НАЧАЛО ЗДЕСЬ
Глава 51
«Недосказанность»
С того момента, как Катя узнала о своём бесплодии, она была сама не своя. Ей казалось, что жизнь закончилась, так и не успев начаться. Молодая, красивая, с виду здоровая девушка внутри оказалась пустой.
У неё просто в голове не укладывается, как такое могло произойти. Неужели она всю жизнь будет расплачиваться за ошибки своих родителей? За что судьба лишила её счастья быть матерью? За что?! А ведь она так мечтала об этом, так хотела подарить Вадиму ребёнка! Их общего ребёнка. С его глазами и её упрямством. А теперь… что ей теперь делать? Как смотреть в глаза мужу? Как она скажет ему о том, что у них никогда не будет детей, которых они так хотели, о которых шептались по вечерам, придумывая имена и строя планы? А если, узнав обо всём, он её бросит?! Что она будет без него делать? Как она будет жить без человека, который случайно вошёл в её жизнь, оставшись в сердце девушки навсегда! Господи, что ей теперь делать?!..
***
Вадим, приехав домой, очень удивился тому, что его не встречает жена. До этого дня девушка всегда встречала мужа либо на улице, либо в гостиной, либо стояла у окна и, завидев мужа, радостно махала ему рукой. Это стало их ритуалом, маленьким семейным счастьем. Но сегодня почему-то всё было иначе. И это «иначе» кольнуло тревогой где-то под рёбрами.
В гостиной были все, за исключением Кати. Ульяна сидела перед телевизором, который был выключен, и теребила в руках пульт. Раиса Константиновна играла с Димкой, но руки её двигались машинально, а взгляд, то и дело устремлялся к лестнице, туда, где за закрытой дверью пряталась невестка.
Вадим поцеловал увлечённого игрой сына, затем спросил:
- Где Катя? Она дома?
- Она у себя, — тихо ответила Ульяна, обернувшись к отцу.
При этом на лице девушки застыло неподдельное беспокойство.
- Пап, с ней… с ней что-то не так. Она даже не поздоровалась, когда пришла. Просто прошла мимо, как будто нас не видела.
Раиса Константиновна на слова внучки тяжело вздохнула, отложив игрушечный кубик.
- Что-то случилось? — напряжённо спросил Вадим, чувствуя, как внутри всё сжимается от нехорошего предчувствия.
- Да, сынок, видимо, у неё что-то случилось, — с тревогой в голосе ответила Гольданская-старшая. — Она уезжала куда-то утром, а приехала совсем недавно. Но она была какая-то… не такая. Потерянная, глаза красные, руки дрожали. Даже к Димке не подошла, а ведь она всегда первым делом к нему идёт! Убежала к себе, даже не обращая внимания на наши вопросы. Я пыталась до неё достучаться, стучала в дверь, звала, просила открыть, но ничего. Только плач слышала. Такой тихий, надрывный… — голос Раисы Константиновны дрогнул. — Вадим, я волнуюсь. Очень волнуюсь. Вы с ней что, поругались?
- Нет, мама, мы с ней не ругались, — нахмурился Вадим, направляясь к лестнице. — Но я поговорю с ней.
После чего тут же поднялся наверх, находиться в неизвестности у него больше не было сил.
***
Когда Вадим вошёл в комнату, где они жили с Катей, то застал свою жену, собирающую вещи. Она стояла спиной к двери, судорожно засовывая в чемодан всё подряд, свитера, книги, косметичку. Движения Катерины были резкие, нервные. Окинув взглядом чемодан и сумочку, сердце мужчины почувствовало неладное.
- Что это значит? Ты уезжаешь?
Он спросил это не строго, а мягко, нежно, испуганно. Голос предательски дрожал, потому что он боялся ответа. Боялся, что она скажет «да» и уйдёт навсегда. Поэтому Катя не смогла сразу ответить на его вопрос, в горле у неё встал комок от пролитых за день слёз, готовых и сейчас побежать по щекам.
