Черный алмаз судьбы
- Баас, ты говорил, что ваш бог осуждает уныние. Оно умерщвляет душу раньше, чем тело. Помни мёртвых, но заботься о живых. Кас и Вельд не выживут без тебя. Я знаю, в одном из них воплотился дух великого воина Асунобанги, верного слуги верховного бога Асуриса. Сейчас ты нужен ему, но придёт время, и он понадобиться тебе, - Мвенаи обратил незрячее лицо к Йохану.
- Уныние? Нет, вождь!
Услышав последнее слово, произнесённое на языке амакоса, старик воздел руки ввысь. Так он обычно возражал против титула, которым его незаслуженно наградил хозяин.
- Я простой бур, я могу выращивать хлеб, пасти стада, молоть зерно, но я не могу делать деньги из воздуха! Я слишком горд, чтобы пойти в наёмные работники, и слишком стар, чтобы стать хорошим солдатом. Я не просто беден, я совершенно нищ. И я не вижу из этого никакого выхода.
- А я вижу! Ты сможешь исполнить всё, что задумал, и как всякий добрый человек, ещё при жизни обретёшь заслуженную награду!
- Что ты можешь увидеть, старик? Не смеши меня! Сегодня ты чуть не испортил наш ужин, помочившись на костёр! Если бы котелок не зашипел вовремя…
- Я отгонял злых духов!
- Представляю, как они испугались, увидев твои голые чресла! Таким инструментом только чертей отпугивать, - усмехнувшись, Йохан осенил себя крёстным знамением.
Старик резко поднялся с места, скрепя всеми суставами полуобнажённого чернокожего тела, сухого, как ствол пустынного алоэ. Подойдя к костру поближе, он принялся пританцовывать на месте, утрамбовывая песок голыми пятками.
- Видимо, Господь лишил тебя последних крупиц разума! Танцуешь на ночь глядя! Старик, ты в своём уме? – Йохан с беспокойством оглянулся за спину. Там, в углу хижины, обнявшись и похрапывая в унисон, лежали Кас и Вельд.
Утоптав песок, Мвенаи присел на колени и ловко вытащил из костра обугленный прутик. Йохан удивлённо хмыкнул. Иногда ему казалось, что старик не так слеп, как кажется.
- Смотри сюда, баас! Костёр – место, куда каждый день садится солнце. Это река Лимпопо, а это плато Вельд, здесь Оранжевая река, это гора Намбуинотанга, - старик чертил на песке карту.
- Ты отправишься сюда. Ручей, лес, равнина – вот. Отсюда туда полгода пути, может, больше. Увидишь скалу, на вершине которой растёт вот такое дерево, - Мвенаи растопырил пальцы буквой «V», - его видно со всех сторон, откуда бы ты ни подошёл! Повернись лицом к востоку и спускайся по стене вниз. Прямо напротив корней. Там пещеры с синей глиной, вы зовёте их шахтами. В них мой народ добывал украшения, названные слёзами Ватанги. Это очень, очень дорогие камни. Для вас они самое ценное, что есть на земле. Для нас – только слёзы богов…
- Старик, ты никак посылаешь меня за алмазами? Что я в этом понимаю?
- Ты себя недооцениваешь, баас. Для путешествия тебе понадобятся две лошади, припасы, лопата, кирка и винтовка.
- Шутишь? У меня нет денег даже на подкову от этой самой лошади! – глядя на огонь, Йохан покачал головой.
- За те годы, что я работал на вас, я не истратил ни одной монеты. Ты найдёшь их в глиняном горшке под самым толстым корнем Семейного древа, на краю поля, - старик повернул голову именно туда, где возвышался древний баобаб.
- Нет, старик, я не поеду. Ты не выдержишь тягот путешествия, а оставить тебя здесь – значить обречь на голодную смерть.
- Не беспокойся. Духи предков зовут меня. Но я всё равно последую за вами и найду, где бы вы ни оказались. Только почаще смотри в небо! – старик закрыл глаза, Йохан помог ему подняться и проводил к лежанке. Ему показалось, что невесомое тело Мвенаи скользит над землёй…
- Вождь, просыпайся! Я раздобыл буйволиного молока, выпей, вспомни детство! Эй, старик!
Кас и Вельд носились друг за другом по полянке. «Гляди, как вымахал пёс!» Стоящая на задних лапах собака была вровень с парнишкой. Да и рёбра выпирали у обоих совершенно одинаково. Подкормить бы их, да чего думать о пустом. Приближалась осень, и Йохан рассчитывал поохотиться. Силки, лук, стрелы – это он мог смастерить. А ещё оставался нож, из которого получилось бы неплохое копьё.
Войдя в хижину, бур откинул рогожу, прикрывавшую Мвенаи. Рука Йохана опустилась на костлявое плечо и ощутила могильный холод. Старый вождь был мертв. Его тело приобрело пепельно-серый оттенок и казалось припорошенным пылью. Лишь на груди угольно-черным цветом проступали контуры татуировки – орёл, гордо расправивший крылья над едва заметной горной грядой…
Продолжение следует ...