Людям свойственны переживания. О многом. О важном и неважном. Некоторые переживают настолько, что вгоняют себя в глубокую депрессию. До такой степени, что это отражается на здоровье душевном и физическом. Бывает, что переживания приводят к тому, что справиться с депрессией, паническими атаками и кардионеврозами уже невозможно без помощи специалиста-психиатра.
Я вообще не специалист. Но как человек, переживший разные периоды жизни и по себе знающий, какой бывает степень депрессии и эмоционально-душевной ямы и непонимания, могу сказать — пока не дошли до самой крайней степени отчаянья, справиться с этим можно.
Как? Просто понять, что ужасное состояние, когда человек говорит: «У меня ад в душе, у меня такая боль внутри, что не поверишь. Я не могу спать, не могу есть. Я просто ничего не хочу. И всё, что я делаю, — лежу и смотрю в потолок и думаю, как мне плохо и жизнь моя никчемна». И это не приведёт к таланту, к счастью, к лучшему уровню жизни. Это — самоедство и самоуничтожение. И понимание, что это приведёт только к заболеванию, психической деградации, может даже к помешательству, инфаркту, инсульту, может вас встряхнуть.
Люди переживают обо всём, только в разной степени. Некоторые женщины переживают о том, что у них нет семьи и детей, а им уже за 40. И переживают настолько, хотя они живы, здоровы, имеют жильё и даже собственный бизнес, что их посещают мысли о желании прекратить жить. Их гложет глубокое одиночество. Некоторые мужчины переживают из-за работы. Получив повышение и не справившись с рабочим процессом, начинают настолько сомневаться в себе и боятся, что их осудят за это и посчитают дураками.
Это, кстати, примеры из жизни реальной, а не переживания выдуманных персонажей. Во-первых, с этими людьми нужно говорить. Нужно, чтобы кто-то близкий выслушал их. Понять, конечно, сложно их степень душевной боли. Даже мне понять их сложно. Мне есть с чем сравнивать.
Я умудрилась когда-то вылезти из такого де.рьмища, из которого мало кто способен вылезти вообще. И выслушивать меня, и поддержать, и вообще помочь было некому. Близким людям оказалось всё равно, что со мной будет. Испытывая всепоглощающую жалость к себе, чувство отверженности и никчемности, сильнейшее унижение и бессилие, закапываясь в собственных переживаниях и мыслях, расковыривая постоянно свои душевные раны, я дошла до края. Я почти сошла с ума. Да и было от чего.
Что меня спасло?
Самодисциплина, упрямство. Я просто встала, встряхнулась и начала жить. Сначала как могла, а потом так, как захотела. Не стала городской сумасшедшей, бомжихой и алкоголичкой или суецидницей.
И что я говорю людям, которые не могут справиться со сложностями бытия? Я им говорю: «Что страшного случилось в твоей жизни? Ты умираешь? Ты болен раком? Ты лишился своих детей? Ты голоден? Ты носишь лохмотья? Тебе не на что поесть и существовать? У тебя нет работы? У тебя нет жилья? Тебя ограбили? Тебя держали в яме и пытали? У тебя нет рук или ног? Случился апокалипсис, и мы все умрём?». Конечно нет. С ними ничего такого не случилось. И они говорили: «Ты не понимаешь! Ты не понимаешь, как мне плохо». А я понимаю. Понимаю до такой степени, что знаю каждое слово, которое мне скажут страдающие люди, знаю каждую их эмоцию и каждую их мысль. Но что тогда им делать? Сложить ручки крестиком и лечь умирать? Сесть и рыдать в углу? Возомнить себя Аннами Карениными и взаимодействовать с поездом? Уничтожить себя душевно и физически?
Жить надо! Жить!
Научиться справляться со всем. Избавиться от наивного инфантилизма. И если сами этого не захотят, то любая сложность будет вгонять их в глубокий стресс, и они не перестанут страдать.
И я не устану повторять: исправить можно всё, кроме смерти.
И надо стремиться к хорошему, а не жить, культивируя в себе мысли обо всём ужасном. Пока над нами не хлопнула крышка гроба, пережить можно всё. Или почти всё. Думаю, многие бы сказали: «Говорит легко!» Не легко говорить об этом и не легко с этим справиться, но я утверждаю, что возможно! Я же справилась!