Психологи, коучи, блогерши от феминизма и прочий народ, каковой принято обвинять в любых радикальных изменениях в женском поведении, тут были ни при чем! Ну, не на сто процентов, конечно. Но они точно не промывали Римме Викторовне мозги и не воздействовали на нее методами гипноза, ибо она ни с одним из них не была знакома лично.
Однако верно, что идеи такого рода людей в какой-то момент ее заинтересовали. Возможно, только потому, что у Риммы Викторовны свободного времени стало больше, чем раньше. Дети выросли, зарабатывать на жилье, машину и обстановку уже не требовалось, работа тоже не давила на мозги так сильно, как в юности. А свободное время надо же чем-то занять! Так что блогеры с коучами виновны только в том, что сделали свои соображения доступными массам.
Наверное, повлияла и навязчивая реклама такого рода вещей, лезущая из каждого утюга. Познай себя, прокачай свое «я», и тому подобное. Ну да неважно. Важен результат. Римма Викторовна всем этим заинтересовалась. И вскоре пришла к выводу, что ей надо кардинальнейшим образом изменить свою жизнь. Буквально во всем. Ибо оказалось, что она прожила на свете полвека личностью не ценной, а просто удобной. И ее беззастенчиво использовали. Все.
Да, не очень приятно такое осознавать. Но ведь буквально все сходилось! Люди, окружавшие Римму Викторовну, ценили ее исключительно потому, что она соглашалась подстраиваться под их мнение и делать им бесконечные одолжения. И никто не интересовался, нравится ли это ей, не хочется ли ей чего-то другого, соответствует ли такая жизнь ее личным склонностям. Всем казалось, что это единственно возможный и правильный вариант.
В детстве она была хорошей девочкой, слушалась папу, маму и учителей в школе, отлично училась и так и не узнала, что такое подростковое бунтарство. Папа с мамой (ныне, увы, покойные, иначе новая Римма сказала бы им немало интересного!) так обстоятельно задавили ее личность, что Римме и самой казалось, что она хорошо живет и вовсе не хочет ни свободы, ни оригинальности!
Некоторые ее знакомые-одногодки курили и пробовали пить, шатались по каким-то ужасным дискотекам, одевались в жуткие уродливые вещи. Их разыскивала милиция и ставила на учет, в табелях у них красовались двойки, и в будущем им не светило получение хорошего образования. Были и другие – тихие, забитые, вечно в грязном и заношенном, получающие в школе бесплатные обеды как малоимущие. А Римму всегда ставили всем в пример, в милиции не знали о ее существовании, она всегда вкусно кушала и была неплохо одета. В перспективе у нее была возможность не просто поступить учиться, но еще и выбирать, куда именно. Красота же!
Ну и дальше все шло по подобной схеме. Студентка-отличница, у которой всегда можно «стрельнуть» конспект. Добросовестный молодой специалист. Супруга приличного молодого человека, воспитанного и с перспективами. Мама двоих детей. Хорошая дочь, добросовестно помогающая состарившимся родителям. Спасибо, досматривать не пришлось, судьба подарила старикам быстрый конец. Но все равно, долг исполнен. Все как положено. Как людям нравится.
И вообще, буквально каждый шаг, каждый день Риммы были подстроены под кого-то, служили кому-то на благо. Кому-то, но не ей!
Она была отличной хозяйкой и ответственной матерью. Ее муж Илья всегда вовремя получал вкусный горячий ужин и чистые наглаженные рубашки. Дети ездили в лагеря, ходили к репетиторам и в бассейн. Им крайне редко отказывали в просьбах. Они сами выбрали себе профессии.
У Ильи было немало родственников, и им Римма тоже была кстати. Она безропотно ездила на дачу к свекрови и выслушивала скучные рассказы свекра о его бурной геологической молодости. Она одалживала сестре Ильи деньги на первый взнос за квартиру, и неважно, что они откладывались на семейную поездку на отдых. Она соглашалась сидеть с племянницами мужа, если его сестрице-разведенке надо было куда-то отлучиться.
На работе именно к Римме бежали с просьбами разъяснить сложную ситуацию и исправить ошибки в сопроводиловке. Она становилась наставницей молодежи и подменяла вечно болеющих предпенсионеров.
– Если не вы, то и некому больше, Римма Викторовна! – говорили ей.
