Разговоры про меняющийся климат и потепление океанов кажутся надуманными, пока не касаются нас. Но они уже реальность.
Пляжи Коромандела – настоящая идиллия: волны накатывают на песок, воздух пропитан солью. Здесь рыбаки вытаскивают треску и моллюсков, туристы ловят закаты. Но, согласно докладу Министерства окружающей среды и Статистического управления Новой Зеландии, океан под этой поверхностью нагревается на 34% быстрее мирового уровня.
В том, что здесь так жарко виноваты океанические течения. Из-за климатических сдвигов они замедляются, а атмосферная циркуляция толкает теплый воздух южнее. В результате прибрежные воды греются быстрее чем везде, а субтропический фронт (невидимая граница между холодными южными потоками и теплыми северными) сместился на 120 км к западу.
Такими темпами к 2050 году уровень моря в некоторых районах подскочит на 20–30 сантиметров. Шторм, который раньше случался раз в столетие, станет ежегодным. Уже сейчас 1300 прибрежных домов рискуют серьезными повреждениями от экстремальной погоды, а инфраструктура вообще висит на волоске. Это не просто промоченные ноги — это эвакуации, переезды и счета на миллиарды.
Но океан грозит не только волнами. Еще одна проблема – закисление. Углекислый газ, который мы отправляем в воздух, растворяется в воде, делая ее кислее. Для моллюсков и кораллов это как кислотный дождь: раковины тают, экосистемы рушатся. Рыболовство и аквакультура, приносящие экономике 1,1 миллиарда долларов и 14 тысяч рабочих мест, уже прочувствовали это на себе. Токсичные цветения водорослей отравляют устриц, а инвазивные виды, гости из теплых широт, захватывают ниши местных. В последние годы страна пережила волны морского жара, которые обесцветили губки, уничтожили бурые водоросли, выбросили на берег стаи рыбы и убили пингвинов.
В маленьких рыбацких деревнях, где океан — это хлеб насущный, люди уже перестраивают пирсы повыше и сажают мангровые заросли как щит от эрозии. Мониторинг ведется постоянно, есть и датчики в воде, и спутники наверху, но х**ли толку. Масштаб проблемы такой, что никто не знает, как и когда именно штормы, жара и кислотность соберутся вместе, чтобы добить оставшееся.
К сожалению, эти события — не случайность, а первые трещины в дамбе. Океан Новой Зеландии — зеркало мира, где изменения климата бьют острее всего. И пока он теплеет, вопрос не в том, выстоит ли дамба, а в том, как ее укрепить.
А теперь о том, касается ли это нас. В Арктике океан нагревается не просто быстро — катастрофически быстро. С 1998 года средняя температура вдоль российского арктического берега (если что, это половина всего арктического побережья) подскочила на 5 градусов Цельсия, а в целом Арктика теплеет в четыре раза быстрее глобального среднего. Ежегодно из-за таяния вечной мерзлоты и усиления эрозии море забирает 7000 гектаров суши.
Берега Таймыра и Восточно-Сибирского моря, где раньше стоял ледяной щит, теперь размываются штормами. Это не только ландшафтные перемены — это удар по жизни. Дома в Ямало-Ненецком округе и Чукотке проседают, трубопроводы ломаются.
Рыбаки в Баренцевом море уже ловят новые инвазивные виды, которые теснят местных треску и палтуса. А слишком теплые воды рушат пищевые цепочки: от планктона до белух и нерп. Штормы, которые раньше гасились льдом, теперь бьют с удвоенной силой, полярные вихри, ослабленный потеплением, пропускает южный воздух, порождая климатические аномалии. В России проблема не просто есть — она, пожалуй, не меньше, чем в Новой Зеландии.