Я недоуменно смотрю, как меняется его лицо, когда он видит штамп о разводе.
— В чем дело?..
Андрей бросает на меня быстрый взгляд и отдает документ. После чего устремляет в окно задумчивый взгляд.
Приносят горячее и он снова командует:
— Ешь! Ты похудела… — и опять отворачивается к окну.
А у меня кусок в горло не лезет. Интуитивно чувствую, что-то в его настроении изменилось, но никак не могу уловить сути. Сам ничего не ест, смотрит в одну точку, как зомби. Вечер загадок какой-то…
***
— Я, кстати, не женат, — произносит ровно, потирая переносицу.
Улыбаясь себе под нос, быстро нахожу в телефоне фото, пересланное мне Светой, и протягиваю ему гаджет.
— Серьезно?! Это тогда что?!
— Где ты это откапала? — спрашивает он, беглым взглядом скользнув по экрану.
— В интернете!
— Врешь… Если б сама нашла, знала бы, что это фото шестилетней давности, — я задерживаю дыхание и замираю, — Хочешь угадаю, откуда оно у тебя?.. Это твоя подружка Света… она тебе подсунула его?
— Откуда ты знаешь?.. — нервно сглатываю я.
— Ясно, — скорее себе, чем мне, тихо говорит он.
Ясно?! Лично мне ничего не ясно!!! Сначала обвиняет в преследовании, потом муж, паспорт, теперь еще Света. Она здесь, вообще, каким боком?! В голове каша из осколков, которые мне никак не удается собрать в одно целое. Ощущение такое, что вокруг тебя происходит нечто важное, в котором ты играешь первостепенную роль, а ты об этом ничего не знаешь.
— Андрей, объясни мне, я ничего не понимаю… — робко прошу, глядя на его профиль.
Он переводит на меня взгляд и, взяв со стола стакан с виски, делает из него большой глоток. А потом берет со стола свой телефон, тычет в него несколько раз пальцем и разворачивает ко мне экраном.
— Как объяснишь это? — приподнимает одну бровь.
На экране фото, сделанное на моем дне рождения еще в прошлом году. На нем Влад, я и Денис на природе. Помню, в тот день была прекрасная погода, несвойственная для конца августа, и мы решили устроить пикник у реки. Сын держит торт, а тогда еще действующий муж, обнимая, целует меня в щеку. Я же счастливо смеюсь.
— Откуда оно у тебя?! — округляю глаза. Я, правда, не понимаю… Этого снимка совершенно точно нет в интернете, потому что я не зарегистрирована ни в одной из социальных сетей. Как он попал к Андрею?!
— Здесь вы не выглядите, как разведенная пара… — пальцы мужчины отбивают чечетку на столе.
— Конечно, ведь это прошлогоднее фото… — говорю уверенно, глядя ему прямо в глаза, — сейчас покажу…
Нахожу фотографию в своем телефоне.
— Вот, видишь дату?..
— Вижу.
Орловский растирает лицо руками и одним глотком осушает стакан.
— Я звонил ей в начале сентября. Ее телефон остался в базе отеля. Просил твой номер… — начинает говорить, — она отказала… сказала, что ты счастлива в браке и никакого развода не было. Якобы твой муж сходил налево, ты об этом узнала и в отместку наставила ему рога… со мной…
Чувствую, как во мне поднимается буря протеста. И каждое его следующее слово лишь усиливает ее.
— …а потом, как ни в чем, ни бывало, вернулась в объятия горячо любимого супруга…
— Врешь… — цежу сквозь зубы.
— …слезно просила не лезть в вашу семью и не портить тебе жизнь. Сказала, что ты жутко стыдишься той… как же… — выразительно поднимает глаза к потолку, — а, вспомнил… жутко стыдишься той ГРЯЗНОЙ СВЯЗИ. Вдогонку кинула фотку счастливой семьи.
Я истерично смеюсь. Наверное, несколько громче, чем того позволяет окружающая обстановка. Но не могу сдержаться. Во мне кипит гнев, требуя выхода. Клянусь, еще одно слово и переверну стол прямо ему на колени.
— Ты думаешь, я поверю тебе?! Сказочник!.. Света никогда бы так не сделала! Никогда!!! — выкрикиваю сквозь смех.
— Значит, ей ты веришь, Куколка, а мне нет?.. — мягко улыбается, накрывая мою руку своей. Я резко выдергиваю ее и случайно локтем скидываю вилку на пол. Та со звоном падает под столом. Это меня немного отрезвляет. Андрея же моя истерика, кажется, совсем не смущает, но попытку взять мою руку повторить не пытается.
