— Спасибо, — сказала она, пожимая Анне руку. — Вы не пожалеете.
Анна действительно не жалела. Триста тысяч рублей кардинально изменили ее жизнь. Она смогла переехать в нормальную двухкомнатную квартиру, купить новую мебель, одежду. Даже отпуск себе позволила — впервые за много лет поехала на море.
Прошел почти год. Анна уже привыкла к новой жизни и почти забыла о той истории с наследством. И вдруг как гром среди ясного неба — звонок от Светы.
— Ань, ты сидишь? — взволнованно спросила подруга.
— Да, а что случилось?
— Включи новости! Там про твою бабушкину квартиру говорят!
Анна быстро нашла новостной сюжет в интернете. Ведущая рассказывала о том, что в центре города найден тайник с драгоценностями военных времен. Клад обнаружили при ремонте квартиры в доме на Садовой, семнадцать.
— Владелица квартиры Ольга Степановна Кузнецова рассказала, что искала этот тайник много лет, — продолжала журналистка. — Оказывается, во время войны в этой квартире жила ее бабушка, которая спрятала фамильные драгоценности. По предварительным оценкам экспертов, стоимость клада составляет около десяти миллионов рублей.
У Анны потемнело в глазах. Она перечитала новость несколько раз, не веря написанному. Десять миллионов рублей. А она продала право на это за триста тысяч.
Телефон зазвонил снова. Звонила Света.
— Ну что, видела новости? — спросила подруга.
— Видела, — глухо ответила Анна.
— Слушай, а может, можно как-то это оспорить? Ведь тебя обманули!
— Ничего меня не обманули, — горько сказала Анна. — Я сама согласилась на сделку. Юридически все чисто.
— Но ты же не знала про клад!
— А Ольга Степановна знала. Видимо, поэтому и искала эту квартиру.
Анна положила трубку и долго сидела в тишине. В голове проносились мысли о том, как могла бы сложиться ее жизнь с десятью миллионами рублей. Можно было бы купить хорошую квартиру, машину, открыть свое дело. Обеспечить себе безбедную жизнь на много лет вперед.
А теперь что? У нее осталось от тех трехсот тысяч не так много. Квартиру она снимала, мебель купила, на отпуск потратилась. Работать все равно приходилось на той же должности продавца.
Вечером позвонила мама Светы, тетя Галя. Она всегда относилась к Анне по-матерински, особенно после смерти бабушки.
— Анечка, доченька, слышала про эту историю, — сказала она сочувственно. — Знаешь что, не грызи себя. Что сделано, то сделано. Не ты первая, не ты последняя.
— Но десять миллионов, тетя Галя! — воскликнула Анна. — Я просто не могу в это поверить!
— А ты подумай вот о чем. Если бы тогда не продала, смогла бы найти этот клад? Ведь эта Ольга искала его специально, знала, где копать. А ты бы так и жила в обычной квартире, и ничего бы не нашла.
— Может быть, — неуверенно сказала Анна.
— Вот именно. А триста тысяч рублей ты получила просто так, за подпись на бумажке. Это тоже немало. Другие люди годами такие деньги зарабатывают.
Тетя Галя была права, но Анна все равно не могла успокоиться. Ей казалось, что судьба подшутила над ней самым жестоким образом. Сначала дала шанс разбогатеть, а потом отобрала его в последний момент.
Она попробовала найти Ольгу Степановну, хотела с ней поговорить. Но телефон больше не отвечал, а по адресу из визитки оказалась совсем другая фирма.
— Кузнецова? — переспросила секретарь. — Нет, у нас такой сотрудницы никогда не было. Может, вы ошиблись адресом?
Выходило, что Ольга Степановна дала ей фальшивую визитку. Впрочем, это уже не имело значения. Деньги Анна получила, расписку подписала. Даже если бы нашла эту женщину, что могла бы ей сказать?
Постепенно жизнь вошла в привычную колею. Анна продолжала работать, жить в съемной квартире. Деньги от продажи наследства потихоньку заканчивались. Иногда, особенно по вечерам, она думала о том, как все могло сложиться по-другому. Но потом брала себя в руки и напоминала, что жизнь продолжается.
— Знаешь, — сказала однажды Света, — может, это и к лучшему. Такие большие деньги — это же большая ответственность. Люди из-за них с ума сходят, родственников перессорятся. А так у тебя все спокойно.
— Спокойно, — согласилась Анна, но в голосе слышалась грусть.
Она часто думала о бабушке. Знала ли та про клад? И если знала, то почему ничего не сказала внучке? Может, хотела сделать сюрприз? Или считала, что такие деньги принесут только беду?
Ответов на эти вопросы Анна так и не нашла. Осталось только гадать, что думала бабушка, составляя завещание. И сожалеть о том, что не решилась тогда рискнуть и оформить наследство самостоятельно.
Но жизнь научила ее одному — нельзя долго жить прошлым. Что было, то было. Нужно двигаться дальше и радоваться тому, что есть. А у нее, в конце концов, было немало хорошего. Здоровье, работа, крыша над головой. И память о бабушке, которая любила ее и хотела оставить что-то на память.
Пусть это "что-то" досталось другим. Зато совесть у Анны была чиста — она никого не обманула и ничего не украла. А это тоже кое-что стоило.