Пролог
Роддом №3, октябрь 1998 года. Ночная тишина, прерываемая лишь писком аппаратуры и плачем новорожденных. В полумраке палаты лежат две молодые матери.
Светлана, с синяками под глазами и дрожащими руками, смотрит на завернутую в розовое одеяло дочь. В ее глазах – не любовь, а животный страх. «Кормить надо», – бросает она уставшей медсестре и отворачивается к стене.
Рядом, в частной палате, Ольга Орлова нежно укачивает младенца. Ее муж Роман, сияя, снимает все на видеокамеру. «Наша принцесса», – шепчет Ольга, касаясь губами мягкого темени дочери.
В три часа ночи дежурная медсестра, Мария, делает последний обход. У Светланы она с облегчением забирает ребенка на кормление. У Орловых – после недолгих уговоров, чтобы те отдохнули. В процедурной, под тусклым светом, два младенца лежат рядом. На двоих – один работающий монитор. Звонок телефона. У Марии срочный вызов в другую палату. Суета, спешка… и одна роковая невнимательность.
Утром Светлане приносят пухлую, спокойную девочку с ямочками на щеках. «Похожа на вас», – говорит медсестра. Светлана хмурится: «Не похожа». Но ей все равно.
Ольга, беря на руки своего ребенка, замирает. «Какая-то она… другая», – неуверенно говорит она мужу. «Тебе показалось, солнышко. Все дети в первые дни меняются», – целует ее Роман.
Две двери в роддоме закрылись. Две жизни разошлись на двадцать лет.
Глава 1. Алиса
Сумка с единственными туфлями на каблуке казалась Алисе невыносимо тяжелой. Она стояла перед зеркальным небоскребом, в котором располагалась штаб-квартира «Корпорации Орлова», и чувствовала себя серой мышкой, забредшей в мир хрусталя и стали.
«Ты справишься, Соколова», – прошептала она себе, как делала это все двадцать два года своей жизни. Детский дом, где приходилось бороться за кусок хлеба и место у окна. Школа, где насмешки над ее обносками стихли только после того, как она стала привозить с областных олимпиад золотые медали. Университет по квоте, где она, «бюджетница из приюта», доказывала всем и вся, что ее мозги стоят больше, чем папины деньги однокурсников.
Консьерж в роскошном вестибюле оценил ее скромное пальто и дешевую сумку пренебрежительным взглядом.
– В отдел кадров? К стойке безопасности, слева.
Ее пропуск пискнул зеленым. Лифт, устланный зеркалами, умчал ее на двадцать восьмой этаж. Она глубоко вдохнула. Запах дорогого кофе, свежей кожи и денег. Чужой мир.
Отдел аналитики встретил ее гудящей тишиной. Десятки человек в идеальных костюмах смотрели в мониторы. Ее рабочим местом оказался столик в углу, рядом с комнатой для копирования.
– Соколова?
Алиса вздрогнула. Перед ней стоял мужчина лет тридцати. Высокий, в идеально сидящем темно-сером костюме, без галстука. Его лицо было бы красивым, если бы не выражение холодной скуки. Глаза, цвета старого льда, обжигающе быстрым взглядом оценили ее с ног до головы.
– Я Артем Денисов, ваш начальник. Мне стажеры не нужны. Они путаются под ногами, пьют кофе и совершают дорогостоящие ошибки.
Голос был ровным, без эмоций.
– У вас есть месяц, чтобы доказать, что вы – исключение. Ваши задачи будут появляться в системе. Не подведете – останетесь. Нет – освободите место для кого-то более голодного. Вопросы?
Алиса, проглотив комок в горле, покачала головой.
– Отлично. Приступайте.
Он развернулся и ушел, оставив после себя шлейф дорогого парфюма и ощущение ледяного душа. Алиса сжала кулаки. Голодной? Он и не представлял, насколько она была голодна. Голодна на нормальную жизнь, на уважение, на свой угол. Она не позволит этому холодному цинику ее вышвырнуть.
Она включила компьютер. Первая задача уже ждала ее. Сложный финансовый отчет. Улыбка тронула ее губы. Цифры – ее единственные друзья. Они не предадут.
Просидев над отчетом несколько часов, она подняла глаза и поймала на себе взгляд Денисова. Он стоял в дверях своего кабинета и смотрел на нее. Не оценивая, а… изучая. Как незнакомую формулу. И в его взгляде, помимо профессионального интереса, мелькнуло что-то еще. Что-то, от чего по ее спине побежали мурашки.
Он отвел взгляд, и момент прошел. Но щемящее чувство тревоги и странного предвкушения осталось.
Алиса снова погрузилась в цифры. Она не знала, что лед только что тронулся. И ее аккуратно выстроенный мир вот-вот рухнет.
Глава 2. Карина
Белоснежный кабриолет с ревом вырулил на зарезервированное место у главного входа. Дверь открылась, и на асфальт ступила Карина Орлова в миниатюрных лакированных туфлях-лодочках, которым дождь прошлой ночью был бы смертельным приговором. Ее ультракороткое платье цвета фуксии и массивные солнечные очки кричали о вызове.
