-Госпожа, через три месяца выплата жалованья янычарам, нужно золото. Еще необходимо рассчитаться...
-Я помню, Баязид-паша,- раздраженно перебила его Хюмашах-султан.
После казни Аяза-паши Валиде-султан вновь назначила Баязида Великим визирем.
-В доме Аяза-паши пусто, только вещи можно выставить на продажу, но это долго и не так уж много выйдет.
-Все его золото у евреев, и мы должны его забрать.
-Это невозможно, султанша, Вы же знаете.
-Надо попытаться, больше все равно негде взять. Завтра я сама поеду к ним и поговорю.
-Возьмите с собой Батыра, госпожа. Он, вроде, хорошо с ними ладит.
Хюмашах вздохнула и не ответила. Батыра с собой все же взяла, одной ехать к евреям не хотелось.
Ханна-хатун с помощницей любезно встретили ее, но вопрос о золоте казненного Великого визиря обсуждать отказались.
-Госпожа, все задокументировано. Согласно договору, все золото Аяза-паши переходит к нам.
-Ну хорошо. Тогда я прошу у вас еще один заём.
-Госпожа, но Вы ведь еще прошлый не вернули.
-Мы отдалим все вовремя.
-Мы могли бы снабдить Вас необходимой суммой, но процент будет такой.
Хатун на листочке написала цифры, от которых у госпожи округлились глаза.
-Да это же просто грабёж!
-Иначе никак нельзя, мы же по миру пойдём.
Султанша усмехнулась и обвела глазами роскошную обстановку.
-Вам это точно не грозит,- фыркнула Валиде-султан. -Я все же надеялась на ваше понимание.
-Госпожа, мы Вас безмерно уважаем, но мы много лет именно так ведём дела.
Валиде-султан ушла ни с чем. У кареты она помедлила, ожидая, когда подойдёт Батыр.
-Они создали государство в государстве,- задумчиво сказала Хюмашах. -Они никого и ничего не боятся. Наживаются на людях, которым некуда деваться.
-Что поделать? У них здесь нет конкурентов.
-Ты говорил мне, что есть еще итальянцы-ростовщики...
-Да, но они и рядом с евреями не стоят и такую сумму вряд ли найдут.
-Я хочу к ним съездить, есть у меня одна идея. Ты знаешь дорогу?
-Конечно.
-Хорошо, объясни вознице куда ехать.
Дела у семьи Росси шли неважно, они проигрывали евреям во всем: в клиентуре, суммах, процентах, связях и даже расположении домов и складов. Итальянцы ютились на окраине города, отдав некоторые из земель в залог.
Никола Росси наспех пригладил свой кафтан, волосы и побежал встречать Валиде-султан. Вся его многочисленная родня высыпала во двор и образовала своеобразный живой коридор.
-Госпожа, для нас большая честь принимать Вас у себя.
-Я приехала, чтобы просить у вас некоторую сумму в долг: сто тысяч акче.
Итальянец даже руками всплеснул:
-Ох, госпожа, я при всем желании не могу Вам помочь. У нас нет такой суммы.
-А у ваших родных?- по-итальянски спросила Хюмашах.
-О, Вы говорите по-нашему! Как хорошо! Но мои родные тоже не богаты. Сейчас мы живем за счет мелких торговцев, а особы покрупнее обращаются к евреям.
-У вас же родня по всей Европе, и все они занимаются ростовщичеством. А в Ломбардии у вас самое крупное поселение. Если потрясти всю родню, то наверняка наскребете нужную мне сумму,- вкрадчиво сказала Хюмашах. -За это моя благодарность не будет знать границ. Только подумайте, какая выгода вам сулит от сотрудничества со мной. Мы вернем деньги с процентами, конечно, не такими огромными, как нам предлагала Ханна-хатун, но вы все равно останетесь в плюсе. К тому же, я посодействую, и вам отойдет участок в центре Стамбула, который вы так хотели заполучить, но не смогли.
Глазки у Николы загорелись:
-Это было бы прекрасно! Но конкурировать с еврейской общиной практически невозможно.
-Возможно, я намерена поприжать им хвосты, уж слишком распушили их, как павлины.
-Они вас обидели?- хитро спросил итальянец.
-Скажем так: не пошли навстречу.
Ростовщик отвесил низкий поклон:
-Госпожа, Вы можете на меня положиться. Мы найдём средства, только это потребует времени.
-Мы подождем.
