Андрей смотрел на меня так, словно видел впервые. Наверное, и правда видел. Не покорную жену, готовую терпеть всё, а человека, который способен дать отпор.
— Что ты хочешь? — голос его осип.
Начало этой истории читайте в первой части.
— Справедливости, — я положила папку на стол. — Ты выплатишь все долги, которые оформил на меня. Все до копейки. Вернёшь соседу деньги. Закроешь кредиты. И съедешь из этой квартиры.
— Ты с ума сошла? — он попытался засмеяться, но получилось жалко. — У меня нет таких денег!
— Найдёшь. Или я отнесу эти документы куда следует, и тогда тебе будет ещё хуже. Фальсификация документов, использование чужих данных — это серьёзно, Андрюш.
Он побледнел. Молчал, видимо, прикидывая варианты. Потом сжал кулаки:
— Всё это затеяла мать! Это её идея была!
— Мне всё равно, чья это была идея. Ты согласился. Ты воплотил. Ты предал меня.
Дверь хлопнула — вошла Галина Ивановна. Она явно подслушивала за дверью, потому что сразу начала атаку:
— Вот значит как! Вынюхиваешь, подглядываешь! Андрюша, я же говорила — эта девка не подарок!
— Галина Ивановна, помолчите, — я повернулась к ней. — Иначе и вы попадёте в очень неприятную историю. Вы же соучастница. Все переписки — с вами. План разрабатывали вместе.
Свекровь открыла рот, но ничего не сказала. Впервые за пять лет я видела её растерянной.
— У вас неделя, — я взяла сумку. — Через неделю жду документы о закрытии всех долгов и ваше заявление на развод. Иначе иду к юристу с этими бумагами. И поверьте, я не шучу.
Я ушла. Просто взяла сумку и вышла из квартиры, оставив их вдвоём. Пошла к Вике, попросилась переночевать. Та встретила меня с распростёртыми объятьями:
— Давай! Рассказывай всё!
За чаем я выложила ей всю историю. Вика слушала, ахала, качала головой:
— Вот сволочи! А я-то думала, Андрей нормальный мужик. Тихий такой.
— Тихий, — я усмехнулась. — Только вот за этой тихостью столько гадости пряталось.
Ночью не спалось. Я лежала на раскладушке в Викиной комнате и думала — а правильно ли я поступаю? Может, надо было просто уйти, забыть, начать новую жизнь? Но нет. Если я сейчас отступлю, они так и будут считать, что со мной можно делать что угодно. Что я слабая и безвольная.
Утром позвонил Андрей. Голос сломанный, жалкий:
— Лен, давай встретимся. Поговорим нормально.
— Говорить не о чем. Жду документы.
— Послушай, я достану деньги. Честно. Закрою всё. Только не разводись со мной. Пожалуйста.
Я даже растерялась:
— Ты серьёзно? После всего, что ты сделал, ты просишь меня остаться?
— Я был дураком! — он почти кричал. — Мать мне всю голову заморочила! Говорила, что ты меня не любишь, что используешь! Что надо проверить, настоящая ты или нет! Я повёлся, понимаешь?
— Проверить? — я не поверила своим ушам. — Ты разрушил мне жизнь, чтобы проверить, люблю ли я тебя?
— Ну... не совсем так... — он замялся. — Там ещё девушка была, но это ошибка! Минутная слабость! Я люблю тебя, Ленка!
— До свидания, Андрей.
Я отключила телефон. И поняла — всё. Я больше не чувствую к нему ничего. Ни любви, ни злости, ни жалости. Пустота. Он выжег всё, что между нами было.
Через три дня пришло сообщение от Галины Ивановны. Она просила о встрече. Наедине.
Мы встретились в кафе. Свекровь выглядела усталой, постаревшей. Села напротив и долго молчала, мешая ложечкой кофе.
— Я хочу всё объяснить, — наконец сказала она.
— Мне не нужны объяснения.