И да, долгие годы Римме казалось, что эта жизнь ей по душе! Она чувствовала себя правильной и нужной, и гордилась этим. Ее радовали комплименты ее трудолюбию, готовности прийти на помощь, многочисленным знаниям и умениям, доброте и самоотверженности. Ей даже казалось, что окружающие искренне привязаны и расположены к ней, любят и ценят ее.
Свекор со свекровью непрестанно твердили, что им повезло с невесткой, родители благодарили за помощь и просили не слишком беспокоиться. Муж никогда не отказывался помочь в любом деле, отдавал всю зарплату до копейки и был неизменно ласков и заботлив. Дети относились к маме с почтением и радовали ее успехами. На работе регулярно награждали грамотами, выписывали премии и пусть и небыстро, но продвигали по службе.
И вот в полтинник лет, пусть и не без посторонней помощи, но Римма задалась вопросом: а где во всем этом она сама? И не ценят ли окружающие ее удобство для них, а не ее самое?
***
Изменения в жизни Риммы Викторовны шли согласно общему сценарию «возвращения к себе». Сперва для этого требовались нешуточные волевые усилия, потом процесс пошел легче.
– Пожалуйста, погладь себе все сам, я устала, – сказала она мужу однажды. Он неожиданно покладисто кивнул и погладил рубашку и брюки самостоятельно.
– Отдыхай. Ты здорова ли? – сказал он только.
Потом Илья, придя с работы, не обнаружил дома ужина – жена ушла в бассейн. Записалась. Он удивился, но что-то таки сварганил сам.
Неожиданно даже для себя Римма сменила гардероб и стиль. Теперь она носила грубые ботинки, джемперы и пиджаки оверсайз, кроссовки, футболки и джинсы.
– Мам, что на тебя нашло, это ужасно! – заявила дочь Катя. Несмотря на молодость, в вопросах моды она была весьма консервативна.
– Но мне в этом комфортно! – был ответ. Дочь пожала плечами. На ее лбу было четко написано: сойти с ума не запретишь.
Потом на работе Римма отказалась от очередного наставничества – вежливо, но твердо. Шеф посмотрел на нее с подозрением, но ничего не сказал. Потом она вернула неверно составленную документацию Аллочке и велела переделать. Аллочка начала было, по обыкновению, допытываться, что конкретно не так. Но Римма ее одернула:
– Алла, вы вроде и сами специалист с опытом! Я не обязана делать за вас вашу работу!
Аллочка обиделась, но переделала все самостоятельно.
Потом неожиданно позвонила дочь, просила с полугодовалым внуком Макаркой посидеть. Куда-то ей надо было срочно, какие-то документы куда-то подать. Раньше Римма Викторовна, услышав подобную просьбу, мчалась на помощь галопом. Но сейчас она ненадолго задумалась и заявила:
– Извини, Катюш, не смогу. У меня уже есть планы. Выбери какой-то другой день.
Дочь заявила, что другой день исключается, но Римма Викторовна осталась непреклонной. Катя и не скрывала, что сердита.
Потом Римма отказалась проводить выходные на даче свекров, предпочтя этому сомнительному удовольствию поход в спа-салон с новой подружкой по бассейну. Илья демонстративно поехал один. А Римма открыла для себя прелесть независимости и временного одиночества, и была в восторге! Про собственно пребывание в салоне и говорить не приходится – рай, настоящий рай!
Кульминацией стал очередной звонок Наташки, сестрицы Ильи. Ей снова требовались деньги. Наташка, конечно, работала, и не так и мало получала. Но ее младшая дочка чем-то болела, и на ее лечение уходило немало. Бывший же Наташкин муж, некогда променявший ее на другую, исхитрился влететь в ДТП. Короче, вместо приличных алиментов и помощи на особые расходы у Наташкиных дочерей ныне были сиротские пенсии, а их размеры не очень-то скорректируешь. Особенно если ребенок просто болеет, а не инвалид.
Илья, вечно шедший у сестрицы на поводу, уже почти согласился проспонсировать ее в очередной раз. Но тут Римма вклинилась в разговор и заявила твердо:
– Извини, Наташа, на этот раз не получится. Деньги нам самим нужны, мы в санаторий собрались, сама понимаешь, уже не юны, надо себя беречь.
– Римма, брось, обойдемся мы без санатория! О ребенке же речь, не о покупке шубы или золотишка! – возмутился Илья. Но Римма держалась стойко:
– Может, ты и обойдешься, а я нет! Надеюсь, ты хоть что-то слышал о том, сколько проблем со здоровьем подстерегают женщин моего возраста? – твердо сказала Римма.