На следующий день Ханна-хатун получила известие, что участок, отданный им в аренду, забрали в пользу итальянских менял. Об этом доложила Эстер-хатун.
-Договор заключался с покойным султаном Ибрагимом, а новый султан, точнее регент, аннулировал его.
-Валиде-султан не имеет права!- вскипела Ханна.
-К сожалению, имеет.
-Валиде-султан решила отомстить... так-так... Очень зря... Такие мелочи не способны нам навредить. Маленькая госпожа обиделась.
-Хюмашах-султан не так проста, как кажется. Со мной она обошлась предельно жестоко: я теперь не у дел. Даже Кесем-султан не смогла на нее повлиять.
Ханна улыбнулась:
-Ничего, с нами ей не справиться.
Следующий удар был нанесен со стороны торговли: еврейским ростовщикам отменили все преференции на ранках.
Пришлось собрать всю общину, чтобы обсудить, что делать дальше. Валиде-султан объявила им войну и наступала по всем фронтам.
***
Во дворце тоже было неспокойно: шехзаде Мехмед снова поругался с шехзаде Ахмедом, и в отместку Мехмед пустил стрелу в его коня.
-Как ты мог выстрелить в лошадь? Несчастное животное задыхалось, пришлось его убить. А бедный Ахмед рыдает, тебе совсем не жаль его?
-Он сам виноват, он жульничал в игре, а я наказал его.
-Кто ты такой, чтобы так наказывать? Кто дал тебе право лишать жизни пусть даже животное?
-Это право мне дает мой статус шехзаде,- высокомерно сказал Мехмед.
-Но Ахмед ведь тоже шехзаде. То есть будет нормально, если он убьет твою лошадь?
-Не убьет, силенок не хватит,- презрительно фыркнул шехзаде.
Хюмашах вскочила на ноги:
-Ну хватит, я итак долго терпела твои выходки. Даже не стала отчитывать тебя, когда ты не пришел на намаз. И это на сорок дней после смерти твоего отца!
-А зачем? Пусть молятся те, кто по нему горюет, и это не я. Все, что мне досталось от отца на память- вот этот шрам!
-Как ты то ни было, ты должен был проявить уважение к покойному,- терпеливо сказала госпожа.
-Я не собираюсь подчиняться этим дурацким правилам!
- Ну и получай наказание!
Валиде-султан вызвала стражников и приказала им сопроводить шехзаде в кафес. Что тут началось! Мехмед рычал как лев, брыкался, вырывался и поносил стражников последними словами.
На крики прибежал Орхан, круглыми глазами следил за старшим братом, прижавшись к матери. Когда шехзаде увели, он, глядя снизу вверх мокрыми от слез глазами, спросил:
-А куда повели Мехмеда? Его казнят?
-Нет, что ты! Конечно нет. Его просто накажут.
-А Ахмед говорил, что всех шехзаде казнят. Возьмут тонкую веревочку и будут душить. Я боюсь, мама.
-Нет, никто вас не казнит. Не бойся. А Мехмед какое-то время посидит взаперти, ему это на пользу.
-Сулейман тоже так говорит...
-Не слушай их! Ты наш султан, и только тебе решать, кого казнить.
-Я не хочу никого убивать.
-Значит, не будешь. Ты будешь самым хорошим султаном.
-Мехмед говорит, что я ненастоящий султан.
Хюмашах ласково погладила сына.
-Самый что ни на есть настоящий.
***
В священный четверг прибыла сама Кесем-султан. Хюмашах ожидала увидеть убитую горем женщину, однако госпожа цвела, как майская роза. Роскошное платье, меха, корона, царственная осанка и властный взгляд. Валиде поняла: время скорби закончилось, султанша готова к новой битве.
Первым делом Кесем-султан заговорила о еврейских ростовщиках.
-Что за политику ты ведёшь, Хюмашах? Столько лет мы налаживали с ними связи, а ты все рушишь. А знаешь ли ты, что большая часть торговли держится на них?
-Знаю, и готова это пресечь. Меня не устраивает, что они стали монополистами и не дают спокойно дышать другим.
-Ты сейчас вся в долгах после этой длительной осады. Где возьмёшь золото?
-Найду,- коротко ответила Валиде-султан.
-Ты совершаешь ошибку.
-Госпожа, прошу Вас, не лезьте в государственные дела.
Кесем-султан недовольно стукнула тростью об пол и поджала губы.
