Пожилую Екатерину II уже нельзя было назвать женщиной, строящей иллюзии о себе. Она прекрасно понимала: удержать молодого, вспыльчивого красавца невозможно, даже разбрасываясь золотом и милостями. Но когда граф Александр Дмитриев-Мамонов — её новый любимец и свежий ветер при дворе — наконец признался, что его сердце занято другой, удар оказался оглушительным.
Нежный поэт в мире «железных» фаворитов
Александр Мамонов, дальний родственник Потёмкина, появился при дворе в 1786 году. Светлейший князь, понимая вкусы государыни, подвёл 28-летнего юношу к 57-летней императрице. И Екатерина увидела не очередного «стального» офицера вроде Потёмкина, Завадовского или Зорича, а тонкого, образованного поэта — утончённый типаж, которого прежде рядом с ней не было.Её первое впечатление оказалось обманчивым: бледный портрет Мамонова не передавал ни его куртуазности, ни блестящей французской речи, ни умения оживлять любой разговор остроумными фразами. Екатерина быстро нашла ему занятие — поручила редактировать её письма. И «прачка для французских текстов» оказался редким талантом: писал пьесы, рисовал карикатуры, мастерил силуэты. Даже вырезал из бумаги профиль самой императрицы.С её лёгкой руки Александр стал носить красный кафтан, добавляющий яркости его утончённому облику, но характер — капризный и вечно жалующийся — оставался неизменным. Мамонов выпрашивал подарки, требовал доходов, и Екатерина, не скупясь, купила для него роскошную усадьбу Дубровицы, а затем выбила графский титул.
«Я устранюсь» — и всё рушится
Спустя год сердца юного фаворита охладело. Он тяготился дворцом, сравнивал себя с птицей в золотой клетке. И вот — скандал за обедом, который стал точкой невозврата. Екатерина наконец услышала то, чего боялась:— «Тогда я устранюсь», — бросил он на прощание.Через четверть часа императрица получила записку: Александр просил… посоветовать ему невесту. Екатерина, сдерживая слёзы, предложила «самую богатую наследницу империи». Лишь позже оказалось: Мамонов уже год тайно любил фрейлину Дарью Щербатову. Дарье он посылал фрукты с царского стола, встречался с ней у Рибопьеров, рискуя всем.Когда правда вскрылась, Екатерина была уничтожена внутренне, но не показала слабости. Она разрешила свадьбу — чем скорее, тем лучше. Однако жених и невеста плакали всё предсвадебное время. А уже через три дня после признания к императрице привели нового красавца — молодого Платона Зубова. И хотя он стал её последней большой страстью, рана от предательства Мамонова ещё долго не затягивалась.
«Верните мне мой блеск»: поздние письма заблудшего фаворита
Уехав в Дубровицы, Александр почти сразу понял, что совершил ошибку. Дарья — похожая на молодую Екатерину — оказалась лишь слабым отражением великой женщины. Он завесил дом портретами императрицы и начал писать отчаянные письма с мольбами вернуть ему благосклонность.Он признавался:«Без вашего соизволения не смею явиться пред очи… Но нет для меня большего счастья, чем вновь доказать мою прежнюю приверженность…»Но Екатерина была непреклонна. Он навсегда остался лишь ошибкой молодости — и умер в 1803 году, сломленный и забытый.
Императрица, которую любили, несмотря на всё
Сама Екатерина пережила крах отношений достойно — рядом уже был юный Зубов, её «милое дитя». Но даже в эти годы она продолжала вызывать восторг мужчин. Граф Потоцкий, увидев её в конце 1780-х, говорил в восхищении:«Что за женщина! Я бы отдал половину состояния, лишь бы быть её любимцем!»Так завершилась история одной любви — болезненной, непрошенной и невероятно человеческой. История, в которой великая императрица оказалась обычной женщиной с живым сердцем, которое тоже могли разбить.
Если понравилась статья, поддержите канал лайком и подпиской, а также делитесь своим мнением в комментариях.