- Я должна уйти, — тихо прошептала она после продолжительной паузы, затем повернулась к мужу.
Лицо её было бледным, глаза опухшие, губы дрожали. Вадим такой её никогда не видел. Даже в самые тяжёлые времена она держалась. А сейчас… сейчас она была на грани.
- Вадим, я прошу тебя, не спрашивай меня ни о чём. Когда я вернусь, то всё тебе объясню, а сейчас отпусти. – Жалобно произнесла она, опустив взгляд.
Смотреть в глаза мужу у неё сейчас не был сил.
- Но… — попытался было возразить он, сделав шаг к ней.
- Умоляю, отпусти! — её голос сорвался на полушёпот, слёзы покатились по щекам.
Потом она подошла к Вадиму и нежно поцеловала его в губы, долго, отчаянно, словно прощаясь, а затем застегнула чемодан, взяла сумочку и быстро вышла из комнаты.
Вадим не стал её останавливать, хотя каждая клетка тела кричала: «Держи! Не отпускай!»
Но он почему-то был уверен, что она обязательно вернётся. Она же ему обещала вернуться, а значит, так и будет! Катя никогда не обманывала. Никогда!
***
Когда Катерина спустилась вниз, в гостиной сидели те же люди. Раиса Константиновна и Ульяна сразу вскочили с мест, устремив на неё полные тревоги взгляды. Увидев девушку с чемоданом, Димка, оставив свою игру, побежал к ней навстречу.
- Мама, мама, смотри, какой я дом построил! Тебе нравится?
- Да, сыночек, нравится, — она крепко обняла его, прижав к себе так, словно боялась отпустить.
Вдохнула запах детских волос, она закрыла глаза.
- Солнышко, - обратилась она к Димке, - маме нужно ненадолго уехать, но она скоро вернётся, так что береги папу и скажи ему, что мама его очень-очень любит!
Она говорила это с трудом, стараясь не расплакаться, словно уходила отсюда навсегда. Голос дрожал, слова давались с болью.
- И тебя я тоже очень сильно люблю! — она поцеловала малыша в щёчку и, взяв вещи, быстро вышла из дома, не оборачиваясь, боялась, что не выдержит и вернётся.
Раиса Константиновна бросилась к двери:
- Катенька! Катюша, постой! — но дверь уже закрылась.
Гольданская-старшая прижала руку к груди, чувствуя, как учащённо бьётся сердце.
- Господи, да что же с ней случилось? – взмолилась она.
Ульяна подошла к бабушке, обняла её за плечи:
- Бабуль, она же сказала, что вернётся. Вернётся ведь, правда? — в голосе Ульяны прозвучала мольба о подтверждении этих слов.
- Конечно, вернётся! – уверенно ответила Раиса Константиновна, - а затем уже тише добавила. — Должна вернуться…
***
***
На этот раз встреча Артура и Кавказца была не столь официальной, как предыдущие. А наоборот, очень даже раскрепощённая, так как проходила в бассейне, в особняке Артура.
После очередного заплыва мужчины уселись за столик, накрытый разными вкусностями. Артур небрежно откинулся на спинку шезлонга, накинув на плечи белый махровый халат. Капли воды стекали по его загорелой коже, волосы были влажными, но даже в таком виде он выглядел собранным, контролирующим ситуацию. Кавказец устроился напротив, массивный, с мокрой спиной, покрытой старыми шрамами, о происхождении которых лучше никогда не спрашивать.
За бокалом благородного напитка янтарного цвета из личного запаса Муразова, они продолжили обсуждение своих планов. Кавказец медленно вращал хрусталь в пальцах, наблюдая, как жидкость образует воронку.
- Значит, нас осталось только трое: я, Суриков и Гольданский, — проговорил Артур, снова отпив из бокала.
Голос мужчины звучал спокойно, даже расслабленно, но глаза оставались холодными, расчётливыми. Он откинулся назад, закинув ногу на ногу, поза победителя, который уже предвкушает триумф.