— С какой стати я должна тебе верить, Андрей?! Я о тебе вообще ничего не знаю, ты врал мне… — горько усмехаюсь, — а со Светой мы со школьной скамьи вместе! Она мне ближе, чем сестра, ясно! Да она лучше себе руку отрежет, чем навредит мне!!!
— Позвони ей… — он наклоняется ко мне, насколько это позволяет стоящий между нами стол.
Ощущение, что его глаза цвета стали проникают в самую душу. Пытаются воздействовать на мое сознание. И у них получается. Я обессиленно опускаю плечи и киваю.
— Я позвоню…
Не прерывая зрительного контакта, Орловский встает и протягивает руку.
— Пойдем.
***
Ни о чем не спрашивая и ни о чем не думая, иду вслед за ним. Я снова попалась. Теряю волю, гордость, стыд, лишь бы он не отпускал моей ладони.
Останавливаемся у лифта с табличкой «Служебный». Через секунду двери открываются и мы оказываемся внутри.
— Разве можно…
- Нам можно, — перебивает Андрей, не дав договорить.
А потом вдруг берет двумя пальцами меня за подбородок и заставляет на себя посмотреть.
— Ты очень наивна, Катя… Нельзя судить людей по себе. Ни к чему хорошему это не приводит.
По телу проходит легкая дрожь, я теряю связь с окружающей действительностью, и мозг окончательно отключается. Я не знаю, почему он так действует на меня. Всегда действовал. Только он. В его присутствии все мои рецепторы настроены только на него.
— Ключ, — просит он, когда мы приближаемся к моему номеру.
Открывает дверь и, легонько подталкивая меня в спину, входит следом. В комнате темно, мы не включаем свет. Лишь новогодняя иллюминация с улицы разбрасывает мутные блики по стенам и потолку.
— Позвони ей… сейчас… — тихо требует, — давай разберемся с этим раз и навсегда.
— Я не могу, у нас уже ночь… позвоню завтра…
— Звони или это сделаю я!..
Закусив нижнюю губу, нахожу контакт Светы, но никак не решаюсь нажать кнопку вызова. В голове сумбур. Слишком много случившегося для одного вечера. Слишком. Но даже в таком состоянии я четко понимаю, что эта кнопка перевернет мою жизнь. Слова Андрея подтвердятся, а это значит, что меня предал самый близкий человек после мамы.
— Ну… — его голос выводит меня из оцепения, и я нажимаю вызов.
— Включи на громкую…
Света отвечает со второго гудка, наверное, сидела в своем Instagram. Вздыхаю от облегчения, когда понимаю, что я ее не разбудила.
— Катя… что-то случилось?.. — спрашивает встревоженно.
— Света, я в Москве… — от волнения мой голос хрипнет.
— Оу! И как?! Все получилось?!
— Света… я Андрея встретила… — в трубке повисает молчание, — скажи мне, это правда, что он рассказал?.. — в ответ тишина, гляжу в экран, подозревая, что связь прервалась, но нет… — Света…
— Катюнь, я как лучше хочу… Он тебе не пара, пойми… — ласково говорит она, — разбередит тебе душу и опять бросит…
- Ты не имела права… — перебиваю ее.
— Не имела права, говоришь?! Ты себя летом видела?! Ходила черная вся, будто кто-то умер!..
Я резко отворачиваюсь от Орловского, отскакивая от него на пару метров, нелепо надеясь, что он не слышал ее слов.
— Зачем ты так?.. Света… не тебе решать…
— Значит, это ты названиваешь в мой офис? — врывается в наш разговор голос Андрея.
— Я! — после короткого раздумья чеканит подруга.
— Зачем?
— Уже не важно… — отвечает она и отключается.
Этого не может быть… Все нутро сжимается от боли, а тело охватывает озноб. Дрожь идет изнутри. Дрожат руки, ноги, губы. Мелко стучат зубы. По щеке скатывается слеза. Я, надеюсь, что незаметно, смахиваю ее кончиками пальцев.
— Зачем ты искал номер моего телефона?.. — голос звучит так сипло, что сама не узнаю его.
Андрей неслышно подходит сзади и, развернув меня за плечи, бережно прижимает к себе. Его руки скользят по спине, зарываются в волосы. Прикрываю глаза и обнимаю его за талию, утыкаясь носом в шею. Это все, что мне нужно. Обнимать и дышать им.
— Хотел все исправить… — хрипло шепчет в волосы.