— Но ты выслушай! — она подалась вперёд. — Я действительно хотела, чтобы вы развелись. Но не потому, что ненавижу тебя. Я видела, как мой сын меняется. Он стал скрытным, лживым. Встречался с этой девкой, врал тебе и мне. Я думала — если вы разойдётесь, он образумится. Поймёт, что натворил.
— И вы решили помочь ему разрушить мою жизнь? — я холодно посмотрела на неё.
— Я не думала, что он зайдёт так далеко! — Галина Ивановна сжала салфетку. — Я говорила — намекни Лене на развод, объясни ситуацию. А он взял и оформил кредиты! Я узнала об этом, когда вы уже уехали на море!
Врала она или нет — не знаю. Но в её глазах читалось отчаяние.
— Я верну тебе деньги, — она достала конверт. — Это пятьдесят тысяч. Остальное принесу через неделю. Продам свои украшения. И ещё попрошу у сестры займ. Только не губи Андрея. Он и так уже понял, что натворил.
Я взяла конверт. Открыла — действительно, деньги.
— Хорошо. Но развод всё равно будет.
— Я знаю, — она кивнула. — Ты права. Вы больше не пара.
Следующий месяц прошёл в беготне по инстанциям. Галина Ивановна, как ни странно, слово сдержала. Притащила остальные деньги, помогла закрыть кредиты, вернула долг соседу. Андрей ходил мрачнее тучи, но спорить не пытался. Подписал все бумаги на развод.
А потом случилось то, чего я совсем не ожидала.
В дверь позвонили. Я открыла — на пороге стояла та самая блондинка с фотографии. Только теперь она была не такая весёлая. Глаза красные, косметика размазана.
— Вы Лена? — спросила она.
— Да. А вы?
— Я Оксана. Подруга... бывшая подруга Андрея. Можно войти?
Я пропустила её. Оксана прошла в комнату, огляделась, села на край дивана.
— Я узнала про вас только вчера, — начала она. — Андрей говорил, что он не женат. Что свободен. Мы встречались полгода, и я... я думала, что он меня любит.
— Полгода, — повторила я. — Значит, ещё дольше, чем я думала.
— Вчера его мать позвонила мне, — Оксана вытерла глаза. — Всё рассказала. Про жену, про долги, про то, что он использовал меня как прикрытие. Чтобы вы с ним развелись, а он получил квартиру.
Я сидела и понимала — эта девушка такая же жертва, как и я. Андрей обманул нас обеих.
— Мне очень жаль, — сказала Оксана. — Если бы я знала... Я бы никогда...
— Я верю, — я налила ей воды. — Вы не виноваты. Виноват он.
Мы проговорили ещё полчаса. Оказалось, Андрей наплёл ей, что я его бывшая жена, что мы давно развелись, что он свободен. Оксана поверила. А когда узнала правду — разорвала с ним все связи.
— Знаете что самое смешное? — сказала она на прощание. — Он мне вчера названивал, просил вернуться. Говорил, что теперь точно разведётся, что мы будем вместе. Но я поняла — с таким человеком счастья не будет. Если он предал один раз, предаст и второй.
Когда она ушла, я долго сидела у окна. И чувствовала — внутри что-то отпускает. Вся эта история, боль, обида, злость — всё уходит. Остаётся только усталость. И странное чувство свободы.
Развод оформили через два месяца. Андрей съехал от матери — пришлось, потому что Галина Ивановна сказала, что больше не хочет его видеть. Он снял какую-то комнату на окраине.
А я осталась в квартире. Оказалось, свекровь передарила свою долю мне. Просто пришла с нотариусом и переоформила документы.
— Это моя компенсация, — сказала она. — За то, что я разрушила твою семью. Хотя, если честно, это ты её разрушила сама. Я просто помогла тебе увидеть правду раньше, чем было бы слишком поздно.
Я смотрела на неё и не знала, что сказать. Благодарить? Прощать?
— Галина Ивановна, зачем вы это делаете?
