Морозко. СССР, 1965. Режиссер Александр Роу. Сценаристы Михаил Вольпин, Николай Эрдман. Актеры: Александр Хвыля, Наталья Седых, Эдуард Изотов, Инна Чурикова, Павел Павленко, Вера Алтайская, Георгий Милляр, Галина Борисова, Татьяна Пельтцер и др. 19,1 млн. зрителей за первый год демонстрации.
Режиссера Александра Роу (1906–1973) не зря называют великим киносказочником, и «Варвара краса – длинная коса», бесспорно, одна из лучших его работ. Всего Александр Роу поставил 16 полнометражных игровых фильмов, многие из которых («Варвара краса – длинная коса», «Огонь, вода и... медные трубы», «Морозко», «Золотые рога» и др.) вошли в число самых кассовых советских кинолент.
Права была киновед Кира Парамонова (1916–2005), «киносказка «Морозко» очаровала всех — и детей и взрослых. Снова здесь был вполне самостоятельный сюжет и в то же время связанный с фольклором, и прежде всего с мотивами многочисленных вариантов сказки «Морозко» и сказки «Об Иване с медвежьей головой». … Здесь мы видим поразительный пример сочетания различных элементов: драмы и комедии, фантастики и бытового юмора, красоты природы и безобразия людского зла, тихого героизма юной девушки и ничтожества разбойничьей лихости. … Удача сценаристов, мастерство режиссера, виртуозное владение им кинематографическими средствами воплощения сказочных чудес, талант его постоянных соавторов–актеров — все это, вместе взятое, привело к неоспоримому успеху. … Каждое звено сюжета продуманно и искусно, с блеском разыграно. Все время Роу умело обогащает сценарную выдумку своей режиссерской. … В каждой сцене есть своя законченность, и в то же время каждый раз словно снова проворачивается, напрягаясь, пружина всего сюжета, чтобы «сработать» в последующем действии. А режиссеру, кажется, все подвластно — смело перемежает он драматические куски с комедийными, мягкий юмор — с гротеском. Сценарий дает для этого богатые возможности, так же как и для яркой характеристики образов, в чем–то традиционных для народных сказок, а в чем–то разработанных по–новому» (Парамонова, 1979).
Кинокритик Петр Шепотинник считает, что волшебная сказка «Морозко» сегодня – это «напоминание об исчезнувшем уникальном жанре русской киносказки. За детским наивом обнаруживаешь столько возвышенности и глубины, профессионализм так отточен, что диву даешься. Роу, думаю, – культовая фигура ближайшего будущего, когда нынче озабоченные «гейм боем» дети, осатанев от «робокопов», поймут, откуда что растет. … Мейерхольдовское обаяние Милляра и Эрдмана» (Шепотинник, 1996: 66).
А киновед Нина Спутницкая полагает, что в «Морозко» «несколько мотивов лаконично переплетены, удивительно тонко совместил Роу искрометный юмор и наивность детской сказки, условное и реалистичное, смешное и трогательное, гротеск и лирику» (Спутницкая, 2018: 225).
Поклонники «Морозко» и сегодня уверены, что «это самый красивый, самый добрый, самый поучительный фильм–сказка всех времен и народов. Его поставил самый лучший постановщик–сказочник в своих самых лучших сказочных традициях. Он получился таким красивым благодаря замечательным художникам и необыкновенным артистам» (Людмила), и «лучшей новогодней сказки, чем «Морозко», нет и не может быть, и это знают все поклонники А. Роу» (Зритель).
Киновед Александр Федоров