-Эстер зачем от дел отстранила? Никто лучше нее не справится с финансами.
-Она предательница.
-Предательница? К кому она перебежала? Кому служит?
-Вам, госпожа. А должна служить мне!
Султанша рассмеялась, затем резко оборвала смех.
-А почему Мехмед заперт в кафесе? -Он наказан.
-Я знаю про историю с лошадью, это печально, но все же отправить его одного в кафес- это жестоко.
-Ничего, немного охладит голову. Я не собираюсь оставлять его там навсегда, через неделю выйдет.
-Видишь, как тяжело воспитывать детей. А когда это не твои дети- вдвое сложнее. Ты еще слишком молода, он не воспринимает тебя всерьёз. А что будешь делать дальше с тремя подростками?
-Разберусь,- буркнула Хюмашах.
Кесем-султан задела за живое: с шехзаде она никак не могла поладить. И если Сулейман и Ахмед ее по крайней мере слушали, то с Мехмедом все было гораздо сложнее. А вот бабушку они боялись, потому беспрекословно подчинялись.
-Хочешь я останусь и займусь их воспитанием?- вырвал ее из раздумий голос свекрови.
-Нет!- поспешно сказала Хюмашах.
-Ну и мучайся с ними сама!
Кесем-султан ушла, величественно неся свою голову и почти не опираясь на трость.
-Госпожа, а может, стоило ей разрешить остаться?- спросила Фатьма.
-Это же Кесем-султан, ее потом не выпроводишь отсюда. Ладно, столы уже накрыты?
-Да, все собрались, ждут только Вас.
-Тогда идем.
Трапеза проходила оживлённо, султанши обменивались последними новостями, говорили о детях, и только шехзаде Мехмеда обходили стороной, зная, что Валиде-султан не желала о нем слышать.
Подали десерт, Нилюфер-хатун, исполнявшая роль дегустатора при Валиде-султан, перелила аккуратно себе в пиалу четверть щербета и отпила его. Она практически сразу стала задыхаться, а изо рта пошла кровь.
Прибежала лекарша, она всеми силами пыталась вызвать у хатун рвоту. Хюмашах с жалостью смотрела на умирающую девушку, чувствуя себя виноватой.
Нилюфер перенесли в лазарет, чашу с шербетом забрали, чтобы проверить ее содержимое. Валиде-султан приказала убирать со столов, ни о каком продолжении ужина не могло быть и речи.
Всех султанш она позвала в свои покои, чтобы поговорить с ними подальше от любопытных глаз.
-Меня хотели отравить, это очевидно. И сделал это кто-то из вас.
Подперев руки в бока, Айше зло прошипела:
-Почему это Вы нас обвиняете? Да, у нас у всех нет повода любить Вас, но мы не преступницы!
-Айше права,- поддержала сестру Гевхерхан. -И зачем нам Вас травить?
-Возможно, чтобы вернуть вашу матушку во дворец,—предположила Хюмашах.
-У нас и в мыслях такого не было,- сказала Атике.
-Ну конечно!- добавила Кайя.
-Хватит нас обвинять! -наконец не выдержала Кесем-султан. -Ты упрямая, высокомерная девчонка, которая у меня как кость в горле! Ты меня знатно бесишь! Но я не сошла с ума, чтобы травить тебя еще и за общим столом! Там сидели мои дочери! Любая из них могла пострадать.
-Вы вроде верно все говорите, но есть одно "но". Кто-то из вас подсыпал мне яд в шербет, только вы были рядом. Только у вас есть влияние и золото, чтобы подкупить слуг. Больше в этом дворце султанш нет. Я намерена выяснить, кто угрожал моей жизни. И пока идет расследование, ни одна из вас не покинетТоп Капы.
Султанши стали возмущаться, но Хюмашах не собиралась их слушать. Заставив всех замолчать одним взмахом руки, она приказала им выйти.
-Фатьма, приготовьте всем покои, стражникам передай мой приказ: никого не выпускать из дворца. И пусть позовут Батыра-пашу, у меня есть для него работа.
Батыр, узнав об отравлении, ни на шутку испугался.
-Ох, госпожа, как хорошо, что яд сразу проявился и Вы не успели его выпить.
-Нилюфер жалко, похоже, она не выживет.
-Вам нужно о себе побеспокоиться, госпожа.
-Поэтому я тебя и вызвала. Проведи тщательное расследование и найди мне убийцу.
-Как прикажете, госпожа