Мне послышалось?.. Или я сплю?.. Хотел все исправить?.. Я поднимаю голову, чтобы посмотреть ему в глаза, понять, шутит он или нет.
Нет, не шутит. Во взгляде столько нежности и… боли?.. А еще тоска… так хорошо мне знакомая.
Ведет кончиками пальцев по щеке, обводит губы и приподнимает подборок.
— Ты же понимаешь, что я никуда сегодня не уйду… — выдыхает в сантиметре от моего приоткрытого рта.
— Не уходи… — касаюсь твердых губ.
И он срывается. Впечатывается в меня губами, сразу же проникая языком в мой рот. Одновременно руками сдирает свитер и бюстгальтер. Отстраняется и какое-то время просто пожирает меня глазами. Я стою, не шевелясь и не закрываясь. Даю ему смотреть на себя.
— Куколка… — шелестит его голос.
Присаживается, стягивая с меня сапоги, а затем юбку с колготками. Я стою перед ним в одних черных кружевных стрингах. В то время, как он полностью одет. Кожа покрывается мурашками то ли от прохладного воздуха, то ли от его тяжелого взгляда.
Накрывает грудь ладонью, сжимает пальцами сосок. Тихий стон срывается с моих губ. Он резким движением сбрасывает с плеч пиджак и начинает расстегивать рубашку.
— Я сама… — хочу сама… я так мечтала об этом.
Андрей, не теряя времени, берется за пряжку ремня. А я за пуговицы. Медленно, одну за другой вытаскиваю их из петелек. Время от времени прерываюсь, чтобы поцеловать накачанную, высоко вздымающуюся, грудь, лизнуть твердый сосок. Вынимаю из манжет запонки и снимаю рубашку.
***
Я не помню, как мы оказываемся на кровати. Помню его жадные губы и руки, горячий рот и горящие глаза.
— Ты скучала по мне?..
— Очень… — зарываюсь руками в его волосы, — а ты?
— А я подыхал… — втягивает сосок в рот.
Слезы счастья текут по лицу. Теперь он меня не отпустит. Не отпустит, ведь?.. Я выгибаюсь навстречу его рукам. Хрипло стону, когда его язык вырисовывает узоры на моем животе, и инстинктивно раздвигаю ноги, когда он прижимается горячим ртом к лобку через черное кружево.
Когда Андрей отодвигает полоску трусиков в сторону и начинает гладить складки пальцами, я просто улетаю.
— Бля… такая мокрая… — ныряет двумя пальцами внутрь, — девочка моя сладкая…
— Андрей!!! — кричу я, — пожалуйста!!!
Резкими движениями рвет стринги по боковым швам, и тряпочка улетает в неизвестном направлении. Стягивает боксеры и накрывает меня своим телом. Долго целует мое мокрое лицо, собирая все до единой слезинки, и рывком входит в меня.
Как же хорошо. Правильно, так, как и должно быть. Внизу живота уже давно пылает пожар, но я не хочу, чтобы он торопился. И он не торопится, двигается не спеша, растягивает удовольствие, смакует меня, пьет мелкими глотками. Никаких изысканных ласк — миссионерская поза, вот так — тело к телу, глаза в глаза.
Я выгибаюсь ему навстречу, когда пружина внизу живота закручивается туже, впиваюсь ногтями в крепкие плечи, больно закусываю нижнюю губу.
— Хочешь кончить?.. — удерживает рукой мое лицо.
— Хочу… — распахиваю я глаза.
— Кончай.
В этот же миг я содрогаюсь в оргазме. Он накрывает как цунами, волнами. На несколько мгновений я слепну и глохну.
— Андрей!!! — хватаю воздух ртом.
— На меня смотри! Катя! — доносится до меня его голос.
Я послушно открываю глаза, облизывая языком сухие губы, и встречаюсь с его безумным взглядом. Толчок, еще…
— Ох, блядь… — с утробным рыком кончает и обессиленно падает на меня.
********************
А потом минут двадцать мы просто лежим — он на спине, я у него на плече. Молча. Андрей перебирает мои пряди, время от времени целует в макушку. Я лениво вывожу пальцем узоры на его груди. Каждый из нас думает о своем. А подумать, есть о чем. Меня тревожит наше завтра и будет ли оно у нас вообще. Если будет, то какое…
— Почему ты тогда не взяла мой подарок? — я ждала этого вопроса.
— Подарок?..
— Да. Почему засунула мне в карман?
— Я не хотела его брать, — тихо отвечаю я.
— Почему? — удивленно спрашивает Андрей.
