Из дневника Георгия Димитрова 27 августа 1941 года:
"Говорил с И[осифом] В[иссарионовичем Сталиным] о польских делах. «Лучше создать Рабочую партию Польши с коммун[истической] программой. Коммун[истическая] партия пугает не только чужих, но даже и некоторых наших». На данном этапе — борьба за национальное освобождение. Конечно, не лейбор[истская] партия, как в Англии. Гитлер[овский] режим закаляет коммунистов. Нас сделал такими царизм".
Речь здесь идет о том, чтобы в названии создаваемой заново коммунистической партии Польши не было названия "коммунистическая", поскольку слово "коммунизм" звучит для людей почти как слово "проказа".
С одной стороны, Сталин прав, конечно. И это достаточно умно с его стороны понимать, что слово "коммунистическая" отпугивает людей. Но, с другой стороны, Сталин ведь воспринимается коммунистами как лидер. А реально? Реально - он аморальный деспот, грузин, решивший эксплуатировать русский национализм для создания своей личной империи, антисемит, захвативший власть в еврейской партии и перебивший в ней все старые закаленные кадры, союзник Гитлера, заключивший с нацистами пакт. И мы видим, что и здесь Сталин остается верным себе. Говорит, дескать, слово "коммунистическая" отпугивает и некоторых "наших". Каких еще "наших"?
Сталин - откровенный предатель не только с точки зрения доверившегося ему русского народа, но и с точки зрения коммунистов, в случае, если мы представим, что головы коммунистов могли бы содержать мозг. Впрочем, биологически у коммунистов, конечно, есть в чере.пушках мозг. Но он у них там нефункционален. И в этом и разница между людьми и зомби. Люди имеют способности к анализу, люди трезвы, люди если и доверяют, то проверяют. И если что-то замечают то говорят: "А это еще что?" Зомби не только не видят ничего, но и не хотят видеть. Зомби жутко боятся той ситуации, если окажется, что они неправы. Потому что они не знают, что делать в такой ситуации. Поэтому они внушает себе, что они правы, и они стараются не замечать никаких противоречий. До абсурда. Что ни делай, зомби будет твердить, да, да, да, все правильно, товарищ Сталин, как скажете.