Вспомнила детский стишок, вроде бы Заходера, хотя не уверена:
...Возьмём это самое слово опять -
Зачем мы его произносим,
Хотя мы свободно могли бы сказать
Ошесть, и осемь, и овосемь!..
Почему я вдруг его вспомнила? Да потому что опять! Опять у меня стащили стихотворение, причем неоднократно опубликованное, и в том числе в бумаге. Стихотворение, однажды выигравшее конкурс стихотворений о музыке...
И надо же, размещенное без указания авторства, с измененным названием и переиначенными несколькими последними строками.
Всё залайканое и захваленое читателями-почитателями автора блога.
Не, ну не наглость?
Испанский стыд , вот что я чувствую.
Такое бывало, но давно.
И тогда утащили короткий стишок, опубликованный в местной газете - в другую, московскую. Я тогда просто отправила в редакцию скан страницы нашей газеты с числом и ещё скан страницы альманаха с тем же стихотворением и номером, с указанием года издания. Передо мной они тогда извинились, но опровержения так и не напечатали, а я рукой махнула. Честно говоря, просто лень было устраивать бурю в стакане воды. В конце концов, что я, Пушкин, что ли.
- Вряд ли что-то изменится в огромном мире, если в газете имя автора уточнят - так я подумала, - всё равно никто меня не знает.
Вот и сейчас. Сгоряча написала хозяйке блога, что авторство надо указывать, а теперь сижу и думаю: а зачем? Что от этого поменяется?
Мне кажется, я бы так не возмутилась, не испорти она последнюю строфу!
Вот это действительно же безобразие - когда пишешь что-то, то хочешь внести это в мир именно так!
А не в искаженном виде.
Ведь это как если бы королева бала вышла в полонезе - и с подбитым глазом.
Короче, буря давно забытых чувств. Аж давление подскочило (вот это уж точно сдуру , гордыня - плохо).
О каком стихотворении речь? Вот об этом.
*
Танцовщица
Я не прима – я в кордебалете.
Фон и декорация живая.
Со спектакля еду не в карете –
В дребезжащем стареньком трамвае.
Быть должна прозрачной и воздушной –
Это мне легко с моей зарплатой.
Комнатёнка в коммуналке душной
Так пуста, что кажется палатой.
Ноют ноги, вечно зябнут руки,
И в груди – комок дрожащий колет.
Я устала, я с собой в разлуке,
Я живу как будто поневоле.
Не об этом в детстве я мечтала,
Твердо зная: стану балериной.
О вторых ролях я не слыхала,
И не сомневалась, – буду примой.
Я на сцене "пятый лебедь справа"
Или "третья девушка с цветами".
Хоть бы раз мне, вовсе не для славы,
Поменяться с примою местами!
Знаю: люди нервно руки стиснут,
И сердца у них забьются чаще,
Как за смыслом жизни устремившись
За душой, над сценою парящей.
Я единой плотью стану с залом,
Их судьбы и веры воплощеньем.
Нерожденным, новым, небывалым
Музыки единственным решеньем.
Ждать, что это будет – нестерпимо.
Люди, здесь я, сзади, у кулисы!
Я прошу вас, не смотрите мимо.
Я не фон.
Я знаю.
Я – Актриса.