— Он бы напоминал о тебе… — мои пальцы замирают, — это больно…
— Ты могла его продать… — прижимает меня крепче.
— Я бы не смогла.
Пару минут мы лежим молча, а потом я решаю задать такой важный для меня вопрос.
— Почему ты отпустил меня?
— Честно?.. — не сразу отвечает он.
Я киваю. Мне до сих пор не ясны мотивы некоторых его поступков.
— Я не планировал больше с тобой встречаться, — чувствую, как напряглось его тело. Он ждет моего ответа. Слышать это больно, но это правда. Андрей никогда не обещал мне большего. Десять дней, девять ночей… Но ведь он сам сказал, что хотел все исправить.
— Что изменилось? — стараюсь, чтобы мой голос звучал спокойно.
— Я не смог.
В глазах начинает печь и я закусываю губы изнутри, пытаясь сдержать эмоции. НЕ СМОГ!!! Не смог без меня?! Это же значит, что у него чувства ко мне, да?.. Или нет?! Что, тогда?..
— Я люблю тебя, — просто говорит он.
***
Я не выдерживаю накала эмоций. Они давят изнутри, собираясь в огромный ком в горле. Соскальзываю с плеча Андрея и прячу лицо в подушке, потому что я не умею красиво плакать.
— Каать… — накрывает руками мои вздрагивающие плечи, — прости меня…
Но получается обратный эффект, от нежных слов кроет еще сильнее. И так стыдно! Что он обо мне подумает?.. Взрослая женщина, а ведет себя, как сопливая малолетка.
— Мне в душ надо… — с трудом, между всхлипами, говорю я.
— Пойдем вместе, — он обходит кровать и с легкостью поднимает меня на руки, — такая пушинка… ты совсем не ешь?!
— Ем…
Настраивает воду в душевой кабине, ставит меня в нее, а следом заходит сам. Неспешными движениями выдавливает на ладонь шампунь, распределяет по прядям, направляя лейку на волосы, смывает пену.
Я закрываю глаза и отдаюсь во власть его уверенных рук. Представляя, что они смывают с меня не только пену, но и мучительную тоску, все пролитые мной слезы и жгучую обиду.
— Ты не будешь больше плакать, — прижимается торсом к моей спине, скользя мыльными руками от живота к груди.
— Не буду… — как под гипнозом вторю ему.
Я плавлюсь под его руками, как воск свечи. Он поглаживает, трогает, мнет, массирует мою кожу. Не пропускает ни одного изгиба, ни одной складочки, ни одного миллиметра послушного тела. Поворачивает меня и так, и сяк…
Мне приходится обвить его шею руками, потому что ноги отказываются выполнять свою функцию, а именно, удерживать тело в вертикальном положении. Опьяненная, собираю губами капельки воды с кожи за ухом мужчины. Я уже давно себе призналась, что его шея мой фетиш. Теряю волю, когда пробую языком ее кожу. Уносит, когда провожу кончиком носа от ключицы до мочки уха, прикусывая ее губами.
Андрей рвано дышит в ухо и, обхватив двумя руками мои ягодицы, впечатывается в живот горячей твердостью
Мои губы растягивает довольная улыбка. Он снова хочет меня. Я знаю, одного раза ему всегда было мало. Трусь об него как кошка, завожу, дразню…
— Возьми его… Он скучал… — говорит напряженно.
Я накрываю его член рукой, немного сжимаю. Провожу от основания до вершины и обратно. Не отрываясь, наблюдаю, как на головке растет жемчужная капля. О, Боже… Нервно сглатываю обильную слюну и медленно опускаюсь на колени.
Он совсем рядом, тычется мне в губы, но я не тороплюсь. Пробегаюсь по нему пальчиками, ощущая его подрагивающее нетерпение. Наслаждаюсь ощущением нежной, словно тонкий шелк, кожи.
— Катя… — доносится низкое рычание.
— М?.. — поднимаю глаза, одновременно слизывая капельку языком.
Он шипит и дергает бедрами. Его терпение на исходе… Открываю рот и вбираю в себя головку. Облизываю ее как самый сладкий чупа — чупс.
— Да… да… — рычит сквозь зубы.
Прохожусь языком по всей длине, не пропуская ни одну набухшую венку. Забираю его в рот настолько, насколько позволяет глубина. А почувствовав, как на голову опустилась тяжелая рука, поднимаю глаза, чтобы дать свое молчаливое согласие.
Продолжение следует…
Контент взят из интернета
Автор книги Рузанова Ольга