Она усмехнулась:
— Потому что я наконец поняла — мой сын такой же, как его отец. Мой первый муж, отец Андрея, точно так же поступил со мной тридцать лет назад. Завёл любовницу, оформил долги на моё имя, хотел сбежать. Только я тогда струсила. Простила, осталась. И всю жизнь потом жалела. Ты оказалась сильнее меня, Лена. И я хочу, чтобы у тебя было будущее. Нормальное, без моего сына.
Она ушла, а я осталась стоять посреди квартиры, которая теперь была полностью моей. И впервые за много месяцев почувствовала — я справилась. Я не сломалась, не убежала, не дала себя уничтожить.
Прошёл год. Я сделала ремонт в квартире, сменила работу на более интересную, записалась на курсы английского. Жизнь постепенно налаживалась.
Однажды встретила Андрея в супермаркете. Он выглядел потрёпанным, постаревшим. Увидел меня и попытался улыбнуться:
— Привет, Лен. Как дела?
— Хорошо, — ответила я. И это была правда.
— Я слышал, мать отдала тебе квартиру, — он потупился. — Молодец, что не отказалась.
— Андрей, я же не дура, — я усмехнулась. — Это моя компенсация за пять лет жизни с тобой.
Он кивнул, помялся:
— Я понимаю, что ты меня никогда не простишь. Но я хочу, чтобы ты знала — я жалею. Очень сильно жалею.
— Я тоже, — сказала я. — Жалею, что потратила на тебя столько времени. Но знаешь что? Эта история научила меня главному — никогда не верить человеку просто потому, что он клянётся в любви. Верить нужно поступкам. А твои поступки показали всё.
Я развернулась и пошла к кассе. Оглянулась — он так и стоял в проходе между полками, маленький, несчастный, жалкий. И я не чувствовала ни жалости, ни злости. Только лёгкое недоумение — как я могла любить этого человека?
Дома меня ждал сюрприз. Вика сидела на лестнице с бутылкой шампанского:
— Ленка, поздравляю! Я тут случайно узнала — помнишь ту фирму, куда ты резюме отправляла? Они тебя берут! Звонили мне по ошибке, думали, я твоя сестра.
Мы открыли шампанское прямо в коридоре. Смеялись, обнимались, строили планы.
А вечером, когда я осталась одна, села у окна с бокалом вина. Смотрела на огни города и думала — как же странно всё складывается. Год назад я стояла на этом же месте и не знала, как жить дальше. Думала, что жизнь кончена. А сейчас понимаю — она только начинается.
Месяц спустя я случайно встретила Галину Ивановну на улице. Она была не одна — рядом шёл приятный мужчина её возраста, и они о чём-то смеялись.
— Лена! — свекровь обрадовалась. — Знакомься, это Виктор. Мы... ну, в общем, встречаемся.
Виктор пожал мне руку, улыбнулся. И я вдруг поняла — Галина Ивановна тоже освободилась. Отпустила сына, его проблемы, и наконец начала жить для себя.
— Я рада за вас, — сказала я искренне.
— И я за тебя рада, — она сжала мою руку. — Ты молодец, Лена. Ты справилась.
Вечером того же дня мне написал незнакомый номер: «Привет. Меня зовут Денис. Мы встречались в лифте неделю назад, ты уронила ключи. Я тогда постеснялся спросить номер телефона, но твоя соседка Вика дала мне его. Может, сходим куда-нибудь?»
Я улыбнулась. Вот же Вика, не может усидеть спокойно. Хотела было отказаться — рано ещё, не зажили раны. Но потом подумала — а почему нет? Жизнь продолжается. И я заслужила быть счастливой.
«Давайте, — написала я. — В субботу свободна».
И знаете, что самое смешное? Когда я нажала «отправить», за стеной раздался грохот и вопль. Это была квартира, куда въехал Андрей после того, как мать его выгнала. Он снял комнату у моей соседки этажом выше. И теперь каждый день слышал, как я живу, смеюсь, встречаюсь с друзьями. Как живу без него. И счастлива.
Ирония судьбы? Пожалуй. Но мне нравится.