– Римка, я же все верну! – заявила Наташка. Надо отдать ей должное, она и правда не имела привычки «зажимать» деньги, отдавала все до копейки. Но тут уж был вопрос принципа!
– Но когда ты вернешь? А поездка уже запланирована!
Был скандал – первый за время перерождения Риммы. До сих пор все хоть и демонстрировали непонимание и недовольство, но, так сказать, в абстрактной форме. Тут же все пошло очень даже конкретно. Илья демонстративно отдал сестрице половину отложенной суммы и не слишком культурно объяснил жене, в каком месте и в какой позиции видел он ее поездку в санаторий. А потом скандал перетек, так сказать, в идеологическую область.
Римма четко и честно изложила Илье свой новый взгляд на жизнь. Но вот его реакция оказалась не такой, какая предусмотрена различными теориями личностного развития. Римма была готова к безапелляционному осуждению, к угрозам, к осмеянию, к шантажу. И готова была это терпеть и стоять на своем. Но получила в ответ другую теорию!
– О, понятно, откуда ветер дует! А мы-то все гадаем, гормональные изменения на тебя так скверно подействовали, или как? Римма, ты вроде неглупая баба! Была, во всяком случае, такой. Как ты можешь не понимать, что все человеческие отношения строятся на взаимном удобстве? Да, люди друг друга за это и ценят! А за что еще ценить? За какие-то невероятные личные качества? Да чихать всем на них, если от них никакого жизненного проку нет. Ты уверена вообще, что существуют качества личности, никому вокруг не приносящие пользы и удовольствия, и притом ценные? Я вот нет. А то, что ты сейчас повторяешь с голоса всяких психологических грабителей – просто эгоизм.
– А что тут плохого? – огрызнулась Римма. – Да, я сумела полюбить себя!
– Ну и дура! – заявил на это Илья. – Ты не хочешь быть для кого-то удобной, но тебе надо, чтобы все вокруг были удобными для тебя. Вот чего ты хочешь, а никакого не уважения и не любви. Вернее, ты опять же требуешь, чтобы уважали и любили тебя, но не ты. Но так не бывает!
– А вот посмотрим! – заявила Римма. И уехала в санаторий. Она любит себя, и психологи уверяют, что только таким достается подлинная любовь и от окружающих.
***
Когда она вернулась, в первые дни ей казалось, что она одержала полную и окончательную победу. Илья, хоть и держался отчужденно, безропотно сам обихаживал себя, готовил себе ужины и даже делал кое-какую уборку. Свекор и свекровь не беспокоили, как и дочь. От сына Вити Римма узнала, что с племянником в случае необходимости теперь сидит он. Наташка и вовсе исчезла с горизонта. На работе все делали свое дело, и Римма более не слышала бесконечных просьб помочь и подсказать. Собственно, с нею теперь вообще мало общались. Но она не думала, что так уж много потеряла.
Все психологические теории предупреждали ее, что так и должно быть. Из ее ближнего круга исчезнут те, кому нужна не она, а ее удобность для них. А те, кто останется, не только быстро смирятся с необходимостью решать свои проблемы самостоятельно, но и поймут, сколь ценная личность находится с ними рядом и как ее надо уважать и беречь. Первый этап уже пройден. А в ожидании второго она уже может порадоваться жизни.
У нее теперь было много времени на себя. Она в первый раз посетила салон красоты, записалась, кроме бассейна, еще и на пилатес. У нее начал формироваться режим, она перешла на здоровое питание. И ей очень нравилась новая она. Просто дико было вспоминать прошедшие годы, когда все ее существование было подчинено чужим интересам.
А потом у нее что-то случилось с ноутбуком. Дело рядовое, бывает. И Римма поступила так, как поступала в случае проблем с техникой уже не первый десяток лет – обратилась к Илье. Он-то на этом специализировался!
Вот тут и случилось неожиданное.
– Вызови мастера! У меня на сегодня другие планы! – ответил Илья и уселся в гостиной перед телевизором. Там футбол транслировали.
Потом на работе у нее разболелась голова. И она попыталась уговорить кого-нибудь доделать начатую ею правку, чтобы она могла уйти пораньше домой и отлежаться. Не тут-то было!
– Это ваша обязанность! Примите таблетку, и сделайте, пожалуйста, свою работу самостоятельно! – был общий ответ на ее просьбы.
