В ЦРУ Москву называли самым опасным городом для разведчика. За каждым американским дипломатом следили десятки сотрудников КГБ.
В Лэнгли Москву называли самым опасным городом для американского разведчика. За каждым дипломатом из посольства США здесь следили по десять человек наружного наблюдения, меняясь посменно. За Мартой Петерсон не следил никто. Контрразведчики КГБ просто не поверили, что женщине можно доверить серьезную оперативную работу.
Почти два года она гуляла по ночной Москве одна, закладывала тайники для самого ценного агента ЦРУ в СССР. Пока однажды вечером не поняла, что идет прямо в ловушку.
Вдова с одним чемоданом
Когда Марта прилетела в Москву, ей только исполнилось тридцать. Самолет приземлился в Шереметьево холодным ноябрьским вечером 1975 года. Её поселили в гостинице "Пекин" на Большой Садовой, в номере, похожем на дешевый американский мотель. Выцветший ковер, пыльные кресла с продавленными сиденьями, тусклая лампа под потолком.
Глубокой ночью зазвонил телефон. Она подняла трубку, но на том конце молчали. Положила обратно. Именно так, с ночного звонка в пустоту, началась её московская жизнь.
*****
Три года назад в джунглях Лаоса разбился вертолет. 19 октября 1972 года погиб Джон Петерсон, её муж, инструктор ЦРУ, готовивший местные отряды для войны с коммунистами. Марта решила продолжить его дело. Выучила русский, прошла все курсы подготовки в Лэнгли и попросила отправить её туда, где опаснее всего. Её направили в Москву.
*****
В посольстве США Марту оформили вице-консулом. Официально она занималась паспортами и визами. На самом деле была единственной связной агента под кодовым именем Тригон.
Девушка с дипломатической неприкосновенностью
Сотрудники наружного наблюдения КГБ не сразу взяли Марту под контроль. А когда начали за ней следить, то докладывали:
"Видели ее спящей на лестничной площадке жилого сектора в неподобающем виде", писали они в отчетах на Лубянку.
Марта пила в американском клубе, развлекалась с морпехами из охраны посольства. Могла запросто подойти к милиционерам у здания посольства и поцеловать каждого в щеку. Словом, вела себя как типичная американская туристка.
Через несколько месяцев наружку сняли. В КГБ решили, что эта вульгарная девица просто блатная. Наверное, дочка или избранница какого-то важного американца. Слишком быстро она получила должность вице-консула. И для шпионажа явно не годится.
Так Марта стала невидимкой. Единственной женщиной-агентом ЦРУ в Москве, за которой не следили.
Человек с зелеными глазами
За кодовым именем Тригон скрывался Александр Огородник, тридцатишестилетний сотрудник министерства иностранных дел. Он передавал в Лэнгли секретные документы о планах советского руководства в отношении Китая и Соединенных Штатов.
Завербовали его в Боготе классическим способом. Колумбийская студентка Пилар, работавшая на ЦРУ, закрутила с ним роман. Через несколько месяцев ему показали компрометирующие фотографии. Для советского дипломата и члена партии это означало конец карьеры.
Именно тогда Огородник и согласился сотрудничать.
Деньги платили хорошие. Тысяча рублей наличными каждый месяц и еще десять тысяч долларов на специальный счет в американском банке. За два с половиной года работы на него накапали 319 тысяч долларов.
"Самая важная разведывательная информация, которую я когда-либо читал", - так оценил материалы Огородника государственный секретарь Генри Киссинджер.
Огородник обожал женщин, шампанское и любил красиво выглядеть. В тайниках Марта оставляла для него не только деньги с инструкциями. Еще изумруды для будущей невесты. И цветные контактные линзы, зеленые, тонированные. В Советском Союзе такой штуки вообще не было, а огороднику так хотелось казаться романтичным зеленоглазым красавцем.
Встречи в темноте
Марта ни разу не видела Огородника.
"Марте было запрещено иметь личный контакт с информатором", - записано в документах операции.
Вся их связь проходила через тайники.
Поздними вечерами она бродила по пустым паркам и темным окраинам города. Прятала серые контейнеры, похожие на обломки асфальта, в трещинах мостовой или нишах старых зданий. Внутри лежали миниатюрные фотоаппараты, свернутые рулоном советские рубли, инструкции на микропленке. Иногда забирала из условленных мест грязные пакеты от молока. В них Огородник прятал пленку с фотографиями секретных документов.
Ей было холодно, страшно и очень одиноко. Навстречу в темноте могли попасться не только сотрудники КГБ. Она шла одна по ночному городу, пряча под одеждой специальный приемник для прослушивания радиопереговоров наружки. Правда, переговоров не было. За ней никто не следил.
"Я тосковала, чувствовала себя одинокой. Мне было непривычно, грустно и страшно", - напишет потом Марта в мемуарах о своей московской жизни.
Но почти два года всё шло хорошо. Слишком хорошо, чтобы это могло продолжаться вечно.
Капсула в ручке
Весной 1977 года Огородник начал нервничать. В своих донесениях в Лэнгли он жаловался на бессонницу и сильные боли в груди. Просил присылать лекарства. Чувствовал, что его вычислили.