Она прошла через вестибюль, игнорируя приветствия охраны, и нажала кнопку лифта, ведущего в пентхаус. Ее отец, Роман Орлов, ждал ее в своем кабинете. Вид у него был тот самый, «гранитный».
– Опять проспала? – его голос был тихим, что делало его еще опаснее.
– Я не просыпала, я выстраивала стратегию, – парировала Карина, сбрасывая с ноги туфлю и разглядывая свой педикюр.
– Стратегию своего позора? – Роман встал из-за стола. – Переговоры с китайцами были сорваны. Твои «партнеры» устроили драку в клубе, и теперь вся пресса пестрит фотографиями моей дочери в обществе наркодилеров!
Карина пожала плечами.
– Это не дилеры, это арт-дилеры. И я ни при чем.
– Хватит! – он ударил кулаком по столу, заставив ее вздрогнуть. – С понедельника – в офис. В отдел аналитики. На обычную должность. Без личного водителя, без безумных кредиток. Научишься ценить то, что имеешь, – вернешь свое. Нет – найдешь себе других родителей.
– Папа! Ты не можешь так!
– Могу. И сделаю. На твоем месте уже работала бы девочка, которая знает цену деньгам. Алиса Соколова. Слышала о такой?
– Кто эта никчемная мышь? – фыркнула Карина.
– Та самая мышь, – холодно сказал Роман, – которая за два дня сделала финансовый анализ, который твой «продвинутый» отдел не мог осилить месяц. Учиться есть у кого.
Он вышел, оставив ее одну. Карина с силой швырнула в стену свой клатч. Эта «Алиса Соколова» уже успела ей насолить. Она достала телефон.
– Денис? – сказала она, глядя в окно на панораму города. – Готовь самолет. Через неделю я должна быть в Ибице. Деньги я у отца выбью. Любой ценой.
Глава 3. Первое задание
Алиса засиделась допоздна, заканчивая свой первый отчет. Офис опустел, горел только свет над ее столом. Она чувствовала приятную усталость и удовлетворение от проделанной работы.
– Усердная пчелка.
Она вздрогнула. В дверях, прислонившись к косяку, стоял Артем Денисов. Он снял пиджак, расстегнул воротник белоснежной рубашки, и в этом образе было что-то опасно непринужденное.
– Я хотела доделать, – сказала Алиса.
– Я видел. – Он подошел ближе, взглянул на ее монитор. – Неплохо. Для начала.
Он облокотился о ее стол, оказавшись слишком близко. От него пахло дымом, кофе и чем-то древесным, дорогим.
– Завтра ко мне заглянет дочь босса. Карина Орлова. Ей нужно занять ее чем-то, что она не сможет запороть с размахом. Придумайте для нее задание. Сложное, но бессмысленное. Чтобы она почувствовала свою значимость и не лезла в реальные проекты.
– И что же ей поручить? – спросила Алиса.
– Я не знаю, – он ухмыльнулся, и в его глазах вспыхнул озорной огонек. – Анализ рынка… леденцов от кашля в Патагонии. Или динамику цен на маникюр белорусских невест за последние пять лет. Проявите фантазию, Соколова.
Он выпрямился, и его взгляд упал на ее скромный ланч-бокс, из которого выглядывал бутерброд с сыром.
– И, кстати, – добавил он на прощание, – настоящий аналитик должен питаться лучше. Завтра в восемь. Не опаздывайте.
Алиса смотрела ему вслед, чувствуя странное смешение раздражения и любопытства. Он был невыносим. Но в его колкостях сквозила какая-то своя, искаженная забота.
На следующее утро Карина Орлова явилась ровно в полдень. Она прошла по отделу, как королева, осматривая свои владения, и остановилась у стола Алисы.
– Так, – она бросила на стол свою сумочку. – Вы, значит, та самая Соколова? Мне нужна полная аналитическая выкладка по эффективности наших рекламных кампаний в Европе за последние три года. С детализацией по городам и возрастным группам. Чтобы у меня было все под рукой. К вечеру.
Это была работа, на которую у команды из пяти человек ушла бы неделя. Алиса поняла – это проверка на прочность. Или саботаж.
– Хорошо, – ровно сказала Алиса. – К вечеру.
Карина удивленно подняла бровь, развернулась и ушла.
Алиса погрузилась в работу. В шесть вечера Артем, проходя мимо, увидел ее за тем же монитором. Он нахмурился.
– Вы все еще здесь? Орлова задала вам свою дурацкую задачку?
– Я ее выполняю.
– Вы что, с ума сошли? Это невозможно сделать за день!
– Возможно, – не отрываясь от экрана, ответила Алиса. – Если знать, где искать данные и не тратить время на перекуры и сплетни.
Он смотрел на нее с новым, незнакомым выражением. Восхищением? Уважением?
– Хорошо, – наконец сказал он. – Я задерживаюсь. Если понадобится помощь... – он не договорил, махнул рукой и ушел к себе в кабинет.
Алиса улыбнулась. Впервые за день она почувствовала, что держит удар. И это было приятно. Она не знала, что в кабинете Денисова уже зажегся свет, и он, сделав вид, что работает, на самом деле наблюдал за ее отражением в темном экране своего монитора.