Эта история немного нестандартна для местного сибирского фольклора, так как злобные духи (так называемые «абасы») не предстают в описания очевидцев как вполне оформленные, физические существа — в большинстве случаев они размыты, не имеют чёткой формы, или вообще предстают в виде неясных силуэтов, прячущихся во тьме. Их лица тем более не удаётся рассмотреть, настолько быстро духи появляются и пропадают. И всё же, именно эту историю любят пересказывать, собравшись у костра, местные, а кто-то особо талантливый и жаждущий поделиться, даже опубликовал статью об абасах в тематическом журнале «Наш край».
Речь пойдёт о двух братьях. Старшему чуть больше тридцати, младший на шест лет моложе. Оба парня были кадровыми, опытными охотниками и отправились в начале осени поохотиться месяц-полтора в дремучие леса, где обитающая дичь не слишком распугана человеком. Для них это не был первый дальний совместный поход, поэтому охотники ни о чём не волновались; всё привычно, всё умеют, лес для ребят — родной дом. Устроили лагерь возле найденной безымянной речки, пройдя изрядное расстояние по лесу. За два дня они соорудили хижину, развели весело потрескивающий огонь в кострище, сложенном из найденных у реки плоских камней, по местной традиции накормили дух огня (имеющий якобы связь со всеми местными духами) провизией и алкоголем, дабы они покровительствовали им. Соорудили подобие вытяжки, чтоб не угореть, с помощью специально для этих целей принесённой раскладной трубы.
Выполнив все необходимые процедуры, добытчики приступили к долгожданной охоте. Дичи было предостаточно, за три дня настреляли полно добычи и уже с удовольствием прикидывали сколько денег получат, когда сдадут добытое в приёмку (дело, уточним, происходило при СССР).
В последующий день пошёл первый снег, необычайно рано для тех мест. Вернувшись с охоты ближе к вечеру, братья спокойно ужинали возле огня в хижине, болтали о делах, о планах на завтра, о женщинах, оставленных дома за сотни километров отсюда. В хижине уютно и тепло, и вдруг они слышат —кто-то ходит за древесной стеной. Звук хрустящих шагов по свежевыпавшему снегу слышен отчётливо. Похватались они за ружья с мыслью — а вдруг медведь пожаловал? Их жилище выдержит при необходимости и метель, и сильный ветер, но если на него навалится массивный зверь, то кто знает, что будет.
Но нет, это не зверь шумит, шаги человеческие вполне, звук приближается к двери хижины и женский голос произносит приятным тембром: «Холодно слишком, пожалуй зайду, погреюсь!». От такого поворота событий братья ошалели совсем. Пока они в ступоре были, дверь в хижину открылась, и внутрь вошла молодая красивая женщина, в легких ботинках, тонком льняном платье до колен, волосы, чёрные как смоль, рассыпались по плечам. Красотка одета явно не по погоде и что она здесь делала – решительно непонятно.
Увидев остолбеневших братьев, незваная гостья, сверкнув жгучим взглядом выразительных карих глаз, заявила, что она дочь главы деревни, находящейся неподалёку отсюда. Добавила, что вышла прогуляться по прилеску, да так получилось, что заблудилась — весь день блуждала по тайге, уже решила, что конец ей настанет, но увидела хижину возле реки и отсвет огня внутри неё, вот и решила зайти. Выбора не было.
Братья переглянулись — окружающую местность они знают неплохо, в радиусе двухсот километров нет никакой деревни. Однако женщина вполне настоящая, симпатичная, только от холода дрожит, несчастная. Естественно они, как джентльмены, предоставили ей место у стола, налили горячей похлёбки, угостили крепким чаем. Она поблагодарила их за всё и жадно накинулась на еду, не переставая при этом болтать о том, как ей повезло.
Старший брат кивал и поддакивал ей, не отводя глаз от выпуклостей женского тела под одеждой, а младший с подозрением поглядывал на гостью. Выбрав момент, младший вышел из хижины проветриться. Снаружи стремительно темнело, но он смог различить на свежему снегу следы пришедшей женщины. Пошёл по цепочке следов совершенно сам не зная зачем, и в итоге следы привели его к берегу речки. А речка-то ещё, конечно, не замёрзшая, и вода в ней ледяная — если бы гостья переплыла через нее вплавь, то она была бы в мокрой одежде. Задумался младший брат и вспомнил про древнюю легенду охотников о старших злых духах, которые живут в дремучих чащах и могут обернуться человеком любого пола. Причём по легенде эти духи настолько сильные, что по сравнению с ними любые другие абасы — так, детская шалость. Не осталось у него сомнений, что пришедшая дама – злобная лесная тварь, которая не просто так заявилась.