13 апреля 1977 года записал в дневнике:
"Я никогда не переживал так сильно, как вчера. Теперь я человек, который давно для себя решил, что не умру дряхлеющим в постели".
Попросил у Марты особый груз. Авторучку с капсулой яда на случай ареста. В штаб-квартире ЦРУ сначала отказывались, считали это аморальным. Но Огородник настаивал. Ему передали ручку через тайник. Потом он попросил вторую. Сказал, что первую в панике уронил в Москву-реку. Марта передала и вторую.
Вечером 22 июня 1977 года Огородника встретили у входа в его квартиру на Краснопресненской набережной, дом два, корпус один. Провели в квартиру вместе с понятыми. Начали обыск. Нашли всю шпионскую экипировку, контейнеры с микропленками, инструкции, специальный радиоприемник.
Огородник попросил бумагу, чтобы написать заявление председателю КГБ. Сел за письменный стол. Взял свою авторучку. Через минуту ему стало плохо. Вызвали скорую, но помочь уже не смогли. По официальной версии, он отравился ядом из капсулы, спрятанной в кнопке ручки. По другой версии, просто не выдержало сердце от страха.
Ловушка на мосту
В ЦРУ не знали о смерти своего агента, КГБ держал информацию в строжайшем секрете.
Вскоре Марта получила сигнал от резидентуры. Нужно идти на место, оставить очередной контейнер для Тригона. Внутри, как обычно, лежали миниатюрные фотоаппараты, советские рубли и инструкции на микропленке.
Вечером 15 июля она припарковала машину возле кинотеатра "Россия". Купила билет на последний сеанс. Показывали "Красное и черное" по роману Стендаля. Села в кресло рядом с запасным выходом. На ней было белое платье с крупными цветами, хорошо заметное в темноте.
Наружное наблюдение следило издалека. Но Марта встала, незаметно проскользнула к служебному выходу и исчезла. Через десять минут вышла из кинотеатра уже в другой одежде. На ней был темный брючный костюм, в котором она была похожа на молодого мужчину.
В половине одиннадцатого вечера она поднялась на мост. Дошла до башни с правой стороны, со стороны Новодевичьего монастыря. В глубокой каменной нише оставила серый контейнер. Развернулась и пошла обратно к лестнице.
Внизу её поджидали трое мужчин. Двое мгновенно схватили за руки. Первая мысль Марты была, что её собираются ограбить. Она начала громко кричать. Кричала, чтобы предупредить Тригона, если он был где-то поблизости. Не знала Марта, что агента уже нет в живых.
Четыре часа на Лубянке
В два часа ночи 16 июля в здании на Лубянке, в допросной комнате Второго главного управления КГБ, сидела американка. Рядом примостился консул из посольства США, специально вызванный через МИД. На столе лежал вскрытый серый контейнер со всем шпионским содержимым.
Марте Петерсон исполнилось тридцать два года. Она только что вошла в историю как первая женщина из ЦРУ, пойманная в Москве с поличным при проведении операции. Четыре часа её держали в комнате, изучая содержимое контейнера и составляя протоколы.
Потом отпустили. Дипломатическая неприкосновенность защищала даже пойманных с поличным шпионов. На следующий день советское правительство объявило её персоной нон грата. Марта покинула Москву первым же рейсом. В её квартире остались книги, одежда, всякие мелочи. Всё это осталось в городе навсегда, как и два года её жизни.
После
В июне 1978 года, почти через год после ареста, газета "Известия" опубликовала сенсационную статью с фотографией Марты на допросе. Это был ответный ход в шпионских играх.
Незадолго до этого в Америке арестовали трёх советских разведчиков, и КГБ нужно было отвечать ударом на удар. Американский посол явился в МИД с просьбой:
"Не предавать случившееся гласности. Это будет высоко оценено правительством США".
Но было уже поздно, решение принял лично Юрий Андропов.
По его же личному распоряжению Юлиан Семёнов написал роман "ТАСС уполномочен заявить". История Огородника легла в основу сюжета про агента Тригона. Правда, в телесериале вместо Марты на мост идёт пожилой невзрачный агент Лунс. Женщину показывать не стали, чтобы не вызывать у зрителей лишних симпатий.
23 ноября 1978 года, через четыре месяца после высылки из СССР, Марта вышла замуж второй раз. Её избранником стал Стивен Шоги, чиновник государственного департамента. Они познакомились ещё в американском посольстве в Москве. У них родились двое детей, сын Тайлер и дочь Лора. Только через семнадцать лет Марта рассказала им, что когда-то была шпионкой.
Она продолжила работу в ЦРУ до 2003 года. Преподавала в учебном центре в Лэнгли. Рассказывала будущим агентам, как правильно вести себя при задержании. Как кричать, брыкаться и демонстрировать знание местной брани, чтобы предупредить товарищей об опасности.
В 2012 году, в возрасте шестидесяти семи лет, она опубликовала мемуары под названием "Вдова-шпионка". Подробно описала свою московскую жизнь. Холодные вечера в пустых парках. Страх перед каждым новым тайником. Одиночество в чужом, непонятном городе. И тот момент на Краснолужском мосту, когда она поняла, что попалась.