Найти в Дзене

Отличия психоаналитической техники в кляйнианском анализе от фрейдистского подхода

Мне близки и симпатичны многие из кляйнианцев. Даже сложно было остановиться на какой-то одной статье для эссе — так много блестящих имен было упомянуто в ходе курса. Особо мне запомнились Мелани Кляйн и ее последователь Винникот, занимавшиеся детьми (чего очень мало делал Фрейд) и написавшие работы, оказавшие огромное влияние на психоанализ. А также Гантрип, рассказывающий про свой анализ с Фейрберном и Винникоттом — уникальный опыт аналитика, рассказывающего про свой анализ с двумя ведущими умами кляйнианского психоанализа. Но особо меня заинтересовала Рут Малкольм (1930–2016) – британский психоаналитик, одна из самых влиятельных последовательниц Мелани Кляйн и Уилфреда Биона и ее эссе “Некоторые замечания по поводу психоаналитической техники”. В нем приводится отличие кляйнианского анализа от нашей техники, на чем я бы хотела остановиться подробнее, потому что мне интересны различия между школами и как это проявляется в анализе в том числе и с точки зрения того, что именно я хотела

Мне близки и симпатичны многие из кляйнианцев. Даже сложно было остановиться на какой-то одной статье для эссе — так много блестящих имен было упомянуто в ходе курса. Особо мне запомнились Мелани Кляйн и ее последователь Винникот, занимавшиеся детьми (чего очень мало делал Фрейд) и написавшие работы, оказавшие огромное влияние на психоанализ. А также Гантрип, рассказывающий про свой анализ с Фейрберном и Винникоттом — уникальный опыт аналитика, рассказывающего про свой анализ с двумя ведущими умами кляйнианского психоанализа.

Но особо меня заинтересовала Рут Малкольм (1930–2016) – британский психоаналитик, одна из самых влиятельных последовательниц Мелани Кляйн и Уилфреда Биона и ее эссе “Некоторые замечания по поводу психоаналитической техники”. В нем приводится отличие кляйнианского анализа от нашей техники, на чем я бы хотела остановиться подробнее, потому что мне интересны различия между школами и как это проявляется в анализе в том числе и с точки зрения того, что именно я хотела бы использовать для себя в своей практике.

Первая особенность кляйнанского анализа в том, что перенос существует и используется с первого сеанса. Как пишет Рут: “перенос не развивается постепенно в аналитической ситуации, а существует уже с самого начала анализа” [1]. Приводя пример, с 30-летним мужчиной, Рут показывает как аналитик взаимодействует с пациентом, давая ему интерпретацию уже на первом сеансе: “Возможно, он также надеется, что я сумею помочь той части его самого, которая ощущает себя ребенком, и благодаря этому он сможет испытать теплые чувства к женщине и в конце концов на ней жениться” [1].

Кажется, что такой подход позволяет быстрее начать терапию, сходу погрузиться в бессознательные конфликты и выявить глубинные страхи (поглощения, отвержения). Но при этом кажется, что высокая скорость погружения может испугать или вызвать сопротивление — например, в приведенном примере пациент не принял интерпретацию. И кажется, что неопытным аналитикам, как мне — лучше действовать на низкой скорости.

-2

Вторая особенность — это частые интерпретации — “они дают интерпретацию очень часто” [1]. Это должно давать опять же более быстрый эффект, более быстрое вскрытие защитных механизмов, также сокращать тревогу — в отличие от фрейдистского метода, где молчание используется для фрустрации, которая сама по себе отдельный элемент процесса. Но высокая скорость потенциально может привести к перегрузке пациента, а в результате интенсивного воздействия защиты могут усиливаться. Возможно, это даже может привести к формированию ложного “я” — как писал Винникот, “оно вызвано к жизни функцией, которую теперь можно рассматривать как защиту” [3]. И кажется, что такая техника опять же требует большого мастерства, а в руках начинающего может разрушить процесс. Т.е. получается, что фрейдистская техника, возможно, менее рискованна для новичков.

-3

Что же касается того, что “при интерпретации переноса они не только используют буквальное содержание того, о чем говорит пациент, но и учитывают также чувства, проявляющиеся в его речи, и чувства, которые он вызывает у аналитика” [1] — кажется, что мы делаем то же самое, анализируя свой контрперенос и чувства пациента, и формируя на базе их интерпретации. Но кажется, что в кляйнианстве интерпретации как будто напрямую направлены на пациента, конфронтируя его.
И последнее — “они не ограничиваются выявлением защитных механизмов, а занимаются также страхами” [1]. На самом деле, кажется, что оба подхода анализируют страхи, только наборы их разные. Кляйнианцы больше сконцентрированы на архаичных, довербальных страхах: параноидно-шизоидные страхи [2] (преследования, расщепления) и на депрессивных страхах (разрушения матери, вины, потери). А фрейдисты больше сконцентрированы на страхах, связанных с вытесненными желаниями (кастрации, потери любви, наказания).

Но мне лично показалось, что самый интересный результат может быть достигнут, если аналитик умеет комбинировать эти два подхода и применять каждый из них в своем случае. Так сделал, например, Отто Кернберг, объединивший идеи кляйнианства и Фрейда, и создавший интегративный психоаналитический подход.

Список литературы:

  1. Кляйн М. Зависть и благодарность: Исследование бессознательных источников / Пер. с англ. А.Ф. Ускова. - М.: Когито-Центр, 1997. - 96 с. - Гл. 3: Параноидно-шизоидная позиция.
  2. Малкольм Р.Р. Некоторые замечания по поводу психоаналитической техники // Журнал практической психологии и психоанализа. - 2001. - № 3. - С. 12-25.
  3. Винникотт Д.В. Искажение Эго в терминах истинного и ложного "Я" // Антология современного психоанализа / Под ред. А.В. Россохина. - М.: Институт психологии РАН, 2000. - Т. 1. - С. 231-241.