Когда она затеяла перестановку мебели в спальне, Илья отказался помогать:
– Мне нравится все так, как есть! Не понимаю, почему я должен прилагать усилия, если мне в результате не станет удобнее!
Римма позвонила сыну, и получила в ответ:
– Не могу, я у Катьки с малым сижу, она в поликлинику пошла. И завтра не могу, у меня занятия. А послезавтра просто не хочу, хочу отдохнуть.
Ожидаемой квартальной премии она не получила.
– Сами понимаете, Римма Викторовна, мы не можем премировать всех и каждого! При назначении учитывалось наставничество. Вы ныне не наставник, вот вам ничего и не досталось, – объяснил ей шеф с недовольной миной. Римма своими вопросами его от какого-то дела оторвала.
Она попробовала посоветоваться с новыми подружками по бассейну и пилатесу. Но эти современные, самостоятельные женщины не желали обсуждать чужие проблемы и чувства. Только свои собственные.
Римма даже к психологу пошла, чтобы понять, что же она делает неправильно. Ведь отстаивание личных границ, любовь к себе, стойкая защита собственных интересов должны были заставить окружающих по-настоящему уважать Римму, привлечь их к ней! Почему же получилось наоборот?
И почему ее так обижает и ранит поведение родни и коллег? Ведь умом же она понимает, что они все делают правильно: действуют и живут сообразно своим интересам, вкусам, желаниям и настроению. Не пытаются быть удобными. Берегут свое личное пространство. То есть поступают так же, как она. Что же ее не устраивает?
Психолог внимательно слушала, уверяла Римму, что та во всем права, и что раз ее окружение этого не понимает, значит, оно токсично. Следует от него избавиться и обрести иной круг общения, в котором ее будут ценить. Правда, поиск этого круга возлагался на саму Римму. Психолог без церемоний прерывала ее на полуслове, если выходило назначенное ей время, и никогда не забывала напомнить о необходимости оплатить услугу.
И все же эти встречи помогли! Именно они открыли Римме примитивную истину: ее новую если и ценит кто, так исключительно на словах или за деньги. Больше никак. А старую, получается, ценили за ее удобство, но зато бесплатно и в практическом смысле.
Начальство ей первой выписывало премию, а коллеги обращались, как с королевой – она же незаменима! Илья бросал все дела и мчался спасать ее, если она просила – ведь она его заботливая женушка и прекрасная хозяйка. Дети были послушны и всегда прислушивались к ее мнению. Свекровь ни разу не отругала за недостаточную чистоту под диваном или неправильно сваренный борщ. Родители не жалели себя, чтобы у нее все было. И даже Наташка всегда была готова висеть на телефоне, терпеливо выслушивая жалобы Риммы на токсикоз беременности или безмозглую «молодую специалистку».
Так что выходит «или – или». Или ты удобна, но тогда любима и нужна. Или неудобна, и тогда личными у тебя будут только качества, а все остальное – бизнес. О как просто все оказывается!
***
Римма поблагодарила психолога и сообщила, что эта встреча будет последней – больше она в них не нуждается. Психолог тут же утратила к ней всякий интерес.
По дороге домой Римма позвонила Наташке. Та удивилась, но быстро разговорилась, пустившись в рассказы о здоровье своей дочери. Но и Римму успела о ее делах расспросить, посочувствовав сложностям на работе и порекомендовав замечательный травяной чай от головной боли.
Затем последовал звонок Кате. Дочь тоже немного удивилась. Но Римме Викторовне и радость в ее голосе послышалась.
– Мам, у тебя все хорошо? Нет, сейчас помощь не нужна, через неделю может понадобиться. Но приходите с папой просто в гости в выходные. Макарка так вырос, ты его не узнаешь!
Она сделала в квартире небольшую уборку, приготовила ужин. Илья, придя домой, приподнял брови, но ел с аппетитом и поблагодарить не забыл. Римма помыла посуду, а потом попыталась включить ноутбук. Надо было глянуть, поступили ли на ее почту накладные, с которыми завтра предстояло работать.
Ноутбук сотрудничать не пожелал, издав противный немелодичный вяк.
– Что там у тебя опять? – Илья, расслышав мерзкий голос компьютера даже через шум хоккейных болельщиков в телевизоре, уже был рядом.
Он нажал буквально десяток клавиш, и зловредное чудо техники заработало. Это было так удобно!
---
Автор: Мария Гончарова