В общем, решил парень втихаря нашептать о своих мыслях брату, а потом действовать по сложившимся обстоятельствам.
Вернулся охотник в хижину — а там уже старший в обнимку с женщиной из одной бутылки по очереди пьют, старший братец уже собутыльнице под платье руку норовит запустить. Хотя у самого невеста в посёлке осталась, в следующем году свадьба должна быть. С одной стороны его понять можно: женщина сама на него чуть ли не напрыгивает, а с другой...
Младший попытался вклиниться в их томный разговор, сказав, что охотничья экипировка мокнет под снова начавшим идти снегом, надо бы выйти вдвоём и занести в укрытие, на что получал от брата многозначительный взгляд «Отвали!», а женщина коротко глянула таким свирепым взглядом на мешающего ей парня, что тот не выдержал, отошёл и уселся на топчан в дальнем углу хижины. Ну в конце концов, не на холод же ему идти!
Он сидел с мрачным видом в своём углу, а разгоряченная парочка была всё ближе к постельному этапу, укладываясь на топчане возле огня. Однако выпитое выгнало старшего брата на улицу перед тем, как заняться приятным времяпровождением с красавицей. Младший юркнул за ним наружу. Подскочил, попытался рассказать ему про следы, ведущие к реке, про этот странный взгляд женщины и о том, что врёт она безбожно, но старший брат подвыпил сильно, охвачен желанием страстной ночи, короче, даже слушать не захотел. Кончилось дело тем, что старший пригрозил младшему приличной взбучкой, если тот ему всё обломает. Младший поутих от такого напора, но драться не стал, не хватило бы ему сил успокоить родственника. Плюнул он и сказал, что если будут неприятности от дамочки, то он предупреждал.
Устроилась страстная парочка на топчане и отгородилась самодельной ширмой из плащ-палатки от младшего, прицепив её за крючки к потолку. Огонь погасили, только угли давали красноватый отблеск, пляшущий по стенам. Младшему брату не спалось, лежал он в противоположном углу, невольно вслушивался в характерные звуки и старался заснуть. На всякий случай под одеялом он держал заряженную двустволку. Долго лежал он настороже, но постепенно его сморил сон.
Проснулся младший от чудовищного скрежета. Судя по тому, что угли ещё не все погасли, прошло не так много времени. Странный шум доносился из-за ширмы, и после каждого скрежещущего звука слышался то ли стон, то ли тихий скулёж его незадачливого брата. Младший вскочил с топчана и с ружьём бросился к ширме. Отдёрнул ширму, держа ружьё наготове — и разглядел в полутьме, что на его брате уселся чудовищный чёрный силуэт вовсе не соблазнительных женских форм, со светящимися белыми глазами. Монстр периодически впивался в шею старшего, при этом и слышался скрежещущий звук. Брат же только еле стонет.
Младшему поплохело от такого зрелища, но всё же он в упор выстрелил в морду этого существа, едва оно оторвалось от жертвы и повернулось к нему. Раздался истошный визг, чудовище спрыгнуло с добычи и рвануло к выходу. Младший успел пальнуть ему в спину из второго ствола, тварь снова завопила и вынеся мощным ударом дверь, вылетела из хижины.
Младший расшевелил угли, подбросил дров, добавляя света, и склонился с аптечкой над своим братом — но уже было слишком поздно: глаза у пострадавшего закатились, в горле зияла дыра аж до кости позвоночника, весь топчан и пол рядом в кровищи. В ярости выскочил младший наружу, чтобы покарать убийцу, но ни следов монстра, ни крови от его попаданий на снежном ковре не обнаружилось.
С рассветом парень, пребывая в накатившем на него оцепенении, собрал необходимые вещи и отправился обратно в свой посёлок. Через несколько дней вернулся с группой мужиков забрать тело брата и сжечь проклятую хижины. Ибо по поверьям, жилище, где чудовище забрало жизнь, нужно предать огню.
С тех пор в районе эту речку стали называть Река Злых Духов (Абасы-Юрэгэ) и старались не бывать без особой нужды в тех местах...
Автор идеи: Индиго
Художественная обработка: Дмитрий Чепиков