- Мазина я убрал без проблем, — с усмешкой комментировал Кавказец.
Он провёл ладонью по влажному лицу, сгоняя капли воды.
- Стоило мне только намекнуть на его грязные дела, и он снял свою кандидатуру. Испугался, как мальчишка. Даже не пытался торговаться.
- Да, — облегчённо вздохнул Артур, массируя переносицу, — серьёзный был соперник. Слишком серьёзный. Связи, где нужно, чистая репутация, деньги. Но у всех есть скелеты в шкафу. Нужно только знать, где искать. Что касается Сурикова, так он ничто! Выскочка без мозгов и без реальной поддержки. Сам выдохнется через пару недель. А вот Гольданский будет, пожалуй, похлеще Мазина, так что если в течение двух недель он не снимет свою кандидатуру с предвыборной гонки, придётся его убрать.
Последние слова прозвучали буднично, как будто речь шла о замене неисправного механизма, а не о человеческой жизни. Артур потянулся к столу, взял оливку, медленно раскусил её.
- Так же, как и Серёгу? — тихо, с намёком спросил Кавказец.
Он внимательно смотрел на Артура, изучая реакцию. Но тот даже бровью не повёл.
- Можно и так. Хотя с Гольданским сложнее, он осторожен, всегда с охраной, маршруты меняет. Но нет ничего невозможного. Нужно просто найти правильный момент. Кстати, ты узнал, что за девчонка с ним была тогда в банке? С Серёгой, в ту ночь?
Вопрос прозвучал небрежно, но Кавказец уловил напряжение в голосе Артура. Тот не любил незавершённых дел и неизвестных переменных в уравнении.
- Нет, пока не установили личность. Камеры её толком не зацепили, а Сергей о ней никому не рассказывал. Держал в тайне. Но я думаю, что она о тебе и понятия не имеет, так что расслабься. Скорее всего, случайная пассия на одну ночь. Он же любил развлекаться.
Артур нахмурился, но кивнул. Логика была здравой, но осадок оставался. Слишком много совпадений.
- А что насчёт ограбления, кого-нибудь подозревают?
- Да, того охранника, который был в тот вечер с Сергеем. Парень по фамилии Ковалёв, если не ошибаюсь. У него как раз проблемы финансовые начались. Долги, кредиты, больная мать. Классический мотив. А незадолго до этого он покинул пост начальника охраны, к тому же неплохо разбирался в компьютерах и всяких охранных прибамбасах. В общем, считают, что это он всё задумал, что он впустил грабителей. А убили его потому, что не хотели делиться. Полиция довольна версией. Дело закрывают. Удобно для всех. Ну а мои люди сделаю так, чтобы в это поверили все, даже Гольданский.
Кавказец усмехнулся, отпил из бокала. Идеальная картина, козёл отпущения найден, настоящие виновные вне подозрений.
- Отлично сработано, — довольно кивнул Артур. Он поднял бокал в некоем подобии тоста. — Ладно, давай не будем больше об этом, тем более что уже девочки пришли.
Действительно, за дверью послышались женские голоса и смех. Звонкий, беззаботный, разбавляющий тяжёлую атмосферу разговора. Лёгкие шаги на мраморном полу, шуршание ткани. И буквально через несколько секунд раздвижные стеклянные двери отворились, и появились долгожданные гости. Длинноногие, с безупречными фигурами и непринуждёнными улыбками.
- Мы вас заждались, мальчики, — промурлыкала блондинка, опускаясь на край шезлонга рядом с Артуром.
- Скучно вам там было без нас? — добавила брюнетка, подмигивая Кавказцу.
Атмосфера мгновенно сменилась. Деловой тон уступил место расслабленности. Артур улыбнулся, обаятельно, легко, совсем не так, как минуту назад, когда обсуждал устранение конкурента. Рабочий день закончен, теперь время отдыха.
***
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...